Создатель
Шрифт:
Глава 3. Наркизов действует
«Я знаю, что в нашем обществе такой же беспорядок, как везде; но снаружи формы еще красивы, так что, если жить, чтобы только проходить мимо, то уж лучше тут…»
Занятый круговыми заботами, Гарри как-то и позабыл, что поступил в заведение, где учат… Он аккуратно не являлся на практики, коим молодые преподаватели Юника придавали солидное значение, поскольку именно
Деканат ФЛ-фака никак не мог разобраться, к какой группе относится означенный прогульщик. Бюрократические изыски, предпринятые делопроизводителем деканата и, по совместительству, "подружкой" декана Мариной Брулиной, привели к успеху. Означенная Брулина четко доложила Якову Васильевичу, что самый злостный прогульщик Наркизов Г.В. перевелся на 3 курс из одного московского института и относится к группе ФЛ-325, где старостой является активистка Факфила и "ничего себе" девушка Люсиль Доберманова. Декан сразу же вспомнил… ножки Люсиль и, немного погодя, личность Наркизова. Он быстро подмахнул приказ, и дело завертелось.
К тому же, как раз в это время, в Юнике проводилась широкая агитационная кампания «Лучше больше, да больше!» по борьбе с прогульщиками и с пьяницами (студенты иногда попивали, эх!). В Общий Дом была снаряжена экспедиция молодых красоловов для обнаружения и наказания не посещающих Юник студентов. В состав комиссии вошли: Ответственный Студент, доверенное лицо декана, два дюжих хлопца Попкин и Опкин, активист ФЛ-фака Егор Чумкин, Леночка Шерстова, активная младокрасоловка, и, наконец, Люсиль Доберманова, староста группы, где учился Наркизов. В десять утра, проверив наличествующих на занятиях факфиловцев, высокая комиссия приступила к работе в общаге.
Требовательные стуки в дверь – недолгие препирательства – обещание Ответственного, что будет "еще хуже", если не откроют… Поднятые прямо с кроватей стьюденты трусливо оправдывались, ежились под колючим взглядом Ответственного и клялись в своей негасимой любви к вузу, стране и лично к декану Титоренке… Затем они наскоро одевались и неслись в Юник ко второй паре. Леночка и Люсиль поначалу смущались трусоватых студентов, но вскоре обвыклись и даже помогали бедолагам в поиске куда-нибудь запропастившихся носок иль ботинок. Девушки-прогульщицы встречали "гостей" куда менее гостеприимно, но сурового наказания страшились и они… Когда же члены комиссии добрались до комнаты № 713, за дверью которого мирно спал создатель, время приближалось к полудню.
Громкий стук в дверь немного удивил Гарри, так как он настрого запрещал соседям будить себя утром, но после повторного стука в усиленном варианте Наркизов решил откликнуться. Он задал вопрос о личности посетителя, ему громко и веско ответили. Гарри зевнул, перевернулся на другой бок и послал высокую комиссию…намного дальше того места, куда все бы они желали попасть. За дверью было опешено. Однако Ответственный студент быстро пришел в себя и приказал выломать
С криком "Й-я!" Чумкин, невысокий паутинисто-седоватый хлопец, влетел в комнату и больно треснулся о стоявший посреди стол с недопитой "Пшеничной" и недоеденной с вечера закуской. При этом он больно задел и не успевшего увернуться Гарри. Раздосадованный создатель, мало обратив внимания на остальных, жестко пнул Егорушку под зад и выругался. Чумкин немедленно полез в драку, надеясь на Попкина– Опкина. Но тут вмешалось начальство, немедленно пристыдившее Чумкина:
– Егор, ты что! Не нужно…
– А че он, вредитель! – Чумкин, однако, тут же успокоился. – Запиши-ка Наркизова на выселение.
– Погоди, Чумкин! Попозже, – Ответстудент вытащил блокнотик и, посмотрев туда, повернулся к Гарри. – Наркизов Гарри Владимирович?
– Лучше смотри в блокнот, засранец! – еще не успевший прийти в себя создатель напяливал штаны и тихо ругался.
– А ну-ка без грубостей! – Ответственный покраснел, так как заметил невольную улыбку Шерстовой, красавицы ФЛ-фака.
– Я буду жаловаться на ваши действия Ректору, а не поможет – в суд! – отметил Гарри, надевая тапочки.
– Мы действуем согласно предписанию декана Якова Васильевича Титоренко и с ведома Коменданта общежития, – гордо пояснил Ответственный.
– Что с ним говорить! – грозно вякнул Чумкин. – На выселение его…
– Я пожалуюсь на всех, – успокоил создатель Ответстудента и комиссию.
– Это ваше право, – заметил Ответстудент. – Хуже будет только вам! Вы проспали одну пару, ночью явно пили водку…
– Посмотрим еще, кому хуже будет, – буркнул создатель, внимательно глядя на покрасневшую от его взгляда Шерстову. Члены комиссии в ответ немного повыли. – Собаки…
– Вы, Гарри, перевелись к нам учиться или? – брякнула Люсиль, девушка среднего роста со светлыми волосами.
– Нет, дрочиться! – срифмовал Наркизов.
– Понятно, – Ответственный вяло улыбнулся. – Впрочем, это ваши личные проблемы… Мы же, на первый раз, делаем Вам официальное предупреждение о недостойности поведения! О ситуации будет доложено лично декану Титоренко и коменданту общежития. Посмотрим…
– А за что это? – изумился Гарри. – Вы врываетесь ко мне, как враги, а я что же терпеть должен?
– Да за прогулы, господи! – Шерстова подскочила к создателю и ткнула ему в лицо своей очаровательной ручкой с золотыми часиками. – Посмотри!
– Я вообще-то бабью рук не целую! – не понял ее жеста создатель.
– Прекрати хамить, хам! – пискнул немного поизмятый Чумкин.
– Заткни хайло, Егорка! – повернулся к нему Гарри. – Но у тебя, киска, так и быть, поцелую… – он смял девичью лапку и поднес ее к губам. Шерстова взвизгнула от боли.
– Наркизов, не устраивайте балаган! – рявкнул Ответстудент. – Шерстова просто показывает вам время.