Спрячу вас!

Солнечная Тина

Сердце моё стучало, как сумасшедшее.

Неш смотрел прямо в мои глаза. — Я клянусь делить с тобой тьму и свет. Твои радости и муки станут моими. Я никогда не оставлю тебя одну.

И настала моя очередь. Я чуть не задохнулась, но произнесла: — Я клянусь быть с вами. В свете и в тьме. Пока живо моё сердце.

Слова упали в воздух, и круг вспыхнул белым, потом чёрным светом сразу, сливаясь в единый серебристый.

Я почувствовала, как нечто проходит через наши руки, соединяя нас. Жар, холод, дрожь, и вдруг — наполненность.

Как будто внутри меня всегда было пустое место, и теперь оно заполнилось.

Макс выдохнул, его глаза загорелись янтарём, и он прижал мои пальцы крепче. — Теперь ты наша жена.

— И мы твои мужья, — добавил Неш.

Пламя свечей рванулось вверх и погасло, оставив комнату в полумраке. Круг ещё миг светился, а потом исчез.

Я стояла между ними, трясясь от переполняющих эмоций. Это было не похоже ни на одну молитву, ни на один ритуал света. Но впервые в жизни я чувствовала себя не одинокой.

Макс наклонился и поцеловал мои губы жадно, собственнически. — Моя Сора…

— Наша красавица, — мягко сказал Неш и коснулся моих волос.

Их слова обжигали. Страшно. Сладко. Безвозвратно.

Макс поднял меня так легко, будто я совсем ничего не весила. Я вздрогнула, вцепилась в его шею и зашептала:

— Что ты делаешь?

Его глаза сверкнули янтарём в полутьме, губы тронула хищная усмешка. — Уношу свою жену в спальню.

— Макс… — голос дрогнул, и я не узнала сама себя. — Что?

Он наклонился так близко, что горячее дыхание коснулось моего уха. — Ритуал надо завершить. Пока мы не скрепим союз физически, метка на твоем чудесном теле не появится.

Сердце заколотилось в груди, словно птица, бьющаяся о прутья клетки. Я в ужасе понимала, что он говорит о брачном союзе — о консумации брака. С двумя сразу!

— Я… я не готова, — выдохнула я, чувствуя, как горят щёки.

Он остановился посреди коридора, посмотрел прямо в глаза и мягко улыбнулся, совсем не так, как обычно. — Не бойся, малышка. Я не причиню тебе боли. Никогда.

— Но… — упрямо прикусила губу. — Мне страшно.

Макс прижал меня к себе крепче, его ладонь легла мне на затылок, будто защищая. — Я знаю. И это нормально. Любая женщина боялась бы. Но ты — не любая. Ты — наша Сора.

Я молчала, в груди клокотало слишком многое: стыд, смятение, тайное волнение.

— Ты доверяешь мне? — его голос стал неожиданно серьёзным.

Я кивнула.

— Тогда доверься до конца. Я покажу, что с нами тебе нечего бояться.

И он снова пошёл вперёд, уверенно, не оставляя мне шанса вырваться.

Макс опустил меня на постель так осторожно, словно я была из тончайшего стекла. Простыни прохладно коснулись кожи сквозь ткань платья, а его тёплое тело нависло надо мной.

Он не торопился. Его ладонь скользнула по моей щеке, заправила выбившуюся прядь за ухо. — Смотри на меня, — сказал он тихо.

Я послушалась, и в тот же миг его губы коснулись

моих.

Поцелуй был медленным, чувственным, будто он пытался запомнить каждое мгновение, каждое моё дыхание. Сначала мягкий, почти невесомый, — пробующий, осторожный. Но стоило мне дрогнуть навстречу, едва приоткрыть губы, как в нём прорвалось то, что он сдерживал.

Его поцелуй стал глубже, жаднее. Он накрыл меня полностью, дыхание перемешалось, пальцы вцепились в его плечи, а сердце колотилось так, что казалось — он тоже должен его слышать.

Макс оторвался лишь на секунду, чтобы выдохнуть: — Моя…

И снова вернулся к моим губам, горячим, властным поцелуем, от которого я забыла, как дышать.

Дверь тихо скрипнула, и я дёрнулась, но Макс даже не оторвался от моего поцелуя. — Я уже думал, ты не придешь, брат, — хрипло бросил он, всё ещё удерживая меня под собой.

Я открыла глаза и увидела Неша. Он стоял в дверях, в полумраке, и взгляд его был тёмным, слишком голодным. Он буквально прожигал меня своим желанием.

Не проронив ни слова он вошёл, стянул с себя рубашку, и я впервые увидела его тело — жилистое, сильное, с бледной кожей, на которой словно жили следы его магии. Сердце у меня сбилось с ритма.

Неш сел на край кровати, и Макс нехотя оторвался от моих губ, позволяя мне повернуть голову. В следующее мгновение Неш наклонился ко мне и коснулся губами моих — мягко, осторожно, будто спрашивал разрешения. Я не успела ответить, как Макс усмехнулся и подтолкнул меня к нему.

И я поцеловала Неша.

Совсем иначе — в его поцелуе не было ярости, только тепло и нежность, но от этого он стал ещё опаснее. Моё дыхание сбилось, пальцы сами собой сжали простыню. Макс довольно хмыкнул где-то рядом, а Неш, уложив меня удобнее, углубил поцелуй, забирая всё, что я могла дать.

Я оказалась между ними, и от этого голова кружилась сильнее, чем от любого обряда.

Его губы были тёплыми и настойчивыми, и я отвечала на поцелуй — сначала осторожно, затем всё смелее, пока где-то внизу не стало горячо и тревожно. Я задыхалась от собственных ощущений и всё же отстранилась, прижимая ладонь к его груди.

— Мне страшно, — прошептала я.

Неш провёл пальцами по моей щеке, заставив поднять на него взгляд. — Чего именно ты боишься, маленькая Сора?

Я сглотнула. — Что будет больно.

Его губы дрогнули в почти улыбке, но взгляд оставался серьёзным. — Больно не будет. Я обещаю.

— Так не бывает… — покачала я головой, но голос дрожал от сомнения, а не от уверенности.

— Бывает, — тихо сказал он, скользнув ладонью по моей талии. — Ты можешь доверять мне.

И прежде чем я успела что-то возразить, он медленно опустил край моего платья, оголив живот, и наклонился ниже. Его поцелуй чуть ниже пупка заставил меня выгнуться, перехватывая дыхание.

— Что ты… делаешь? — шёпот сорвался с губ.