Статика
Шрифт:
— А?.. Полковником я был… и Малоев тоже.
— Надо же! — ухмыльнулся я.
— Дело прошлое, — буркнул Фрэнк. — Теперь у меня есть все шансы попасть в кресло.
— Неужели все так плохо?
— Малоев требует имена всех тех, кто прошел сквозь мои подвалы на территорию Стазиса за последние три недели. Обещает отпустить, если скажу, — объяснил Трилистник.
— Так ты скажи, — посоветовал я.
— Не могу! — Фрэнк с тоской посмотрел на меня. — У меня же тайный бизнес, меня с дерьмом съедят, если я назову хоть одно имя… Неужели
— Да что тут такого? — пожал плечами я. — Мало ли? Ну, может, люди — романтики. Их тайны прельщают. Кто по молодости не интересовался загадкой Статики?
— Ничего ты не понимаешь, Герман. Вот, например, одна, известная в городе личность, вместе со своей женой посещает Стазис и все время ходит в один интересный дом — где на кровати в вечном объятии застыли две прекрасные обнаженные девушки.
— И что они там делают? — спросил я изумленно.
— Угадай с трех раз, — пробурчал Фрэнк. — А вот еще один известный мужик любит лазить в огромный мусорный контейнер вместе со свой собакой, где они под цепкими взглядами застывших старушек…
— Ладно, приятель, давай оставим это, — отмахнулся я. — Я только что позавтракал. И мне не нужны данные обо всех людях, посещавших Стазис. Только об этих двоих. — Я протянул Фрэнку фотографию молодоженов.
— Ну не могу я ответить! — крикнул, негодуя, Трилистник. — Пойми ты, мой бизнес держится на доверии! Рот всегда держу на замке — я никогда не выдаю своих клиентов! Никогда!
— Послушай, Фрэнк, — тихо произнес я, — мне нужно знать только проходили они через твой подвал и когда. Все. От этого зависит не только твоя судьба, но и судьба нашей планеты. Это очень важно.
— Ненавижу Статику, — пробормотал бывший полковник и замолчал.
Я терпеливо ждал. Достал сигаретку, прикурил. Времени еще полно. Главное — найти девчонку. Какая к черту судьба планеты? Сто тысяч евро! Сразу же возьму билет до Офелии. Пляжи, холодное пиво, ласковое солнышко, тихая музыка, молодые девочки… девушки… Марина.
Ее фотография осталась у Китайца. Наверное, уже подшили к личному делу.
— Я не могу, — хрипло проговорил Фрэнк.
— Если я найду девчонку, ты получишь десять тысяч евро. Вполне хватит на билет первого класса до Макса-3 или Небраски, — пообещал я. — И еще останется.
— Да, пора отсюда валить, — согласился Фрэнк.
Пару мгновений он молчал.
— Эта парочка была у меня примерно в 12:45. Около половины второго они вошли через подвал в туннель. Пообещали вернуться к семи-восьми вечера.
Я кивнул:
— Кого ты приставил к ним в качестве проводника?
Фрэнк задумчиво посмотрел на меня:
— Никого. Они знали путь.
Со «Статик-отелем» меня соединили сразу. Миловидная девушка бархатным голоском поинтересовалась, чем она может мне помочь.
— Дайте мне Леруа! — рявкнул я.
Наверное, в моем лице было что-то такое — через пару секунд на экранчике появилось слегка испуганное лицо метрдотеля.
— Здравствуйте,
— Переведите меня на видеофон господина Цвейга, — попросил я.
— Но я не имею права, — замялся Пьер.
— Это очень срочно. Я настаиваю.
Леруа решился — по экрану пошли помехи, а потом я увидел Барона. Все в том же строгом костюме, гладко выбритого и аккуратно причесанного. Немного бледного.
— Здравствуйте, господин Барон.
Он сжал губы в тонкую линию:
— О чем вы?
— Не ломайте комедию, Штефан. Ваша дочь и ее муж впервые посетили Статику?
— Да, и я не пойму…
— Это не может быть правдой, Барон! Они были прекрасно осведомлены о туннелях под городом, которые ведут в Стазис, у них было все необходимое, чтобы прожить на территории Стазиса в течение недели. Они что, специально собирались на Статику?
Барон молчал, играя желваками.
— У вас есть ваше задание, господин Лукин. А еще у вас осталось чуть больше двух суток, чтобы выполнить его, — сказал он, наконец. — Зачем вы пристаете ко мне с глупыми расспросами?
— Я не могу работать, когда мне лгут в гла…
Но в этот момент Барон прервал связь. Я в гневе шмякнул видеофон о приборную панель своего «фалькона». Машина мелко затряслась, и мне пришлось пожалеть о содеянном. Со старушки станется — еще развалится прямо в воздухе…
Я набрал номер своего офиса.
— Детективно… Эй, Гера! Что с тобой происходит? Примчался сюда, взгляд бешеный, схватил ключи от «фалькона» и исчез в неизвестном направлении. В чем дело?
— Все прекрасно, Лера. Восхитительно. Я просто слегка разозлился, но сейчас уже отошел. Сейчас я вернусь — приготовь мне, пожалуйста, бронежилет и достань… «Целитель».
— Все так серьезно? — испуганно поинтересовалась Лера.
— Не знаю, — честно ответил я и отрубил связь.
— Что происходит? — в сотый раз поинтересовалась Лера, когда я натягивал бронежилет («Алмаз», два с половиной килограмма, выдерживает выстрел с расстояния двадцать метров из линейной военной винтовки «Тополь-22». По крайней мере, так говорилось в рекламном листке).
— Это дело пахнет все хуже и хуже, — пробормотал я, пытаясь справиться с последней застежкой. — Милая прогулка двух молодоженов превратилась в грандиозную политическую махинацию.
Лера притихла. Сидела за столом тише мышки и нервно постукивала по столу ногтями.
— По стерео передавали про капитана Сысоева, — сказала она.
— Я в курсе, — коротко ответил я.
Стереофотография Марины.
Голова забита только ею.
Даже смерть Китайца болтается где-то на втором плане.
— Слушай, Гера, может, бросишь это дело?.. Ну его, жизнь дороже…
— Поздно, зайка, — ответил я. — Я уже в нем по уши. Или еще глубже. А вот ты уходи. Поезжай к Алешке, свалите куда-нибудь за город, на озера, например. А если позволят его финансы — то и вообще со Статики.