Спрячу вас!
Шрифт:
Я засыпала впервые за долгие часы спокойно.
…А проснулась полностью выспавшейся. Всё ещё на его груди. Неш спал тоже, обнимая меня так крепко, будто я была самым дорогим, что у него есть.
Я осторожно приподнялась, стараясь выпутаться из его рук, будто выбиралась из слишком тёплого, уютного кокона. Не хотелось тревожить, но оставаться так тоже было неловко.
Я почти выбралась, когда вдруг его пальцы шевельнулись, и глубокий, хрипловатый голос прозвучал у самого моего уха: — Доброе утро, маленькая Сора.
Я
Он приоткрыл один глаз, посмотрел на меня с какой-то ленивой довольной улыбкой. — Я рад, что помог. Могу делать это хоть каждую ночь.
— Неш! — возмутилась я, чувствуя, как уши предательски заливает жар.
Он театрально пожал плечами и приподнялся на локте. — Что? Я же просто спал рядом. Ничего такого.
И от этой его невинной ухмылки мне стало ещё хуже — потому что я помнила, как хорошо и спокойно было в его объятиях.
Я поспешно пригладила волосы, поправила платье и направилась в ритуальную комнату. В голове стучала одна мысль: Свет, только не сейчас.
Но, шагнув в зал, я застыла. За окнами давно уже не утро. Судя по яркому свету и жаре, было ближе к полудню.
— О, боги… — выдохнула я. — Там ведь уже, наверное, очередь под дверью.
Но тело само понесло меня к алтарю. Ритуал важнее. Даже если за дверью стучат десятки людей. Даже если я только что проснулась в объятиях мужчины. Даже если за это мне… должно прилететь.
Я разложила свечи, вытянула руки над белым камнем алтаря и запела молитву. Голос дрожал. Вспомнилось, как я спала, уткнувшись носом в грудь Неша. Вспомнилось, как его рука держала меня, не отпуская. Вспомнилось, что я не сопротивлялась.
Свет этого не простит.
Я ждала наказания. Острого удара в сердце, жгучей боли, того самого ледяного ощущения, будто тебя разрывают изнутри.
Но… ничего не произошло.
Световые нити мягко разошлись по комнате, наполнив пространство привычным сиянием. Алтарь засиял ровно и спокойно. Молитва завершилась так же, как всегда. Без малейшей тени осуждения.
Я стояла, тяжело дыша, и смотрела на свои руки. — Что?.. — прошептала я. — Этого не может быть…
Вместо боли я чувствовала только тепло. Лёгкость. Словно всё сделано правильно.
Почему?
Я шагнула назад и оперлась о колонну, пытаясь осознать происходящее. Но ответа не было. Свет не осудил меня.
И это пугало больше всего.
Стук в дверь заставил меня вздрогнуть. Я резко обернулась — и, конечно, там стоял Неш. Всё такой же спокойный, как всегда, будто сам факт его присутствия уже был ответом на любой вопрос.
— Ты как? — тихо спросил он.
Я сглотнула, сжимая пальцы в замок. — Не знаю… — честно призналась.
Он прищурился, чуть наклонив голову. — Что-то случилось?
— Да. То есть… нет. — Я покачала головой, чувствуя, как в груди растёт странное волнение. — Ничего не случилось…
Бровь Неша чуть приподнялась. — Хм. Видимо, всё же работает.
Я нахмурилась. — Что работает?
— Я же влил в тебя тьму, чтобы ты уснула, — спокойно напомнил он, будто говорил о самом обычном. — Видимо, её остатки до сих пор сбивают с толку свет.
Я замерла. — Ты хочешь сказать… — голос сорвался, и мне пришлось взять себя в руки. — …что поэтому мне не было больно?
Он кивнул. — Это хорошо. Думаю, стоит сделать то, что мы задумали.
Я растерянно уставилась на него. С одной стороны, это было чудом. Возможность наконец-то быть «нормальной». С другой… это ведь прямое нарушение всех правил. Какая же я после этого светлая?
Но времени думать не было. В дверь уже настойчиво стучали новые посетители.
Неш, уловив мой взгляд, мягко отступил в сторону, будто выпускает меня. — Иди, малышка, — тихо сказал он и от этого “малышка” внутри стало как-то странно. — Светлые не ждут.
Работа. Да, это то, что всегда спасало меня от лишних мыслей.
Я вышла в приёмную — и, как и ожидала, там уже ждали. Несколько женщин, один старик и пара мальчишек лет десяти. Каждый со своей бедой, но все с одинаковым ожиданием в глазах.
— Свет направит, — сказала я, открывая дверь шире. — Входите.
И привычный круговорот моего дня закрутился.
Кому-то я прикладывала ладони к груди, прогоняя кашель. Кому-то доставала из запасов зелье от жара и велела пить трижды в день. Старик жаловался на боли в ногах — для него я долго шептала молитву, пока не почувствовала, как боль стихла.
Я улыбалась, кивала, говорила ободряющие слова. Всё шло как обычно. И только внутри всё было иначе. Каждый раз, когда свет проходил через мои руки, я прислушивалась — ждала боли, жгучего наказания. Но… ничего. Свет слушался меня. Обычно, мягко.
Неужели Неш был прав?
— Спасибо, служительница, — поклонилась женщина с младенцем на руках, когда его дыхание выровнялось.
— Спасибо, — вторил ей мальчишка, которому я залечила рану на колене.
А я лишь кивала и отпускала каждого, стараясь выглядеть такой же спокойной, как всегда.
Только когда дверь за последним закрылась, я позволила себе опереться на стену и прикрыть глаза.
Глава 30
Я стояла, закрыв глаза, позволяя себе редкую передышку. После приёма очередных посетителей голова кружилась, и я пыталась восстановить дыхание.
И вдруг почувствовала лёгкое касание. Тёплые пальцы сомкнулись вокруг моей ладони.
Я резко открыла глаза. Передо мной стоял Макс. — Макс… — прошептала я. — Да, — его голос был низким, спокойным, но в нём чувствовалась какая-то настойчивость. — Что-то случилось? — спросила я, чуть нахмурившись. — Да, — коротко ответил он.