Создать бога
Шрифт:
– Да. Какая цена у этого прогресса? Отравление земли, воды и воздуха…
– Но люди стали жить в удобстве, в космос летают.
– Я не призываю жить в землянках и носить портянки. Ты разве не заметил, что на смену старым богам приходят новые. Это было в древности, это происходит сейчас. Меняются традиции, устои, люди перестают бояться бога. Вот, как ты, «мол, прогресс, развитие общества»! И вот, что считалось противоестественным, чудесным образом, стало прогрессивным. На пьедестал воздвигли золотого тельца и поклоняются открыто,
– Все хотят добиться успеха, что ж плохого?
– Это когда перестают встречаться и рожать детей, ради новой машины? Или вырубают лес только для упаковки нового товара, чтобы развернуть и выкинуть? Это не успех. Это путь в пропасть. Человек разумный превратился в человека потребляющего. Но у человека нет врагов, помнишь кроликов и зеленый континент Австралию?
– Но природа же справляется?
– В природе действует другой закон – равновесие. Она научилась действовать во взаимосвязи, все зависят от всех. Целесообразность, конкуренция.
– Но люди придумали интернет, мобильную связь, искусственный интеллект?
– Вот и вернулись на круги своя. А когда кто-то не может найти ответа у искусственного интеллекта, да еще напуган, куда он бежит? Не знаешь? А я скажу: сначала к гадалке, потом к священнику.
Паша открыл рот, чтобы возразить, но сказать было нечего. Старик поднялся и зашел в дом. Пес сидел рядом и откровенно ухмылялся во всю свою зубастую пасть, еще и язык набок свесил: «Шах и мат тебе, уважаемый".
Дед вынес графинчик и два стакана. Наполнил стаканы и дал один Паше. Чокнулся и отпил:
– Ну как?
Напиток был отменный, все в меру.
– Вкусный, а что это?
– Наливка из черемухи, сам делал. Ну, так, с чем пожаловал?
Пашка уже и не знал, что рассказать. Потом набрался духа и начал историю про белую птицу. Дед налил еще стаканчик, отпил и кивнул:
– Слышал я эту историю, мне отец рассказывал....
Паша поддался вперед.
– Нашел он это место…
– И где?
– Далеко… Но он там был… Видел тот камень....
Пашка не выдержал:
– И что?
– Ну, как ты сказал… положил руку на камень… тут и птица крикнула… а немного погодя и девица вышла из лесу.....
– А дальше?
– А дальше я родился....
Дед замолчал, только отпил из стакана. Пашка посмотрел на него, потом на собаку, та в открытую смеялась, разинув пасть еще больше.
– Да вы издеваетесь!?
Старик закудахтал:
– Извини, сынок, грех было упускать такой случай!
Все еще посмеиваясь, он посмотрел на обиженного Пашу:
– Сказка это, красивая сказка. Но в любой сказке есть зерно истины.
– А почему вас люди зовут к себе…?
– …. После таких речей?
Пашка смутился и покраснел. Дед Василий с легкой улыбкой смотрел на него и просто объяснил:
– Кто-то должен слова утешения и прощения давать людям в последний час жизни. Боится человек смерти, чтобы он не
Дед замолк, потом подумал и добавил:
– Приходи с утра, покажу, где стояла старая церковь… И еще одну, более старую....
Паша попрощался и поплелся назад. Усталость навалилась на плечи тяжелым мешком. Даже радостно машущий руками около дома, старый друг Дима не смог поменять его настроение:
– Привет, Пашка! Ты когда приехал? Чего сразу не зашел? Я слышал, ты уже отметился, познакомился с черными. Пойдем посидим, здесь кафе в клубе открылось, там все наши будут. Пойдем, а?
Дима посмотрел на виноватое Пашкино лицо, его опухшие губы, усталый вид и все понял:
– Ладно, и так все вижу.... Но, завтра никаких отмазок, а то обижусь.
Паша с облегчением выдохнул:
– Спасибо, Димон! Завтра обязательно, с меня причитается!
– А то, попробуй только увильнуть. Ладно, давай!
– Давай!
Бабушка не стала его мучить и пытать расспросами, накормила и махнула рукой в сторону готовой кровати.
Уснул он сразу, как только коснулся подушки.
Глава седьмая
Разбудил Пашу аппетитный запах. Он поднял голову, бабушка стояла спиной к нему около плиты, рядом на тарелке росла симпатичная блинная горка:
– Вставай, защитник, умывайся и за стол.
Как она определяет, что он проснулся? Это был бабушкин секрет, ему никогда не удавалось незаметно подкрасться к ней. Он немедленно прикрыл глаза и прикинулся спящим.
– Давай уже, вставай, слышу же, не спишь! Сумел Вальку защитить от собственного хахаля?
Она обернулась и, подбоченившись, с укором смотрела на него.
– Да он ее ударил! Я ему только слово сказал....
– А она тебя просила помогать? Ты что ж, со всеми мужиками будешь драться, что своих баб обижают? Знаешь, сколько таких? Да полдеревни!
– Да я....
– Они помирятся, а ты виноватым останешься, и она сама, первая, в тебя плюнет! Первый раз, что ли? Иди уже мойся, рыцарь!
С такой точки зрения, он лопухнулся. Побрызгал холодной водой в лицо, вспомнил наглые глаза Хасика, кривую ухмылку, подлый удар, потом слезы девушки и спросил себя, смог бы он отвернуться и пройти побыстрее мимо: