Спрячу вас!

Солнечная Тина

Неш кинул на меня быстрый взгляд, в котором не было ни тени сомнения: — Уходим из города сегодня же. К вечеру будем в хижине на перевале — там разберёмся. Ждать нельзя.

Сердце застучало так, что в висках пульсировало. Я собирала мысли и вещи на ходу: одежду, сумку, скрытые в карманах крошки и запах полыни. Макс перекрыл старую повязку на боку, тяжело встал и, основательно так шатаясь, пошел в сторону стола — помогал снимать крышки, проверять колбы. Неш ровно и быстро сворачивал листы, прятал самые острые

символы в жирный холщовый мешочек, перетягивал его шнуром и швырял всё в сумку, что стояла у ног.

— Осторожно с зелёным, — предупредил Макс. — Пару капель и станет хуже. Но если его разбавить стабилизатором… возможно, они работают в паре.

Я молилась снова и снова, что смысл этих закорючек вот-вот будет найден и мы спасем моего мужа. Время было не на нашей стороне. В ушах стоял голос отца стража, его холодный взгляд в кабинете. Было страшно, что нас поймают и тогда мне было страшно даже подумать, что с нами сделают.

— Всё, — сказал Неш, затолкав сумку под пальто. — Макс, ты можешь идти?

Он хмыкнул, но улыбки не было: — Смогу. Пока вы двое ведите меня, я дойду.

Я надела плащ, Неш подхватил сумку, Макс встал, пошатываясь, но держась. В доме позади нас — нависшее ощущение того, что каждая минута ценой в сотню золотых монет. Перед нами — ночной город, который с каждым шагом становился всё холоднее и опаснее.

— И не оглядываться, — сказал Неш мягко, но жёстко. — Никогда не оглядываться. Мы уходим так быстро, как можем.

Мы выскользнули в темноту, и тяжёлые двери захлопнулись за нами, отсекая дом от нас.

В руках у Неша висела сумка с находками, я держалась за Макса, чтобы он не упал. Он шатался, его шаги были неровными, как будто ноги не слушались, а дыхание рвалось из груди рывками.

— Держись, — шептала я, сжимая его руку. — Ещё немного.

— Я держусь, — ответил он сквозь зубы, но губы были бледнее снега.

Мы шли по узким улицам, стараясь держаться теней. Неш выпускал тонкие нити тьмы, скрывая нас от случайных взглядов. Но чем ближе к городским воротам, тем тревожнее становилось. Там уже стояли стражи — и даже в шуме улицы было слышно, что они настороже.

— Спокойно. Просто идём, — бросил Неш тихо. — Если повезёт, они нас не заметят.

Но удача отвернулась от нас именно в этот момент. Не то, чтобы это было не ожидаемо. Но у нас просто не было времени, чтобы искать другой вариант. У Макса не было этого времени.

— Служительница! — раздался знакомый голос. Я замерла. Из-за поворота вышел он — мой страж. Его глаза расширились, когда он увидел, кто идёт рядом со мной. — Ты… С темными?!

Он не успел сказать больше. Тьма, вырвавшаяся из ладоней Неша, ударила, как вихрь. Воздух содрогнулся, стражи закричали, прикрываясь. Кто-то выхватил оружие. В городе мгновенно поднялся шум.

— Беги! — рявкнул Неш.

Но я не

успела шагнуть. Как выяснилось, кричал он вовсе не мне. В тот же миг меня подхватили на руки. Макс, шатаясь, но сжимая меня так, будто я была его последней надеждой. Его глаза сверкнули золотым огнём, и он прошипел:

— Держись, малышка.

И в следующее мгновение он исчезал — меня окутало пламя, тело дрогнуло, и я почувствовала, как его обнимают не руки, а когти. Ветер взревел в ушах. Макс обратился прямо на ходу, и огромные тёмные крылья взметнулись в воздухе. Мы вырвались из города.

Под нами мелькали крыши, крики стражей тонули в реве ветра. Магические стрелы свистели рядом, но тьма Неша рвалась им навстречу, скрывая нас и сбивая прицелы. Внизу ещё бушевала схватка, а мы неслись прочь, вверх и вперёд.

Я вцепилась в шею дракона, едва дыша. Макс держался из последних сил. Его крылья били воздух, каждый взмах отдавался в груди болью. Он грохотал, словно умирающий зверь, но не сдавался.

— Ещё немного… — шептала я, прижимаясь к его шее. — Только не падай… пожалуйста.

Город остался позади. Мы пересекли тёмную линию границы — и земля под нами изменилась. Леса стали гуще, тени глубже, воздух холоднее и тяжелее. Темные земли встретили нас мёртвой тишиной.

И тут силы оставили его.

Крылья дрогнули, тело качнулось. Я закричала, но было поздно — дракон с глухим ударом рухнул на землю, распахав когтями чёрную почву. Я покатилась по земле, но успела схватиться за его шею. Макс уже был человеком — без сознания, с бледным лицом и приоткрытыми губами.

Я обхватила его голову руками, качая, как ребёнка. — Нет, нет, пожалуйста… Макс!

А вокруг тянулись бескрайние тёмные земли.

Глава 41

Я склонилась над ним, пальцы дрожали, когда касались его холодных щёк. Макс был неподвижен, дыхание едва заметное, губы серые, как пепел. Сердце сжалось так больно, что хотелось закричать.

— Только не смей умирать… слышишь? — прошептала я, слёзы жгли глаза. — Я не позволю тебе умереть. Я не соглашалась быть вдовой!

Я закрыла глаза и собрала в кулак всё, что у меня оставалось. Каждый лучик. Каждую каплю света. Я знала — потом мне будет плохо. Возможно, хуже, чем когда-либо. Но иначе он умрет. Мой дракон умрет…

Молитва слетела с губ сама собой. Я даже не осознавала слов, просто призывала Свет. И в тот же миг сквозь меня хлынул поток. Я чувствовала, как истончаюсь, становлюсь пустой оболочкой, но всё равно гнала его в него.

Тело Макса под руками дрогнуло. Сначала лёгкий толчок, как будто он вдохнул. Потом второй. Я залила его светом до капли — каждую жилку, каждый нерв. И вдруг золотое сияние пробежало по его венам, вырвалось из-под кожи огненными нитями.