Спирас. Книга 1
Шрифт:
Смех уже был не в голове, он исходил от того, кто стоял за его спиной.
Только не это… Он медленно обернулся и увидел ее.
В белом развевающемся платье, она смеялась перезвоном колокольчиков и кружилась на месте, в танце, под слышимую только ей музыку… еще немного и он, наверное, тоже сможет ее услышать.
— Здравствуй, Кассандра…
— О Деймос, я так скучала по тебе! — она остановилась, раскинув руки в стороны.
Кассандра
— Ты так надолго бросил меня. Я уже решила, что ты больше никогда не придешь.
— Я тоже так думал, — ответил Деймос с сожалением.
Кассандра хищно улыбнулась и оказалась рядом. Тонкую, неосязаемую руку она положила Деймосу на грудь.
— Я всегда знала, что ты придешь. Всегда ждала и надеялась. Давай заключим сделку?
— Уходи, Кассандра, прошу.
Она наивно заморгала.
— Но ведь это ты позвал меня, попросил помочь справиться с молнией, уберечь от нее твоих друзей. Разве я плохо справилась?
Она обошла его со спины и прижалась.
— Я ведь знаю, как ты любишь использовать мою силу. Знаю, как тебе нравится быть всемогущим.
Деймос развернулся к ней лицом и отошел на шаг:
— Цена что-то слишком высока.
Опять наивное хлопанье ресниц.
— А что с ценой? Разве ты так сильно дорожил своей нелюбовью к орехам? Чувствуешь себя плохо от того, что потерял эту небольшую черту?
— Нет, но дело не в этом. Ты потрошишь мою душу. Разрушаешь ее постепенно.
Она улыбнулась.
— Это твое видение вещей. Я же смотрю на ситуацию совсем иначе. Можешь называть это как хочешь, но одного это не изменит. Знаешь, чего?
— Нет, — процедил Деймос.
Кассандра протянула руку к его щеке. Деймос не должен был почувствовать неосязаемую плоть, но…
— Как бы сильно ты не старался забыть о моем существовании, как бы не прятал в глубины своего сознания, в критический момент ты сразу прибежишь ко мне.
Рука ее была холодной…
— Не переживай, все мужчины вашей семьи похожи друг на друга, пытаетесь сопротивляться мне, а потом все равно проигрываете. Поддайся, это
— Не все, — твердо заявил Деймос и смахнул с себя ее руку, — мой отец смог противостоять тебе.
— Да… — улыбка Кассандры стала нестерпимой, — а какой ценой? Ты знаешь, чего стоила ему эта победа? Его, считай, постигла та же участь, что и твоих предков, только немного другого формата.
Он не хотел знать, что она имеет в виду.
Кассандра вновь рассмеялась… Только теперь ее смех доносился из головы Деймоса. Она исчезла.
Он опустил тяжелый кулак на свою голову. Макушку пронзила боль, зато смех прекратился.
— А что, если бить себя по голове, она станет умнее?
Деймос не понял сначала, чей это голос. Он огляделся и увидел голову господина Рикомора. Директор высовывался из-за старой расхлябанной двери на крышу.
— Вы все слышали?
— Твой странный полуночный монолог? Нет! — он просунул в дверь тетрадь, на которой красными чернилами была выписана дата. — Смотри ка, прошло всего два дня! — довольный директор накалякал вторую дату.
— Вы что, везде ее с собой таскаете?
— Да! — гордо кивнул господин Рикмор. — Ладно уж, забирайся сюда, давай поболтаем.
07.01.1960 год.
Первый мир
Княжество Цирит
10 лет до начала революции
17:00 (четверг)
Аластер
Кровь монстра хлынула на белоснежный снег. Трибуна тут же взорвалась аплодисментами. Голова странного животного, осклабленная и окровавленная, откатилась в сторону от тела. Аластер проследил за ней взглядом. В глазах монстра застыла невообразимая ненависть.
Еще с десятков монстров пробирались через чащу на заснеженную поляну. Никто из зрителей и звука не издал. Все в душе взмолились своему Богу, и он снизошел к молитве, смело сделал шаг к стае. Его белые одежды отражали солнечный свет и, казалось, сами сотканы из света. В руках Кираса Кардера блеснул золотом меч, и еще несколько тварей отлетели от него, разбрызгивая по снегу почти черные струи.
Виктор стоял перед трибуной для страховки, чтобы при необходимости спасать зрителей, но досточтимые господа все равно испытывали невообразимый страх. Монстры иногда оказывались от них на расстоянии прыжка, так что можно было рассмотреть клыки в оскаленных пастях, а трибуна, собранная по-быстрому из привезенных частей, иногда покачивалась и шаталась.
Аластер, как завороженный, рассматривал монстров. Вот он, главный страх его детства, да и каждого живущего под небом человека. Те твари, о которых рассказывают в темноте детям, чтобы засыпали быстрее. Кем пугают непослушных малышей, когда они не хотят делать то, что нужно взрослым.