Срыв
Шрифт:
— Искины, — поморщился Архивариус. — Поверь, они этим способом не воспользуются.
— Это почему же?
— Потому что он лишит богов бессмертия.
***
— Как думаете, он не солгал? — спросил я, как только Архивариус растворился в воздухе. Мы вновь стояли посреди опустевшей улицы, покрытой многочисленными следами боевых действий. Всё так же сверкали молнии в небесах цвета крови, всё так же гремел "Интернационал", и слышались звуки отдалённой стрельбы. Ничто больше не напоминало о недавнем госте.
— Кто
— Да, ты права, — согласился я, после чего обратился к хмурящемуся Аврелию. — В чём дело?
Гангстер вздрогнул и посмотрел на меня.
— Не знаю, — мотнул головой он. — Просто его лицо показалось мне знакомым. Будто бы я его уже где-то видел, — голос нашего блогера был полон сомнения. — Не могу вспомнить, где.
— Бывает. Не напрягайся, забей. Чем больше будешь пытаться вспомнить, тем сложнее будет. Само потом всплывёт, не мучай себя.
— Да, наверное ты прав…
Дальнейший путь прошёл без сюрпризов. Мы вошли на скрытую улицу через главный проход и устремились к храмовой площади. Аид уже нас заждался. Но сначала мы всё же зашли в несколько лавок, где продали все наши трофеи. Не могу сказать, что разжились большим количеством золота, но всё же его хватило, чтобы пополнить наши запасы. Нам нужны были одноразовые свитки с заклинаниями, зелья и нежно любимые гангстером гранаты. Да и подлатать амуницию было делом нелишним — прочность некоторых вещей внушала опасения. Постоянные сражения не идут на пользу ни доспехам, ни оружию. Надолго наш шопинг не затянулся — все нужные нам лавки и магазины были уже известны, так что совсем скоро мы вошли в гостеприимно распахнутые врата храма.
— Приветствую моих героев! — У Аида было хорошее настроение. Бог улыбался, сидя на своём ужасающем троне.
— Мы выполнили твою просьбу. Ленин обещал свою помощь и поддержку, — коротко сообщил я. Хельга уже вся извелась в ожидании. — Примешь ли ты наших родных?
— Само собой, — благосклонно кивнул наш патрон. — Можете отправляться, мои храмы теперь есть и в Питере, и у тебя дома, Скоморох. Один шаг — и вы там.
— Спасибо, — благодарно кивнул я. — Есть ли успехи с поиском решения проблемы Апокалипсиса?
— Нет, увы, — вздохнул Аид. Смешно, бог-искин пытается имитировать человеческие эмоции. Мне кажется, или он уже переигрывает?
— Нам встретился сорвавшийся сотрудник Корпорации, — произнёс я, внимательно наблюдая за Аидом. Бог с интересом смотрел на меня, не меняя выражения своего лица. — Он сказал, что труба Иерихона может помочь в грядущей битве. И по его словам, он может подсказать, где её искать.
Выдав часть той информации, что сообщил нам Архивариус, я замолчал, ожидая реакции своего божественного покровителя. Как он поведёт себя? Прав ли был Архивариус?
— Труба Иерихона, —
— Но зачем? Какая их выгода?
— Кто знает, Скоморох. Но спасибо за сведения. Этот самый Архивариус сообщил тебе координаты артефакта?
— Нет. Он пообещал связаться со мной позже, — вот значит как. Не очень-то ты заинтересовался оружием. Как и говорил Архивариус.
— Как только он выйдет с тобой на связь, сообщи мне. Артефакт для связи со мной у тебя есть, — напомнил он мне о маленьком чёрном черепе. — Увидишь его, дай знать. Я пришлю помощь, и мы схватим этого умника. Потом с ним и поговорим.
— Слушаюсь, — поклонился я, разворачиваясь к выходу из храма. — Ну что, друзья, разделимся? Канарейка, пойдёшь со мной, Аврелий, составь компанию Хельге. Чумадан?
— Я с тобой, — ответил мимик, неприязненно косясь на гангстера. Аврелий ответил ему тем же.
— Хорошо. Никто не против?
— Нет, — ответ соратников прозвучал в унисон.
— Что ж, тогда удачи, встречаемся здесь.
Обнявшись, мы разделились на две неравные части. Хельга с Аврелием первые покинули залитый тьмой храм, перенесясь в северную столицу. А мы остались стоять у выхода.
— Идём? — кинула на меня вопросительный взгляд Лиза. Я молча достал фляжку с живой водой.
— Не думаю, что родителям будет приятно видеть мёртвого сына, — произнёс я и сделал глоток.
Вода обожгла меня изнутри. Мне словно расплавленный металл залили в глотку — боль была адская. Не удержавшись на ногах, я рухнул на колени как подкошенный. Я так давно не чувствовал боли, что уже привык к этому состоянию. Грудь жгло, а в глазах потемнело. Я понял, что через несколько мгновений потеряю сознание.
И тогда Канарейка шагнула ко мне и наотмашь ударила по лицу.
Ещё одна вспышка боли обожгла щёку, и я рефлекторно вздохнул, издав короткий вскрик. Воздух хлынул в лёгкие, сердце заполошно застучало в груди, лихорадочно перегоняя кровь. Я закашлялся. Моё тело горело, а вес доспехов ощутимо давил на плечи.
— Спасибо, — прошептал я, со свистом вдыхая такой вкусный воздух. Надо же, я отучился дышать. Если бы не баньши, то вполне мог задохнуться прямо тут.
— Не за что, — участливо произнесла она, присаживаясь рядом на плиты храма. — Дыши глубже, спокойнее.
Её монотонный успокаивающий голос помог мне справиться и относительной прийти в себя.
— Что ж, пора идти, — я осторожно встал, пытаясь почувствовать баланс. Да уж, оказывается мы чувствуем так много и даже не понимаем этого! — Вот оно — возвращение домой! — и я решительно толкнул створку ворот.