Сталки и компания
Шрифт:
– Кажется, его фамилия Коркран.
– Ты должен познакомиться с ним. Вот именно с такими мальчиками тебе нужно общаться. Необычный тип. Великолепное зрелище. Двадцать пять мальчишек, про которых думаешь, осмелюсь сказать, что они скорее будут играть в крикет (зима была в самом разгаре, но взрослые, особенно те, которые долго прожили за границей, позволяли себе подобные оговорки, и Матурк не поправлял их), занимаются строевой подготовкой только потому, что им это нравится. Жалко дать пропасть такому материалу, но надеюсь, что я
– А что это у тебя за друг с седыми бакенбардами? – спросил Сталки, когда Мактурк вернулся в комнату.
– Генерал Коллинсон. Иногда приезжает к нам пострелять с отцом. Довольно симпатичный старый хрыч. Он сказал, что мне нужно поддерживать знакомство с тобой, Сталки.
– Дал тебе чего-нибудь?
В ответ Мактурк продемонстрировал великолепный соверен.
– Так, – сказал Сталки, аннексируя соверен, поскольку он был казначеем. – Сегодня будет отличное угощение. Это, конечно, была не слабая наглость с твоей стороны, Турок, когда ты распространялся по поводу нашего мастерства и точности.
– А что, старикан не знал, что мы наказаны? – спросил Жук.
– Ничего он не знал. Он приехал пообедать с ректором, а я наткнулся на него потом, когда он тут болтался в одиночестве, и подумал, что покажу ему отличную строевую подготовку. Ну а когда я увидел, как он обрадовался, я же не мог охладить его пыл. Тогда я мог и не получить свой фунт.
– А старина Фокси не обрадовался? Видел, как у него шея покраснела? – сказал Жук. – Для него это была большая удача. И мы ему здорово помогли. Пошли к Кейту – возьмем какао с сосисками.
По дороге они нагнали Фокси, направлявшегося к Кейту, чтобы пересказать случившееся. Кейт в свое время служил старшиной в кавалерийском полку, а теперь был ветераном войны, местным почтальоном и кондитером.
– Вы нам кое-чем обязаны, – со значением произнес Сталки.
– Да, уж я очень вам обязан, мастер Коркран. Я, конечно, вас гоняю иногда, но скажу, что, если говорить помимо дел... ну там, выход за границы территории, курение и всякое такое, мне не найти молодого джентльмена лучше вас, который помог бы мне так выкрутиться. Вы, это, здорово провели строевую, надо сказать. Если вы будете таким всегда...
– Но ему, может, придется опаздывать три раза в неделю, – сказал Жук. – Нельзя требовать этого от человека лишь для того, чтобы порадовать вас, Фокси.
– Да, конечно. Но все-таки, если бы вы смогли... и вы, мастер Жук... Это было бы для вас отличным началом, когда сформируется кадетский корпус. Я думаю, генерал даст вам рекомендацию.
Чего только они не набрали у Кейта, разохотившись до сладкого: старик, который хорошо их знал, был полностью погружен в разговор с Фокси.
– У меня получилось семь шиллингов и шесть пенсов за все, что мы взяли, – сказал наконец Сталки, стоя у прилавка, – но лучше бы вы посчитали сами.
– Нет, нет. Я всегда верю вам на слово, мастер Коркран... По-моему, он
– Я не помню, эта банка ветчины с языком стоит восемнадцать пенсов или шестнадцать.
– Скажем, шестнадцать, мастер Коркран... Конечно, сержант, если бы от меня была какая-то польза, я бы с удовольствием это сделал, но я уже слишком стар. Но я бы хотел снова посмотреть на строевую подготовку.
– Ай да ладно тебе, Сталки, – воскликнул Мактурк. – Он тебя не слышит. Оставь деньги.
– Я хочу разменять фунт, осел. Кейт! Рядовой Кейт! Капрал Кейт! Старшина кавалерии Кейт, вы дадите мне сдачу с фунта?
– Да... да, конечно. Семь шиллингов и шесть пенсов – он посмотрел на них отсутствующим взглядом, придвинул к ним мелочь и растаял в темноте задней комнаты.
– Теперь они до полдника будут болтать о восстании сипаев, – сказал Жук.
– Кейт участвовал в битве при Собраоне, – сказал Сталки. – Я слышал, как он об этом рассказывал. Посильнее, чем рассказы Фокси.
Ректор склонил свое как всегда непроницаемое лицо над ворохом писем.
– Что вы об этом думаете? – спросил он преподобного Джона Джиллетта.
– Неплохая идея. Ничего тут не скажешь... Идея, достойная уважения.
– Ну, допустим. И что?
– У меня есть некоторые сомнения... и все. Чем больше я узнаю мальчиков, тем меньше я могу угадать их настроения, но должен признаться, что я буду очень удивлен, если этот проект будет принят ими. Это не совсем соответствует характеру школы. У нас же не армия, мы только готовим к ней.
– Моя роль в данном вопросе выполнять решения совета. Они требуют создать добровольческий кадетский корпус. Они его получат. Я, правда, предложил, пока мы занимаемся строевой, не выделять деньги на закупку формы. Генерал Коллинсон посылает нам пятьдесят единиц оружия, списанные снайдеры, как он их называет... Все надежно заглушенные.
– Да, это совершенно необходимо в школе, где используются заряженные тренировочные пистолеты, – улыбнулся преподобный Джон.
– Поэтому никаких расходов не предвидится, за исключением времени сержанта.
– Но если он вас подведет, виноваты будете вы.
– Да, безусловно. Я должен вывесить объявление в коридоре сегодня днем, и...
– Я буду следить за результатами.
– Очень прошу вас не трогать руками стойку для ружей. – Фокси пытался сладить с наседавшей толпой в гимнастическом зале. – Ничего хорошего не будет даже с этим непригодным снайдером, если вы будете постоянно щелкать затвором, мистер Суэйн... Да, форма прибудет позже, когда мы чему-нибудь научимся, а сейчас мы ограничимся только строевыми упражнениями. Я здесь для того, чтобы записать имена тех, кто хочет заниматься. Мастер Хоган, положите снайдер на место!