Стать сильнейшим
Шрифт:
– Не думал стать капитаном?– неожиданно спросил Кеншин. Урахара чуть заметно вздрогнул: умеет же его собеседник задавать совершенно неожиданные вопросы, ответить на которые довольно трудно… а солгать почти невозможно.
– Да,– последовал ответ.– Ходят слухи, что капитан Хикифуне работает над какой-то ультрановой вещью, за которую ее вполне могут перевести в нулевой отряд. Как думаешь, у меня получится быть капитаном?
Кеншин остановился на пороге и повернулся. Урахаре стало не по себе от его пронзительного, оценивающего взгляда, после чего Карасу кивнул:
– Запросто. У меня же получилось.
–
– А большинство и не присматривает, честно тебе скажу. Тот же Генрюсай, ему вообще на все плевать, он натурально спит на ходу. Аикава, Оторибаши, Хирако– это просто толпа раздолбаев. Только, наверное, Мугурума со своим «равняйсь-смирно!» не дает этой троице окончательно скатиться в бездну раздолбайства. Кьераку только кажется раздолбаем, на самом деле он присматривает за своими подопечными, пусть и своеобразно. Укитаке не может из-за болезни, Хикифуне видит в отряде скорее подопытных крыс для испытания своих суперблюд. Унохана пытается позаботиться обо всех, но у нее не всегда получается, она слишком много внимания уделяет деталям. Кенпачи… вот у него получается присматривать за своим отрядом, он– лидер от рождения, быть капитаном у него в крови.
– Йоруичи тоже заботится о нас, пусть это больше похоже на издевки,– выдохнул Урахара.– А как же Кучики?
– Он хуже всех. Генрюсая я могу понять, поживи пять тысяч лет, и тебе все настолько осточертеет, что вряд ли найдется что-нибудь, способное заинтересовать, ну, кроме совсем уж серьезного ЧП. Но Гинрей… он не раздолбай, он ответственный дед, но ему настолько плевать на людей, что он даже к своему клану относится как к породистому скоту. После смерти сына он стал на редкость хреновым капитаном, как по мне. А насчет меня… можно ли назвать хорошим капитана, который каждый день гоняет отряд то на стадионе, то в Лабиринте, и при этом отправляет их на задания, дежурства, патрулирование и прочее?
– У тебя и Кенпачи много общего. Вы оба прирожденные лидеры, капитаны по призванию,– выдал Урахара.– Знаешь, когда я вас двоих впервые увидел, я мысленно отбросил его варварские замашки– скажи ему, что он иногда переигрывает– и еще перестал обращать внимание на внешность. Если бы не колоссальная разница в возрасте, я бы счел вас родными братьями.
– Да уж, мы тут стоим абсолютно трезвые, и ведем задушевные разговоры. Пора бы это исправить. Ты со мной?
Урахара подумал, скосил глаза на Хоугиоку и спрятал его в пространственном кармане.
– Э-э-э-эх, спаиваите вы меня,– вздохнул гениальный ученый, топая вслед за капитаном десятого отряда– распивать коллекционный коньяк в особняке третьего офицера второго отряда. В поместье Кеншина нельзя по вполне понятным причинам.
Неделю спустя, подземный тренировочный зал Урахары
– А теперь небольшая лекция,– Урахара необычайно серьезно взглянул на капитана десятого отряда.– Я уверен лишь в одном: этот портал доведет нас до Уэко Мундо. Попадем мы в одно место, или же нас разбросает по разным полюсам– мне неведомо. Поэтому я и искал кого-то уровня капитана, чтобы ты мог выжить там. И вот еще, держи.
В руку капитана десятого отряда опустился кулон в виде половинки сердечка с неровной
– Они притягиваются друг к другу,– пояснил Урахара и продемонстрировал свой.– Просто на всякий случай.
Карасу ловко поймал свою половинку, метнувшуюся к половинке Урахары, и повесил ее на шею. Тем временем ученый повернулся к двум шарам на высоких мраморных столбиках и забормотал заклятие. Шары поднялись в воздух, а между ними протянулась тонкая ровная линия. Эта светящаяся неровным белым светом линия подалась вверх и вниз, открывая разрыв в пространстве.
– Погнали!– капитан десятого отряда прыгнул внутрь под предостерегающий возглас Урахары.
Непродолжительная пробежка по дороге из рейши– и вот они выпрыгнули на белый песок в Уэко Мундо.
Кеншин вдохнул воздух и отметил высокую концентрацию рейши, едва ли не выше, чем в Сообществе Душ. Ни ветра, ни солнца. Только луна освещает белые безжизненные барханы и деревья.
Урахара подошел к одному из деревцев и отломал веточку. Хмыкнув, ученый раскрошил ее в пальцах.
– Диоксид кремния,– только и сказал он.– Ну что, как будем искать адьюкаса? Есть идеи?
– Я думал, у тебя есть. Ты же предложил эту авантюру. А хотя…
Капитан десятого отряда перестал сдерживать реацу. Волна энергии прокатилась во все стороны, сметая и деревце, и барханы в радиусе нескольких сот метров. Урахара охнул и пошатнулся, едва не рухнув на идеально ровную площадку на песке, созданную выбросом реацу.
– Хорошо…– расслабленно выдохнул капитан десятого отряда, умиротворенно прикрывая глаза. Урахара бросил на спутника полный тревоги взгляд и огляделся, высвобождая свою реацу. Да, он не мог противостоять чудовищному давлению капитана десятого отряда, но хотя бы сможет спокойно дышать и двигаться без усилий.
– Кажется, мы уже привлекли много внимания,– Киске чуть усмехнулся, обнажая свою катану.– Кеншин?
Капитан десятого отряда продолжил стоять, вдыхая полной грудью воздух Уэко Мундо и со странным умиротворением на лице. «Что с ним?– задумался ученый.– Неужели в нем есть некая часть, которая тянется сюда? Но ведь такое возможно только для…»
Громкий, пронзительный вой оборвал его мысли и заставил атаковать.
– Не дергайся, Киске,– слегка усмехнулся капитан, открывая горящие странным блеском глаза. В открытой ладони вспыхнула сияющая синяя полоса, и как только пальцы левой руки сжались на ней, превратилась в длинный тати в ножнах. Урахара невольно отметил, что длина клинка достигает метра, плюс еще рукоять сантиметров сорок с внушительным навершием. «Реацу синяя а катана черная,– машинально отметил Киске.– Плюс длина клинка ближе к нодати, но это именно тати. Впрочем, занпакто всегда подстраивается под волю своего синигами».
Пустой, бросившийся на Урахару справа, оказался рассечен пополам, и тут на него ринулись все эти полчища.
– Я же велел тебе не дергаться,– раздраженно рыкнул капитан Карасу, производя мощный выброс реацу. Волна ослепительного синего света прокатилась по окрестностям, расширяясь в виде стремительно растущей полусферы, и испепелила всех мелких Пустых, попавших в нее. Урахара зажмурился и закрыл лицо ладонью, напрягаясь всем телом, чтобы устоять на ногах, но это давление опало так же внезапно, как и возникло.