Спасатель
Шрифт:
Закончив продумывать возможный маршрут и пути отхода, мы отправились на склад снаряжения. При виде сложенного, развешенного и расставленного в просторном помещении добра, у меня натурально «потекли слюнки». Увидев мою реакцию, все, включая полковника, заулыбались. Погуляв пяток минут по складу, я понял, что для транспортировки всего, что мне хочется отсюда взять, понадобится как минимум БТР… Пришлось отключать фантазию и задействовать здравый смысл.
Тщательно выбирая приборы и снаряжение, я начал потихоньку складывать все на один из столов.
Как только я закончил примерять защитный скафандр, полковник сделал знак подойти.
— Винтовка и пистолет пристреляны, не беспокойтесь. Все ваше. Берите и владейте.
— А гранаты зачем? Я же просил «молотов».
— Это получше будет… Зажигательные гранаты. Снаряжены белым фосфором.
Монах, паковавший рядом рюкзак, согласно кивнул.
— Точно. Температура горения сумасшедшая. Разлетается дальше. И в не разобьется ненароком. Бери, Командир, не пожалеешь. Это же не хлопушка осколочная.
Полковник задумчиво крутил в пальцах патрон.
— Ответчики проверьте.
Я вопросительно посмотрел на него, не понимая, о чем идет речь.
— Так, ясно. Похоже, мы забыли кое-что важное.
Спустившись на этаж ниже, мы прошли по коридору в небольшой зал, полный различной аппаратуры, назначения которой я не знал. Женщина лет сорока в форменном кителе с погонами капитана встретила нас у двери.
— Здравия желаю.
— Ольга Сергеевна, срочно запрограммируйте один ответчик для этого человека. Внесите данные в базу. — Полковник подумал. — И вот еще что… сделайте ему наше удостоверение. С допуском категории «А». Письменный приказ об этом вы получите завтра утром.
— Есть! — она повернулась ко мне — Пойдемте со мной.
Еще одна комната с аппаратурой. Кресло посередине, похожее на медицинское, и толстые жгуты разноцветных проводов. Она указала на него. Я уселся с некоторой опаской, подсознательно ожидая шприца, или чего-то в этом духе. Капитан закрепила на моих руках, шее и голове несколько датчиков с «присосками» и защелкала клавишами компьютера.
— Скажите, что такое «ответчик»? — не выдержал я.
— Вы не знаете? Специальное устройство. Определитель «свой-чужой». Чтобы свои по вам не стреляли, проще говоря. Автоматические боевые модули видели?
— «Курицы»?
Чертовски противные штуковины. Охраняют периметр Зоны, в глубине встречаются редко. Сталкеры их обычно десятой дорогой обходят. Опасные железяки. Передвигаются на двух ногах точь-в-точь как куры. Да и по виду очень похожи… Только вот вооружение неслабое, так что «клюнуть» способны — будь здоров… Открывают огонь по всему, что движется в поле зрения их датчиков.
— Да, «курицы». Вы теперь сможете подходить к ним без опаски. Более того, при необходимости они вас еще и огнем прикроют. Так… скажите что-нибудь в микрофон. Вон он, справа о вас.
— Зачем? То есть… я хотел сказать… что говорить-то? Ну… раз-два-три-четыре-пять, проверка.
— Все, достаточно. — она улыбнулась. — Тембр голоса человека индивидуален, как и отпечатки пальцев… Их мы сейчас тоже возьмем, а основные показатели биоритмов сердца и мозга я уже сняла… Идентифицировать человека можно по многим параметрам. Понимаете, каждый ответчик программируется индивидуально. Вы не сможете воспользоваться чужим, равно как и никто другой не сможет воспользоваться вашим. Теперь можете снять датчики, и пройдите туда, вон к тому белому прибору…
Через двадцать минут я вышел
Полковник, Сапер и Монах ждали меня у лестницы.
Предложение командира батальона спецназа довезти нас на БТР-е до самого комплекса НИИ я отверг сразу. Да, я знал, что туда ведет в общем-то неплохо сохранившаяся дорога, но только вот что на ней сейчас? Я предложил другой маршрут. После обсуждения решено было так: едем от блокпоста на границе Зоны только первые восемь километров, до железнодорожного переезда, сворачивая на перекрестке к северу, а не в сторону НИИ. От переезда остальные шесть — по обстановке, скорее всего пешком. Пойдет два БТР-а: первый наш, второй — резервный. Водители — спецы, которые мотаются по Зоне в укрепленные лагеря ученых. Не новички, да и дорогу хорошо знают. Один броник потом оставят в точке высадки для нас, когда пойдем обратно. Водители уедут на втором.
С момента нашего выхода спецназ сидит в «готовности один», в воздухе постоянно сменяя друг друга, будут дежурить вертолеты. Еще раз оговорили условные сигналы ракетами.
До рассвета оставалось еще три часа, и мы, трое сталкеров, отправились спать, оставив командиров совещаться между собой.
БТР двигался относительно медленно — не больше пятнадцати километров в час. Я сидел на броне по солдатски, свесив одну ногу внутрь, вторую поставил на скобу, торчащую из борта. Такая, не очень удобная на первый взгляд, поза имела одно неоспоримое преимущество: она позволяла в случае опасности либо мгновенно «уйти» вниз в люк, либо наоборот — спрыгнуть с брони, и дальше надеяться только на себя. СВУ я держал в руках, стволом вверх. Рядом в соседних люках устроились Сапер и Монах. Ехали молча, изредка перебрасываясь скупыми фразами. Все внимательно смотрели вперед и по сторонам. Пропавшая группа тоже шла этой дорогой чуть больше суток назад. Второй БТР держался сзади метрах в двухстах. И я вдруг подумал, что впервые за все время передвигаюсь по Зоне вот так — на броне…
Несколько раз останавливались, казалось, впереди «комариная плешь». Но каждый раз брошенные гайки падали на асфальт как обычно, и мы продолжали путь. Все это было странно. Зона вела себя так, как будто ее не было. Только небо напоминало о том, что она все же есть, и мы идем уже по чужой земле…
Небо Зоны… особенно сильно оно действует на новичков. Впрочем, опытные сталкеры тоже не особенно любят смотреть вверх. Странные серо-свинцовые облака, грозно клубящиеся, почти кипящие, или наоборот — застывшие и гладкие, словно стеклянные. Постоянные грозовые разряды. Иногда — пронзительная синева, и какое-то чужое солнце. Времена года… да их здесь просто нет. Ни зимы, ни весны, ни лета… Есть только одно время — время Зоны.