Совсем не герой
Шрифт:
– А вы приходитесь друг другу двоюродными сестрами, так? – уточнил собеседник.
Она уже открыла рот, чтобы ответить, однако и сама не знала наверняка степень их родства с Рут, и потому вместо этого спросила ее:
– Наши мамы кузины, правильно? – Бабушка на самом деле являлась бабушкой только для Джоанны. – А мы тогда троюродные сестры?
– У монстров все считают друг друга двоюродными.
В семье со стороны отца бытовали схожие традиции. Все называли себя просто дядюшками, тетушками, кузенами и кузинами.
– Мы с Рут выросли вместе, – объяснила Джоанна Нику. – Я каждое лето гостила у родственников
Сейчас их группа шагала по театральному району. Судя по окружению, недавно закончилось рабочее время: повсюду офисные рабочие в костюмах спешили по направлению к станциям метро, пока туристы неторопливо прогуливались, таращась в свои телефоны.
– Мы обычно… – начала было Джоанна, но слова застряли у нее в горле.
Их группа свернула за угол на Боу-Стрит, и глазам предстали белые колонны здания оперы, вызолоченные лучами заходящего солнца. Вид показался до боли знакомым.
«Я была здесь раньше. В этом самом месте».
– Что случилось? – резко поинтересовался Том. – Ты заметила гвардейцев?
– Нет, – успокоила его Джоанна, стараясь докопаться до истоков внезапно возникшего ощущения. Облака набежали на солнце, козырек здания потускнел без яркого света. – Меня просто посетило чувство сильнейшего дежавю.
Рут сощурилась, разглядывая пейзаж впереди.
– Может, ты вспомнила тот раз, когда бабушка повела нас в оперу?
– Когда это?
– Ты уже забыла то странное представление с конями?
– Ты, наверное, говоришь о «Pietro Il Grande» [2] , – рассеянно прокомментировал Джейми. – В тысяча восемьсот пятьдесят втором году дали всего пять спектаклей.
– Тогда, видимо, мы ходили вместе с Берти, – сказала Рут. – Наша праведница никогда не путешествовала так далеко.
Джоанна позволила разговору течь фоном, пока шагала за спутниками и размышляла о накатившем ощущении. Оно скорее походило на далекое воспоминание, чем на размытое чувство дежавю. Она снова посмотрела на здание оперы, представляя его в золотых лучах солнца и пытаясь воспроизвести в уме точную картинку. Увы, это не помогло вернуть странное ощущение. Оно окончательно ускользнуло, пока Джейми вел их по улицам мимо магазинов с незнакомыми логотипами и объявлениями о сериале про дружелюбного полицейского, не шедшего по телевизору прежде.
2
«Pietro Il Grande» – «Петр Великий, царь всея Руси» – утраченная на долгие годы шутливая мелодрама в двух актах на музыку Гаэтано Доницетти.
Наконец Джейми остановился перед одноэтажным зданием в строительных лесах. Это приземистое сооружение казалось чужеродным среди кофеен, пиццерий и магазинов с одеждой.
– Это сюда бабушка возвращалась трижды? – Джоанна не знала, что ожидала увидеть, но точно не строительную площадку в самой туристической части Ковент-Гардена.
– Может, год назад здесь еще не шла реконструкция? – предположил Ник.
Подойдя к запыленной витрине ближе, Джоанна заглянула внутрь, прижав ладони по бокам от лица так, чтобы свет не мешал рассмотреть обстановку. За стеклом с зеркальным покрытием удалось различить очертания столов и стульев.
– Похоже на кафе. Может, бабушка с кем-то тут встречалась?
– Нет, – без колебаний отмел идею
– Немного пугает, что тебе известны такие подробности. – Джоанне с трудом верилось в столь детальные сведения.
– Таковы уж архивы семьи Лю, – фыркнул Том, – пугающие и полезные.
– Откуда вы получаете информацию? – спросила она.
– Записи телефонных звонков, видео с камер наблюдения, посты в социальных сетях, фотографии с дронов. – Джейми пожал плечами. – Все, что содержится в какой-либо базе данных, рано или поздно попадает к нам. А затем… – Он постучал себе по виску. – Основное хранилище находится здесь.
– Что-то вроде коллективного разума? – заинтригованно прокомментировал Ник.
– Скорее коллективной памяти, – покачал головой Джейми.
– Хм-м, – протянула Рут, вытаскивая сверток черной мягкой ткани из кармана. – Придется распрощаться с фантазией, что мы способны избежать камер.
– Ты собираешься открыть замок отмычкой? – с легким намеком на неодобрение поинтересовался Ник.
Дверь со щелчком распахнулась.
– Ты использовал неверное время, – усмехнулась Рут. – Я уже его открыла. – Она вошла внутрь и вздохнула: – Что ж, здесь все именно так, как я и ожидала.
Джоанна последовала за ней, поднырнув под низкую металлическую перекладину лесов. Помещение оказалось очень светлым, с большими витринами на параллельных стенах. Пространство было пустым, с полуразобранной мебелью, но некоторые конструкции остались: ряды прикрученных к полу кабинок вдоль окон и стойка, где расплачивались посетители.
За ней на стене висел позабытый плакат со стилизованной картой, где Букингемский дворец изображался в виде укрупненного замка, а зоопарк – группой слонов и жирафа. Легко можно было представить это место битком набитым туристами, освещенным солнечными лучами, льющимися через большие окна. Судя по всему, здесь раньше располагалась закусочная в американском стиле.
Снова возникло чувство дежавю – еще сильнее, чем возле оперы. И в этот раз оно сопровождалось тревожным ощущением. «Мне знакомо это кафе, – подумала Джоанна. – Я была здесь раньше».
– Может, твоя бабушка действительно с кем-то тут встречалась, – предположил Ник. – Например, когда переместилась во времени, уже войдя внутрь, – к моменту, пока здесь еще не велись строительные работы.
Звучало логично. В закусочной имелась уборная, откуда бабушка могла незамеченной прыгнуть в нужный период. Однако Джоанна испытывала уверенность, обводя взглядом окружающее пространство, что Дороти Хант явилась сюда за чем-то другим.
– Смотрите. – Джейми указал на две большие камеры видеонаблюдения, висевшие под потолком в углах кафе.
Джоанна снова почувствовала смутное узнавание, смешанное с тревогой, ощущение, будто с ней такое происходило и раньше.
– Не переживай, – успокоил Том, – они совсем старые. И вряд ли до сих пор работают. Наверное, видео еще на кассеты писали. – Он огляделся по сторонам. – Никаких гербов. И следов технологии будущего не заметно. Это место принадлежит не монстрам. – Бульдог завозился на руках у хозяина, и тот отпустил питомца, который тут же обнюхал его башмаки и потянул за один из шнурков. – Фрэнки, – проворчал верзила, и пес переключил внимание на брючины Ника.