Совсем не герой

Лен Ванесса

– Извини, – произнес Лиам. И вот его голос дрожал. – Но этого недостаточно. Мы должны обеспечить всеобщую безопасность.

– Почему ты повторяешь это? – нервно уточнила Джоанна. – И как именно предлагаешь ее обеспечить? – Она боялась, как бы Лю не решили посадить Ника на цепь или запереть в какой-нибудь комнате.

Лиам позвал парня, стоявшего возле камина.

– Оуэн, подойди.

Того самого Арджента с пепельными волосами, который чуть ранее на лестнице проявил грубость и попытался

применить свой дар на Джоанне, просто из желания посмотреть, получится ли.

– Погодите, что? – опешила она, на секунду ощутив приступ дурноты. – Что вы задумали?

– Мы не причиним вреда твоему спутнику, – заверил Лиам. – Только наложим на него внушение и гарантируем, что он не причинит вреда нам.

К смятению Джоанны, Ник шагнул к Оуэну, вызвав тем самым реакцию собравшихся. Многие бросали испуганные и враждебные взгляды на парня, Лиам попятился.

– Какого черта? – негромко пробормотала Рут, недоуменно хмурясь.

Ник тоже выглядел озадаченным. Он сделал новую попытку обратиться к толпе:

– Я не причиню вреда никому из вас. И никогда бы так не поступил.

– Значит, ты даже не заметишь внушения, – отозвался Лиам. Интересно, все различили в его дрожащем голосе страх? – И не почувствуешь его.

– Нельзя позволять контролировать его разум! – попыталась воззвать Джоанна к Джейми.

– Извини, – вздохнул тот. – Я тоже не согласен с их решением.

– Но так делать просто недопустимо! – воскликнула она. Это был не вопрос согласия или несогласия, вынесенный на голосование. – Это неправильно!

– Все в порядке, – тихо заверил ее Ник. – Если они настолько напуганы – а это заметно невооруженным глазом, – то я не возражаю дать им гарантии. Если всем так нужно убедиться, что от меня не исходит опасности.

– Нет! – возмутилась Джоанна, способная думать лишь об ужасном пустом лице Ника под воздействием способностей Корвина Арджента. – Им это вовсе не нужно! – Она повернулась к Рут: – Мы не можем позволить им так поступить.

– Здесь чужая территория, – извиняющимся тоном произнесла кузина. – Мое слово не имеет веса. Ничего не могу поделать.

– А в чем проблема? – осведомился Лиам, хотя его голос до сих пор дрожал. – Мы предложили справедливое решение для всех. Твой спутник получит возможность находиться среди нас, ему не причинят вреда. А нам станет спокойнее.

– В чем проблема? – оторопело переспросила Джоанна. – Да в том, что нельзя просто внедрять приказы в чужое сознание. Это насилие над разумом!

– Все в порядке, – повторил Ник и обратился к Лиаму: – Я не желаю никому из вас вреда. И согласен на ваш метод, если вам недостаточно моего слова.

Пепельноволосый Арджент – Оуэн – начал протискиваться от камина вперед. Джоанна снова

попыталась заслонить собой Ника, но чьи-то сильные руки, явно принадлежавшие кому-то из Хатауэев, оттащили ее прочь.

– Выпустите меня! – воскликнула она.

– Эй! – нахмурился Ник, проявив первый намек на гнев с тех пор, как очутился здесь, и направился к ним.

– Замри! – раздался звонкий голос Оуэна. И совсем как в прошлый раз, во дворе позади кондитерской, Ник застыл, не довершив движения и неловко согнув ногу. Когда он расширил глаза, Арджент добавил: – Тебе не страшно. Ты спокоен.

– Нет! – Джоанна попыталась вырваться из рук державшего ее Хатауэя. Тем временем дыхание подвергшегося внушению Ника выровнялось и замедлилось, как тогда, когда он погрузился в сон рядом с ней на борту судна. – Это опасно! – с отчаянием обратилась она к толпе. – Вы разве не понимаете, что только ухудшаете ситуацию?

Неужели никто больше не осознавал, что если Ник выяснит правду о монстрах, то возненавидит их за внушение. По-настоящему возненавидит. И это может подтолкнуть его на прежний путь героя. Тогда все семьи окажутся под угрозой уничтожения.

Оуэн выступил вперед. После его грубого поведения на лестнице Джоанна ожидала от него злорадства, но он лишь серьезно велел Нику:

– Посмотри на меня.

Тот подчинился: поднял голову и встретил взгляд Арджента. Они оказались почти одного роста, однако на фоне Оуэна, пепельные волосы которого доходили до плеч, коротко стриженный Ник смотрелся почти солдатом, стоящим перед командиром.

– Нет! – Джоанна опять попыталась вывернуться из хватки Хатауэя, но он был слишком силен.

– Ты ничего не имеешь против монстров, – небрежно приказал Арджент. – И не желаешь им зла. А еще никогда не сообщишь о них людям.

Ник слегка качнул головой, будто отгоняя пролетевшее мимо насекомое.

– Повтори, – велел Оуэн.

К ужасу Джоанны, парень ровно и послушно ответил:

– Я ничего не имею против монстров и не желаю им зла. А еще никогда не сообщу о них людям. – Затем уже обычным голосом добавил: – С какой стати вы решили, что я хочу навредить вам? Это у вас есть особые силы. Мой же единственный дар – далеко пинать мяч.

Оуэн пожал плечами и сообщил собравшимся:

– Готово.

– Так лучше для всех, – заявил Лиам Джоанне.

Она, чувствуя бешеное биение сердца, прорычала державшему ее Хатауэю:

– Отпусти! – И вырвалась на свободу, когда тот наконец разжал руки, после чего процедила: – Подонок!

– Сама такая, – отозвался оппонент без особой обиды.

Джоанна тут же бросилась к Нику, провела по его плечам и рукам, словно ожидала обнаружить раны. Но они остались не на теле, а в сознании.