Старые амазонки
Шрифт:
Благо та квартира недалеко.
— А с кем особенно близко дружила Марья Николаевна? — я, наверное, совершенно не вовремя задала свой вопрос, прервав, вероятно, воспоминания на самом романтическом месте. Потому что Тамара Федоровна даже губы надула и зафыркала от обиды.
— Вы, Таня, совсем меня не слушаете!
— Я прошу прощения, но, по-моему, вы тоже хотите, чтобы дело скорее было раскрыто.
— Да-да, конечно. Это я тут расчувствовалась. Вдарилась в воспоминания.
У нее были две очень близкие подруги. Они часто гуляли вместе: Светлана Васильевна
— Ну спасибо вам, Тамара Федоровна. Если вы понадобитесь, я могу к вам обратиться?
— Я всегда к вашим услугам, — расцвела та. Еще бы, это не кошка в трубе застряла, это целое преступление.
А может, Мишка прав и нет никакого убийства? Может быть, действительно все выдумали эти бабушки и дедушки, чтобы хоть на какое-то время избавиться от скуки и одиночества? А мы все просто идем у них на поводу? Ладно, подождем экспертизы и не будем делать поспешных выводов.
Глава 2
Поднявшись к себе, я решила озадачить Мишку обнаружившейся родственницей. К моему удивлению, он сразу снял трубку.
— Миша, привет еще раз. Узнал?
— Конечно. У тебя проблемы?
— Почему ты так решил?
— Они у тебя всегда есть. Особенно если ты мне звонишь.
— Слушай, ты не узнаешь одну вещь, если можешь, конечно.
— Постараюсь.
— У нашей погибшей обнаружилась вроде бы родственница в Саранске.
Узнай, пожалуйста, так ли это?
— А откуда тебе это известно?
— Да в общем-то все просто. У меня была внучка нашей бабушки. Она-то мне об этом и рассказала.
— Н-да, и о чем еще тебе рассказала внучка? Может, о том, как она прикончила свою бабушку?
— Миша, что за черный юмор? И что за сарказм в голосе?
— Таня, в квартире-то были прописаны только бабушка и внучка.
В голосе слышалось такое торжество, что я чуть не засмеялась. Мишка явно гордился моим молчанием, а я просто не могла говорить. Наконец я выдавила:
— Это мне она тоже сказала.
— Да-а, — он явно был озадачен.
— Ну так как? Узнаешь?
— Ладно, выясню, позвоню.
Так, одно дело сделали. Теперь надо бы спросить у Наташи про этого самого Васю. Здесь моя ошибка — я даже фамилию не спросила. И вот мне остается только ждать. Терпеть не могу этого делать. Хорошо, будем думать и сопоставлять факты, которых, кстати, практически нет. Я так глубоко задумалась, что, когда раздался звонок в дверь, даже вздрогнула. Решив, что это уже пришла Наташа, я обрадовалась. Но, открыв замок, я увидела незнакомую женщину с заплаканным лицом. На ней было домашнее платье и тапочки.
«Значит, она живет в этом подъезде. Что-то я ее не помню, — сразу отметила я. — И почему сегодня все рыдают? Лучше бы я оставалась на Волге. Там
Усадив гостью в кресло и накапав валерьянки в стакан с водой, я подождала, пока женщина выпьет воду. При этом я успела разглядеть свою гостью.
Она была довольно молода и, я бы сказала, красива, если бы не заплаканные глаза. Кожа ухоженная, на ногтях — безупречный маникюр. Немного успокоившись, она заговорила:
— Простите меня, ради бога, за мое вторжение, но обстоятельства сложились так, что у меня просто не было выхода. Моя дочь рассказала про вас — и вот я тут.
— У вас, вероятно, какие-то проблемы? Я вас очень внимательно слушаю. Я думаю, что все не так страшно, как вы представляете.
Она всхлипнула еще раз:
— Нашу семью шантажируют. Это продолжается уже примерно месяц, чуть меньше. Сначала мы решили, что это чья-то глупая шутка, и не обращали на это внимания. А сейчас угрозы стали более конкретными, и уже никто не думает, что это шутка. Моя дочь боится ходить в школу. Я все время чего-то жду. Я больше так не могу, мои нервы не выдерживают.
— Так, стоп. Шантажируют всю семью или угрожают кому-то конкретно?
— Мы начали получать письма: если вы не заплатите определенную сумму денег, то ваша дочь будет изнасилована.
— У вас большая дочь?
— Она учится в десятом классе.
— Она — единственный ребенок?
— Да, она одна.
— Какую конкретно сумму требуют?
— Сумма не указывалась до последнего письма. Я поэтому и пришла. Если мы только квартиру продадим с Мебелью, то сможем набрать нужную сумму. Они хотят десять тысяч долларов.
— Ого, размах хороший. А не могли бы вы показать .мне эти письма?
Она как-то засуетилась и тут же, спохватившись, ответила.
— Я их не взяла. Если вам нетрудно, поднимитесь со мной. Мы на девятом живем.
Мне было нетрудно, и мы поднялись в квартиру. Ну, насчет продажи квартиры моя гостья все-таки погорячилась. Достаток в этой семье был, и очень неплохой. Шикарная итальянская мебель. Великолепный евроремонт. Вероятно, здесь потрудился дизайнер. Никогда не думала, что в нашем доме может быть что-нибудь подобное. Тут я вспомнила, что мы не познакомились.
— Прошу прощения, я не знаю как вас зовут.
— Да, я не представилась — Ольга Ивановна Скоморохова, можно просто Оля. А вас зовут Таня?
— Да, Татьяна Иванова.
— Ну вот, лучше поздно, чем никогда, — попыталась она пошутить, но вышло как-то вяло. — Вот они, — Оля протянула штук шесть конвертов.
Совершенно обычные конверты. Ага, штампа нет, значит, шли они не по почте, а просто были опущены в почтовый ящик. Адреса нет, написаны только номер квартиры и фамилия — на одном печатными буквами, а вот на остальных конвертах буквы вырезаны и наклеены. Но одна ошибка уже есть. Это хорошо! Сами письма были так же составлены из букв, вырезанных из газет или журналов. Для такого рода деятельности было совершенно обычным содержание: «Если вы хотите, чтобы ваш ребенок остался в порядке, приготовьте доллары, сумма будет указана позже».