Создатель
Шрифт:
Шутягин крикнул, что он против и сам не будет в этом участвовать; его запугали смертью… Создатель утвердил решение Круга и завизировал его какой-то сомнительной печатью. Потом бесы распределили роли и договорились, на случай вызова в ментуру, придерживаться единой версии. Расставались круговцы с какой-то опаской: каждый стал подозревать другого черт знает в чем. По их уходу Гарри с тоской взглянул на лик Цезаря, висевший на стене комнаты, и свалился на кровать.
…Прошли дни. Наступил восьмой день месяца марта. За это время круговцев никто не потревожил, лишь Федьку вызывали
Восьмого марта утром несколько пьяный Мачилов заявился к Люсиль Добермановой домой и предложил ей провести вечер у него. Люсиль несколько оторопела, так как раньше Мачилов не делал ей таких авансов. Впрочем, как честная горожанка, она посоветовала Володе "найти себе другую пассию" и сказала, что этот вечер она предполагает провести с Лассалем у себя дома. Володя, как бы ненароком, спросил, во сколько? Доберманова, не находя в этом вопросе криминала, ответила, что встретятся они со Славиком в семь часов, а сколько это продолжится… Моча, довольный собой, помчался докладывать обстановку.
Лассаль торопился на свидание с Люсиль. Он стоял в ванной комнате и осторожно подбривал свои хиловатые на рост волос щечки, чтобы его Люсиль не дай бог не укололась. Вообще – то он подумывал и о женитьбе на ней, но не в этом году… Пока следовало просто добраться до ее «женской сути», как он это обозначал. Может, в Женский праздник все же позволит? Парень очень на это рассчитывал… Позавчерашний разговор с Шутягиным оставил у Лассаля на душе скверный осадок. Бледный Шут убеждал его в самороспуске Круга, убеждал встретиться и обсудить что-то с создателем… Лассаль, конечно, наотрез отказался встречаться. Да и о чем говорить: Наркизова не сегодня-завтра зацапают, а он-то тут при чем? Сказал он только то, что знал и видел, а уж, что там в ОХРе на этот Круг имеют – поди догадайся.
Теперь Славик обдумывал, что, если он доложит и об остальных членах Круга? Не коснется ли это его самого… Ведь и этот Кузин, и Виталик отнюдь не гарантировали ему поддержку в этом «крайнем» случае. Виталик даже советовал убраться на время куда-нибудь отдохнуть. С Виталика, кстати, все и завертелось; не зря этот летун у них в Юнике появился… Один вопрос всех смущал: не обладает ли Наркизов и вправду защитниками столичного уровня? Решить эти и подобные вопросы было необходимо для своих дальнейших ходов… Но это после, а сегодня! Лассаль вытер лицо, побрызгался дорогим одеколоном и быстренько оделся. Сказав отцу, что вернется только утром, Лассаль выбрался из квартиры.
Возле его подъезда тусовалась стайка старшеклассниц. Лассаль прикурил и весело поздоровался с ними: "Привет, малышки! С праздником что ли?". Школьницы осмотрели разодетого Лассаля и невежливо ответили: "И тебя с праздником, дядя!". Славик ухмыльнулся и, сморозив еще одну шутку, направился к трамвайной остановке. Дежуривший у соседнего подъезда Мачилов уже названивал с телефона-автомата на квартиру Думова,
Мачилов, видя, что Лассаль завяз на остановке, в душе надеясь на его благоразумие, долго "не мог" поймать такси, то опуская руку, то поднимая. Но Славик, отнюдь не торопившийся, курил и, казалось, не помышлял о более быстром средстве передвижения. Мачилов плюнул и наконец-то остановил первую же машину шашками.
– Куда ехать? – спросил его коренастый водитель.
– Знаешь… район Завода, улица Шмотина, – выдохнул Моча.
– Садись, довезу! – сказал водитель.
– Там знаешь, мля… опасно, – облизал Моча пересохшие губы.
– Ха-ха… Чего ж ты едешь?
Они поехали. Мачилов всю дорогу молчал и отрешенно глядел в окно машины… Когда, расплатившись, Моча выбрался из такси, на остановке его уже ожидал Думов. Лихорадочно схватив Мачилова за руку, он оттащил его в темноту и объяснил диспозицию. Моча бросил сопротивляться и пошел вслед за Захаром, поминутно то расстегивая, то застегивая свой полушубок, который он напялил на себя, чтобы не замерзнуть, ожидая Славика. Хотя было только половина восьмого, уже стемнело, прохожих было немного… Мачилов и Думов встали недалеко от остановки и стали терпеливо ждать. Создатель с Силычем тем временем ожидали Лассаля в Красоловском тупике.
Место встречи они выбрали почти что идеальное: оно пользовалось у местных жителей нехорошей репутацией: кого-то раздели, изнасиловали девушку, недавно хорошо подрались две банды и т. д. Вечерние прохожие мало посещали этот тупик, но Славик наверняка им воспользуется, это сократило бы ему путь к Люсиль. На всякий случай был и запасной вариант с Моче-Думовым. Силыч, в темной осенней куртке и с мешком в руке, выглядел почти спокойным, тогда как Гарри курил одну сигарету за другой. Федька попросил его не кидать окурки здесь же: могут потом их заметить… Наркизов сказал, что, может, еще и не получится. Кораморов выругался и заметил, что все будет тихо, а ментура заглядывает сюда раз в сто лет.
…Славик Лассаль сильно опаздывал, но не торопился. Он знал, что Люсиль простит ему и не такое опоздание. Дорогу ему перебежала то ли кошка, то ли маленькая собачонка. Развелось их тут – отстреливать надо. Интересно, что если накачать Люську спиртным, как следует, а потом действовать умело, но смело! Так и сделаем. Лассаль нащупал в своем пакете бутылку коньяка и коробку дорогих конфет: на душе немного повеселело. На душе, стремящейся к небу… Можно ведь сократить путь к подъезду через этот Красоловский тупик, не опасно ли? Ого, да кто это там!
– Здорово! Вот так встреча, – перед ошеломленным Лассалем, как из-под земли, возникли Мачилов и Захар.
– Дайте пройти! – Славик не захотел здороваться бывшими соратниками.
– Зачем же так-то, – Мачилов попробовал прихватить Славика за хлястик его коричневой куртки. Лассаль с размаху стукнул Мочу пакетом и развернулся к Думову.
– Мы тут проходом, эдак с полупьяна… – начал объясняться Думов. Славик, Ю не вдаваясь в детали, въехал Захару по физиономии и быстро побежал к тупику. "Там спасение!" – лихорадочно соображал он на бегу. Думов и Моча припустили следом.