Спекулум
Шрифт:
– Боже мой, Ками, я так получу инфаркт и некому будет тебя кормить.
Кот радостно подполз ближе и уткнулся мокрым носом мне в шею, мурлыкая и, побуждая меня подняться, чтобы покормить его высочество.
– Окей, встаю.
Покормив своего питомца, я быстро приняла душ, позавтракала и проходя коридор, замерла перед зеркалом, рассматривая свои синяки под глазами. Было ощущение, будто я умерла и в какой-то момент мою душу вернули в тело, которое не удосужились дооживить. Вид у меня был такой, словно я не спала
Во дворе кричали дети и я впервые подумала о том, как хорошо, когда идет учебный год, никто не орет под окнами и не кидается в тебя песком, когда проходишь мимо. Я порылась в сумке, висящей на плече, чтобы убедиться, что я ничего не забыла. Еще неделю назад я дала маме обещание, что схожу в университет технологий и подам туда свои документы. На самом деле я и сама не знала, куда хочу поступать и хочу ли вообще. Конечно, я прекрасно понимала, что поступать нужно и придется, но вот душа не лежала к чему-то конкретному. Мне не были интересны ни точные, ни гуманитарные науки. Мне всегда казалось, что учить школьную программу глупо, ведь в итоге ты все равно будешь использовать совсем другие знания, которые наработаешь уже в более зрелом возрасте.
Мама в школе обожала физику, но ни одна лабораторная работа не дала ей знаний для того, что она делала на работе. Честно говоря, я не знала, что именно она делала, мы никогда не говорили об ее карьере. Зато с папой все было просто, он любил в школе физкультуру и теперь работал тренером, часто летающим даже заграницу, чтобы тренировать большие команды по бегу, волейболу и многому другому, чему не учили их в школе. Благодаря отцу я всегда была в форме, потому что каждые два месяца получала персональную программу тренировок и правильного питания. Остальные платили за подобное несколько сотен долларов, а мне доставалось все по блату.
Но что касалось меня, я не хотела заниматься чем-то обыденным. Меня всегда привлекала неизвестность, я бы хотела опускаться на дно морей и океанов, исследовать их обитателей и познавать тайны Вселенной. Вопросов было миллион и больше, а вот ответов еле-еле хватало хотя бы на сотню.
По ноге расползлась тихая вибрация, и я достала сотовый телефон из кармана джинсов.
– Стэйми, привет!
– Привет, ты уже была в университете?
– Как раз направляюсь туда, а что?
Подруга истошно завопила.
– Они сегодня не работают! Ты представляешь?! Я потратила два часа, чтобы добраться до них, а на входе мне сказали, что у них там какой-то день науки и все разъехались по конференциям.
Я остановилась посреди тротуара как вкопанная. Если бы я успела добраться до учебного заведения и услышала то же, что и подруга, поток нецензурных выражений было бы уже не остановить.
– И когда теперь к ним ехать?
Подруга шумно выдохнула.
– Не знаю, сказали,
Я глубоко вздохнула и цыкнула, разделяя негодование подруги. Если бы мне пришлось вставать в семь утра летом, чтобы протащиться через весь округ, перебраться через мост, постояв в пробке, я бы тоже была в гневе. Стэйми всегда любила делать все быстро и сразу, поэтому в час дня она уже заканчивала свои дела, а я только начинала их делать.
– Ты еще в городе или дома?
– Подъезжаю к Марин.
– Жду тебя в нашем кафе.
Голос девушки заметно повеселел.
– Лечу.
Я заказала себе коктейль с мятой и какой-то ягодой, ожидая подругу за столиком у окна. Снаружи бегали дети, весело что-то обсуждая, за ними плелись мамы с колясками. Я подумала о том, что вся жизнь это сплошная суета и я не хочу прожить ее так, как проживают другие. Все настолько примитивно и скучно, что даже болело в груди. Учеба, работа, семья, пенсия, поминки. Как бы ты ни прожил жизнь, эти составляющие касаются каждого в той или иной мере. Ты мог не учиться, но все равно пришлось бы работать. Если не работать, то ты будешь бездомным, а значит, пенсию можно сразу проскочить и перейти к трагической концовке.
Помешивая трубочкой напиток, я погрузилась в свои мысли. В стакане я отчетливо увидела свое измученное отражение и поморщилась, когда снова заметила синяки под глазами. Вдруг колокольчик над входной дверью звякнул, и в помещение плавной походной вошла Стэйми. Девушка зачесала свои роскошные медового цвета волосы в высокий хвост, надела белую блузу с короткими рукавами и коричную юбку, идеально сидящую на ней. Завидев меня, подруга радостно побежала ко мне и, усевшись рядом, заключила в объятья.
– Отлично выглядишь, – воскликнула Стэйми и пересела напротив меня.
Я коснулась рукой своих каштановых волос, а потом невольно провела пальцами по коже вокруг глаз.
– Спасибо, но я не очень согласна.
– Тебе нужно больше спать, я же говорила, что четыре часа это мало.
– Сегодня я проспала… – я прищурилась, подсчитывая количество часов на сон, – кошмар, девять часов.
Подруга прищурила один глаз.
– Это с какого времени?
– Какая разница, главное поспать, а вот с какого времени, это уже другой вопрос.
Девушка закатила глаза и тут к нам подошел официант.
– Добрый день, что закажете? – спросил парень, обращаясь к Стэйми и что-то чиркая в своем блокноте.
Я посмотрела на сосредоточенное лицо подруги и уже знала, что она закажет. Стэйми пила очень редко и чаще всего это случалось, когда она была расстроена или очень сердита, сейчас подходил второй вариант.
– А есть виски?
Парень изогнул бровь и спокойно ответил.
– Это же кафе.
– Значит нет? – не останавливалась Стэйми. – Тогда кофе, пусть он будет таким черным, как мой сегодняшний день.