Спартак

Валентинов Андрей

Такая "скромность" только раззадорила Красса. Еели просят мало, следовательно, желают помириться как можно скорее. Боятся! Значит, никаких уступок. Добить врага!

Мне же кажется, что, предлагая переговоры, Спартак мог поставить вопрос не только о мире и земле — он способен был прозрачно намекнуть Крассу, что власть можно и ПОДЕЛИТЬ. Почему бы Марку Лицинию не стать новым Серторием, а еще лучше — Суллой? Красс занимает войском Капитолий, а Спартак, к примеру, обязуется разделаться с Помпеем.

Такой "пробный шар" вполне мог быть вброшен. Конечно, Красс подобное отверг. Но в душе… Лишняя капля яда, лишняя бессонная ночь. И утроенная ярость — скорее,

скорее! Никаких переговоров, никакого мира. Уничтожить врага!

В любом случае обе стороны не отнеслись к переговорам серьезно. Для Красса они стали еще одним доказательством того, что враг не желает воевать. А Спартак? Спартак же именно подобного и добивался. Пока Красс потирал руки и строчил очередное победное донесение в Сенат ("Еще немного, еще чуть-чуть!"), спартаковская армия уже готовилась к решающему удару. Разведка боем наверняка подсказала место, где римские позиции не столь сильны. Что и требовалось.

Одновременно спартаковцы осуществили еще одну внушительную демонстрацию.

Флор:

"Они стали готовиться к бегству в Сицилию и, не имея лодок, напрасно пытались переплыть через бурный пролив на плотах из бревен и на бочках, связанных ветвями".

Саллюстий:.

"Положивши под бревна бочки, они связывали их ветвями и ремнями из неотделанной кожи…"

Всерьез рассчитывать на переправу войска в несколько десятков тысяч человек через бурное море с помощью таких "понтонов", конечно, невозможно. Только царевич Гвидон мог на такое сподобиться. Зато операция "Бочки", ставшая тут же известной римлянам, еще раз убедила их в очевидном — враг в панике, спартаковцы, потеряв головы от страха, пытаются уплыть на наскоро связанных плотах…

И вот в одну из ночей холодного месяца марцедония, когда снег покрыл белые легионерские палатки и часовые мерзли в своих легких плащах…

Плутарх:

"…Выждав снежную и бурную ночь, Спартак приказал засыпать небольшую часть рва землей, деревьями и сучьями и перевел через него третью часть своего войска".

Аппиан:

"Спартак решил пойти на риск и, так как у него было уже достаточно всадников, прорвался со своим войском через окопы…"

Считается, что именно перед этой атакой Спартак произнес свои знаменитые слова: "Лучше смерть от железа, чем от голода!" Красиво умеют говорить вожди! Красиво — и убедительно. Не удивлюсь, если на самом деле припасов еще хватало, но Спартак намеренно напугал войско призраком голодной смерти. Злее будут — и назад не повернут.

"Линию Красса" постигла та же участь, что и все прочие "неприступные" позиции. Замысел Марка Лициния рухнул в одну ночь.

Странная война закончилась, Спартаковская — продолжалась.

46. БОИ В ЦEЙTHOTE

Понятие "цейтнот" хорошо известно даже тем, кто не любит шахматы. "Цейтнот" — "времени нет", истекают последние секунды, приходится делать ходы, почти не раздумывая. А проклятая стрелка спешит, отсчитывает мгновения…

Шахматы недаром считают самой простой и удобной имитацией военных действий — послушные фигурки, которых можно подставлять под бой, пехота, конница, даже полководцы, свой и вражеский. Конечно, деревянная доска — не поле битвы и не всякий гроссмейстер может стать хорошим генералом. Но принцип тот же и проблемы те же.

В снежном месяце марцедонии, на самом излете 72 года до Р.Х., в поединке Спартак — Красс начал ясно

ощущаться привкус цейтнота. Партия стремительно приближалась к концу. Живые фигурки задвигались с огромной скоростью, сражение сменялось сражением, и оба игрока, зачарованно глядевшие на часы, начали совершать непростительные для каждого ошибки.

Причины, по которым Спартак и Красс оказались в цейтноте, очевидны. Судя по всему, никто из них не ждал, что армия Помпея окажется в Италии раньше весны. Но Великий сделал почти невозможное — за пару месяцев завершил войну в Испании и тут же. направился со своими ветеранами по Пути Геракла к Альпам. На рубеже 72–71 годов до Р.Х. его авангард был уже в Цизальпинской Галлии.

Итак, оба игрока спешили, но совершенно по разным причинам. Спартака понять легче, ему требовалось закончить партию, пока армия Помпея не соединилась с Крассом. Выстоять против объединенных римских сил спартаковская армия не смогла бы, поэтому требовалось убрать одного из игроков.

Красс, как мы знаем, торопился совсем по другой причине. С точки зрения здравого смысла, ему этого делать не следовало — разумнее было подождать Помпея, согласовать совместные действия. Разумнее — но не для Красса.

Плутарх:

"Стало известно, что Помпей уже приближается. При выборах в народном собрании раздавалось немало голосов, что именно ему будет принадлежать победа в войне: придя, он тотчас вступит в бой и окончит ее".

Кажется, Красс боялся Помпея куда больше, чем его противник. Отсюда и спешка, отсюда ошибки, отсюда совершенно неразумное: "Скорей! Скорей!"

Спартак тоже спешил, но действовал куда более хладнокровно. Он знал то, о чем Красс или не догадывался, или просто не хотел задуматься, — на пути Помпея были Цизальпинская Галлия и Этрурия, где действовали спартаковские отряды. Пройти эти области без боев Великий не мог, значит, время еще имелось, хотя и не слишком много. Спартак оказался прав, армии Красса и Помпея так и не соединились, войска Великого завязли в Этрурии до самого конца войны. Однако вождь гладиаторов не мог знать об этом заранее, поэтому тоже торопился. Если Красс будет разбит, с одним Помпеем справиться можно.

Итак, бои в цейтноте. Ход за ходом, почти без передышки.

"Белыми" играл Спартак. Именно ему принадлежала инициатива в этой финальной партии. Первый ход мы уже знаем — спартаковцы прорвались через "линию Красса". Но прорваться — только полдела. Римляне могли развернуться и обрушиться на врага всеми силами, попытаться закрыть прорыв, отрезать часть спартаковцев на Регийском полуострове, разбить по частям. Поэтому Спартак делает ход конем. Вспомним!

Аппиан:

"Спартак решил пойти на риск и, так как у него было уже достаточно всадников, прорвался со своим войском через окопы…"

Конечно же, не конница прогрызала проход в римских укреплениях, на это есть пехота. Но в прорыв ушла именно кавалерия и, вероятно, наиболее опытные части из числа спартаковских ветеранов. Ведь Плутарх пишет о "трети" войска, вырвавшейся из Регия. Столько конницы у Спартака, конечно же, не было. Но почему треть, почему не вся армия? Причина понятна — мобильные части Спартака оказались В ТЫЛУ у римлян. Теперь Красс, а не Спартак был окружен. Удара следовало ждать с любой стороны, что само по себе неприятно, но Спартак, не дожидаясь ответного хода (война все-таки не шахматы), предпринимает нечто совершенно неожиданное. Отборная часть его армии быстрым маршем уходит по Помпилиевой дороге на север.