Спасти Кремль
Шрифт:
Мама засмеялась.
— Сейчас вилку в морозильную камеру засунет. Ребёнок считает, что холодное оружие должно быть холодным. В буквальном смысле.
Папа расхохотался, обнял маму, и они пошли вслед за Федей.
— Вот ведь жук этот Федька — согнём-разогнём… — смеясь, повторял папа. — А я им ещё про магическое число олова не рассказал… представляешь… — конец загадочной фразы смешался со звоном кухонной посуды.
Руся бросил взгляд на полку с солдатиками.
— Вечно всё нельзя! — пробурчал он.
Луша
С уроками расправились только к ужину, даже с Федюней не поиграли. Тот расстроился. Сразу после ужина надутого зарёванного Федьку отправили спать.
Стемнело. Руся, уже в пижаме, возился с мелкими пластмассовыми человечками из конструктора. Перед сном он осматривал своё войско, всех этих рыцарей, индейцев, гномов, орков и дроидов. Нужно было пересчитать потери поломанными и пропавшими без вести где-то под диваном в гостиной. Покончив с этим, Руся предложил сыграть в войнушку сестре — на всякий случай, вдруг согласится.
— Ой, да ну! — по обыкновению закапризничала Луша. — В войнушку со своим Макаром играй. Или вон, с Федюней, сколько раз говорить…
— Лу-у-ша-а! — заныл Руся Федюнькиным голосом. — Ну давай тогда в ша-ашки.
— Ну, давай, — обречённо вздохнула та. Потом вдруг опомнилась: — Русь, так ведь шашек не хватает?
Обрадованный её согласием, Руся произвёл несколько воинственных движений, со свистом рассекая воображаемой саблей воздух:
— А мы человечков поставим.
— Да ну, они мелкие и лёгкие. С доски вечно валятся.
— Да, лучше что-нибудь потяжелее! Папиных солдатиков, например. — Глаза у Руси загорелись. — Да-а, тогда была бы настоящая битва…
— Давай возьмём. Поиграем и вернём на место. Он и не заметит.
Руся сконфузился. Обманывать он не любил.
— Эх, ты! Вообще-то это была твоя идея, — сказала Луша, глядя в карманное зеркальце и поправляя чёлку. — Сколько можно тебя опекать?
И девочка решительно открыла дверь.
— Лу, может не надо?
— Идём. Мне одной всё не унести. А ронять их нельзя, сам знаешь.
Через две минуты они вернулись в детскую и кучей свалили солдатиков на Лушиной кровати.
— Я, чур, за наших, — заявил Руся, энергично наскакивая на невидимого врага и нанося ему разнообразные удары.
— Ха-ха, тогда я первая хожу, — оживилась Луша, потирая ладошки.
— Почему это? — возмутился было Руся. — А ну-да, «французы» будут «белыми». А «русские» какие-то почти бронзовые. Это вообще олово, или что? — спросил он, колупая фигурку ногтем.
— Папа же говорил — это олово с чем-то там. Ну, я не помню, — отмахнулась Луша.
Они проворно расставили вместо шашек фигурки оловянных солдатиков и уставились на доску.
— Всё,
— Ходи! — вздохнул Руслан. — Так и быть. Будем исторически точны!
Они сыграли партию, потом другую. Перевес был на Русиной стороне: войско Наполеона всё время проигрывало. Историческая точность торжествовала.
Луша от этого заскучала и начала зевать. Они собрали фигурки и по тёмному коридору босиком прокрались к дверям гостиной.
— Стой! Там кто-то есть!
Руся наткнулся на Лушу, солдатики в подоле его пижамы громко звякнули.
— Тише ты!
Полупрозрачная дверь в гостиную была приоткрыта. По лицам детей забегали разноцветные отсветы — это мама включила телевизор.
— По сообщениям информационных агентств, пропажи детей в странах Северной Европы продолжаются. Согласно бу-бу-бу… это уже восьмой подросток. Полиция не обнаруживает ни малейших следов… бу-бу-бу… Они просто исчезают и всё. Подобное сообщение пришло также из Испании, где…
Луша сделала большие глаза.
— Ты слышал?
— Ерунда! — зашептал Руся прямо в ухо сестре. — Эти журналисты вечно что-нибудь придумают. То у них свинский грипп, то дети исчезают…
А вот мама встревожилась. Только Руся не обратил на это внимания. Ну, мамы же вечно беспокоятся, известное дело…
— Саша! Это ты? Иди сюда скорее! — донёсся из-за двери мамин взволнованный голос.
— Папу зовёт. Мы влипли!
Они попятились в темноту и затаили дыхание. Папа не отзывался. Зато бубнение телевизора стало отчётливее, видно, мама добавила громкость.
— И вот, сенсация — сегодня сразу два подростка вернулись домой. Судя по их рассказам, оба они побывали… в прошлом! Генри Чизрайт и Альфред Свенссон, пропавшие три недели назад, рассказывают всё в красочных подробностях. Самое поразительное — эти дети не знакомы между собой и проживают в разных странах. Один из мальчиков, англичанин Генри Чизрайт, по его уверениям оказавшийся в Средневековой Германии, теперь легко изъясняется по-немецки…
— Обалдеть!
— Что-то мне не верится. Это не научно. Да это не новости, а фильм, наверное, какой-то!
Тем вечером он вправду так думал. Вообще не придал услышанному никакого значения. А теперь выходит — не ерунда и не выдумки?
Они с Лушей постояли ещё немного, вслушиваясь в странные речи диктора. Первой опомнилась сестра:
— Пойдём к себе, пока папа нас здесь не застукал!
— Может зайдём, маме признаемся и на место поставим? — предложил Руся. Его грызла совесть. — Мама простит. Может, и папе не скажет.
— Ну уж нет. Я не собираюсь рисковать. Конный клуб отменят, как в тот раз. Лучше завтра встанем пораньше, и отнесём, пока все спят. Авось, не заметят.