Стать сильнейшим

НекроХРЫЧ

Кеншин повернул голову в сторону закрытого полигона, на котором занимается его сестра. Он не чувствует ни ее реацу, ни реацу ее учителя, полигон очень хорошо экранирован, и поэтому в душе парня поселилось легкое беспокойство. поэтому вместо обеда парень двинулся к полигону и принялся ждать. А на полигоне было весело.

Юки прыгнула в сторону, уходя от взрыва сокацуя, и ответила короткой серией из трех бьякурай.

– Хадо шестьдесят три, Райкохо!– проговорил высокий худой мужчина в закрытой одежде сине-серой и в маске кидо-отряда. Сверху на

Юки обрушилась мощная ветвистая молния, вынуждая девочку применить сюмпо.

– Хадо тридцать два, Окасэн!– выкрикнула Юки. С ладони девушки сорвался уплощенный светло-желтый луч и пронзил пустоту, а руку обвила полоса желтого света. Рывок– и девушка рухнула на колени, не в силах сохранить равновесие. Юки ответила противнику сокацуем, но синигами из кидо-отряда с легкостью уклонился от ее выпадов.

– Бакудо шестьдесят один, Рикудзёкоро!

Юки замерла, скованная на уровне талии шестью прямоугольниками, светящимися бледно-желтым светом. Не в силах пошевелиться, девушка была вынуждена признать свое поражение, и синигами щелчком пальцев испарил свое кидо.

– Совсем неплохо. Полагаю, тебе нет смысла подолгу тренировать кидо низшего уровня, на следующем занятии мы пройдем их все, и возможно, пару занятий на тренировку. Со следующей недели перейдем к кидо среднего уровня. Тебе нужно вплотную заняться защитой, я покажу тебе защитные барьеры. Пару недель ты будешь заниматься со мной, затем к тебе придет новый учитель.

– Х-хорошо,– поклонилась Юки.– Благодарю за урок, сенсэй. Мне можно идти?

– Не смею тебя задерживать.

Юки покинула полигон, вдыхая полной грудью свежий воздух. Все-таки в экранированном пространстве полигонов есть один существенный минус: полное отсутствие вентиляции, и даже несмотря на приличные размеры экранированного пространства, всерьез заниматься там чем-либо можно не больше часа, а еще через час там становится просто невыносимо душно.

– Братик!– Юки обрадованно повисла на шее Кеншина.– Как дела?

– Хорошо, а у тебя как?

Девушка только хотела ответить, как ее прервало появление какого-то студента.

– Юки Карасу?– парень в упор посмотрел на Юки.– Тебя вызывают к ректору. И пошевеливайся, там тебя какой-то благородный спрашивает, кипит прям от злости… стоп, а ты остаешься здесь.

Кеншин недоуменно воззрился на студента с высоты своего роста. Парень выставил руки, загораживая ему проход.

– Что?

– Спрашивали только ее,– начал было студиоз и охнул, дернувшись в сторону: Кеншин просто исчез и появился у него за спиной, после чего взял Юки за руку и потащил ее к административному корпусу. Юки поплелась за ним, понурив голову.

– Не грусти,– улыбнулся ей брат. Синий глаз хищно сверкнул.– Прорвемся!

– Но если он благородный,– лепетала девушка.– То меня, наверное, исключат?

– Ничего не бойся, поняла?– Кеншин остановился и слегка встряхнул Юки за плечи.– Что ты могла сделать? Дать себя изнасиловать? Пойдем, ничего не бойся. Все будет в порядке.

У кабинета ректора стояли двое

охранников с алебардами. Кеншин даже удивился таким мерам безопасности. Кто в здравом уме станет нападать на академию, где каждый преподаватель или в прошлом был капитаном, или немного не дотягивает до капитана в силе? Только самоубийца.

Алебарды скрестились перед парочкой.

– Только девушка,– хором сказали охранники.

– Дайте мне пройти,– мягко улыбнулся Кеншин и с нажимом добавил:– Пожалуйста.

Воздух потяжелел от вырвавшейся реацу, охранники дружно побледнели и так же дружно сглотнули, после чего дружно убрали алебарды с проходу. Какие-то они дружные очень…

– Какая ты у меня молодец,– восхитился Кеншин сестренкой.– Ты права, порой полезно не сразу рожи бить.

– Я не это имела ввиду,– буркнула Юки.– А чтобы ты стал добрее к окружающим… а ты их запугал!

Кеншин повернулся к охранникам кабинета.

– Парни, я вас запугал?

Оба дружно мотнули головами и сглотнули, нервно тиская свои алебарды.

– Вот видишь,– Кеншин растрепал волосы Юки. Девушка возмутилась и с надувшимся лицом принялась их приглаживать, испытывая к брату прилив благодарности. Кеншин помог ей сбросить напряжение, и теперь Юки не так страшно.

Ректор Академии Синигами грозно свел брови, изучая вошедших к нему подростков тяжелым взглядом. На его стол опирался высокий мужчина в белых одеждах и с примерно килограммом золота в виде сережек, ожерелий, перстней и браслетов. Когда Кеншин и Юки вошли, мужчина повернулся к ним, и во взгляде Кеншин прочитал ничем не прикрытые ярость и угрозу.

– Так это та девка, которая искалечила моего сына?– благородный господин выпрямился, шагнул к ней и заорал, брызжа слюной.– Ты хоть понимаешь, что ты натворила? Ты искалечила моего наследника, моего единственного сына! Ты, безродное ничтожество, руконгайская шлюха, ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю…

– Игараши-сан,– негромкий голос ректора заставил аристократа заткнуться и повернуть к нему лицо.– Игараши-сан, ваши слова недостойны аристократа. Возьмите себя в руки.

– Взять себя в руки?– взорвался аристократ.– Взять себя в руки, когда какая-то сука искалечила моего сына?

Кеншин тихо зарычал, Юки стиснула его пальцы и шепотом умоляла сдерживаться, прекрасно понимая, что останется от аристократа, если ее брат выйдет из себя. Парень титаническим усилием воли сумел себя сдержать и не сделать с этим аристократом что-нибудь страшное.

– Вы обвиняете мою студентку в нанесении тяжких телесных, которые в конечном результате привели к инвалидности…– ректор откинулся на спинку кресла и свел перед грудью кончики пальцев.– Мне же не раз и не два поступали жалобы на домогательства вашего сына со стороны девушек и жалобы со стороны юношей на то, что ваш сын и его друзья оскорбляют и унижают их, но вскоре эти жалобы забирались обратно. Юки Карасу-кун, скажите, почему вы искалечили трех студентов, отец одного из которых сейчас перед вами.