Спонсор
Шрифт:
Больше за время пути мы не разговаривали. Поначалу машина съехала с многополосной дороги на узкую, затем и вовсе на какую-то просёлочную, тёмную. Если бы не выхвачивающий окрестности свет фар, я бы, наверное, ничего различить не смогла. А так… Да и так различить у меня вышло немногое: просто было нечего. Деревья, кустарники и снова деревья… Меня вновь терзал вопрос куда мы едем, но больше этого хотелось знать, что случилось. Хотелось, чтобы Ренат сказал мне всё как есть, без увиливаний и прикрас. Лезть я не собиралась, просто
Машина свернула в самую гущу леса, проехала ещё несколько минут и только после остановилась. Казалось, что высоченные сосны смыкаются над нами, что лес проглотил нас, как кит из мультика глотал корабли, и теперь мы находимся в его утробе.
Открыв дверцу, Ренат вышел на улицу, и я последовала за ним. Ноги тут же утонули в доходящей до середины икры траве. В дизайнерском платье и лаковых туфлях на высокой шпильке я выглядела тут явно неуместно. Ещё неуместнее выглядела разве что моя сумочка. Сжав её, я сделала шаг к Ренату. Фары выхватывали толстенные древесные стволы и темнеющие между ними зазоры, однако я всё же смогла угадать очертания дома.
— Я давно тут не был, — только и сказал Ренат, направляясь к нему.
Над ухом пропищал комар. Октябрь, пора бы им передохнуть, но нет же… Я шлёпнула себя по руке. Живучие твари!
Вечер был холодным: градусов семь, не больше, и я поспешила надеть куртку, что держала в руках. К платью она не подходила, а машину Ренат припарковал совсем недалеко от входа в театр, поэтому добежала я без неё, но здесь было холоднее. Сделав шаг, я споткнулась о кочку и едва не потеряла равновесие. Ухватила сумочку за ремешок. Ренат уже поднимался по ступеням крыльца, и я поспешила за ним, пока он не скрылся в доме. Оставаться одной снаружи не хотелось, а ему сейчас было точно не до моих сомнительных па.
— Ты идёшь? — в подтверждение моих мыслей обернулся он ко мне, и я кивнула, совершенно позабыв, что вряд ли он сумеет различить кивок в такой темноте.
Однако он, кажется, различил. Подождал, пока я поднимусь на крыльцо вслед за ним и только после вошёл в дом — сырой и неуютный, наполненный всё той же темнотой.
— Нужно включить генератор, — пояснил, поняв моё замешательство.
Конечно… Мне ли не знать об этом? То ли я к комфорту так быстро привыкла, то ли просто задумалась о другом…
Легко двигаясь в темноте, Ренат скрылся в глубине коридора. Я прислушалась к звуку его отдаляющихся шагов и попыталась осмотреться, но сделать это было затруднительно. Прикрыла дверь, и доносящиеся с улицы звуки стихли. Буквально через минуту по глазам резанул резко вспыхнувший свет, и стало спокойнее. Я заметила пару висящих в коридоре на массивных крючках курток, неподалёку от меня стояла приземистая деревянная тумба. На первый взгляд совсем грубая, но, подойдя ближе, я поняла, что сделана из хорошего прочного дерева, а ручки ящиков выполнены из серебра.
— Чей это дом? — спросила я, когда Ренат вернулся.
— Мой, — коротко ответил он. — Я приезжаю сюда, когда хочется побыть в одиночестве.
Ничего на
— Изысков тут нет, но, думаю, на два-три дня тебе хватит и этого, — открыв один из шкафчиков, он показал мне пакеты с крупой. В другом стояли чай, кофе и сладости. Пакет с сухим молоком, консервированные овощи…
— Тут и месяц можно прожить при желании, — не удержалась я и, внимательно посмотрев на Рената, проговорила, уверенная в своих словах: — Это ведь не просто дом, куда ты приезжаешь, когда хочется побыть одному? Что-то вроде тайного убежища, да?
— И это тоже, — к моему удивлению, не стал он спорить. — Но до сегодняшнего дня необходимости использовать его как убежище не было, Лиана.
Ренат смотрел мне в лицо. Прямо, твёрдо. Держал взглядом, и я не понимала, к чему это. Что он хочет сказать? Или не хочет… О чём я должна догадаться?
— А теперь есть? — тихо поинтересовалась я.
— Возможно, — наконец он отвернулся. Пошёл к двери. Я покорно, хоть он меня и не приглашал, последовала за ним.
Дом был небольшим, одноэтажным. Кухня, спальня и летняя терраса. Самый настоящий деревенский дом, не то что тот охотничий замок, где я провела предыдущие дни. Хотя и тут тоже от всего веяло дороговизной: одна душевая чего стоила. На полу красивая плитка, зеркало в раме тонкой работы…
Не успела я опомниться, Ренат пошёл к входной двери. Остановился и довольно резко, в своей бескомпромиссной манере выговорил:
— Ни с кем не разговаривай, Лиана. Трубку бери лишь в том случае, если звонить буду я.
— А мама? — честно говоря, я растерялась. И испугалась. Наверное, только теперь на меня стало накатывать осознание, что это не его очередная блажь, что всё это не сцена из дурацкой постановки или дешёвого сериала. Я и прежде это понимала, но теперь осмысление стало таким явным, что к горлу подступила дурнота, а сердце испуганно забухало.
— Нет, — отрезал он, пронзив меня мрачным взглядом. — Сама не звони им и трубку не бери. И мне тоже не звони, я наберу тебе сам.
— Ты… ты на долго?
— Пока не знаю, — он вплотную подошёл к двери.
На своих шпильках, и без того высокая, я чувствовала себя тут цаплей. Поняла, что всё ещё сжимаю в руках сумочку и поспешила положить её на тумбу. Ренат смотрел на меня, я на него…
— Ренат… — шепнула я, когда он взялся за ручку двери. Он вопросительно кивнул. — Пожалуйста, будь осторожен, ладно?
Взгляды наши снова встретились. Зрачки его полыхнули пламенем, но не тем, что я привыкла видеть. Это было что-то другое, незнакомое мне. Замерев, я смотрела на него, а пальцы жгло желанием прикоснуться. Нет, впиться в его руку, в одежду и просить не уезжать. И правда как в дурацком любовном романе… Только это было настоящим. Моей жизнью. Моей и его, за которую я сейчас боялась, как не боялась никогда прежде.