Стажер
Шрифт:
Дом знакомого Шептуна оказался, по счастью, недалеко. Старик как-то замысловато постучал в дверь, и вскоре она со скрипом отворилась. На пороге возник мужчина почтенного возраста. Он вместо приветствия кивнул и снова скрылся за ней. Шептун махнул охотникам рукой, предлагая следовать за ним, и прошел в дом.
Комната оказалась довольно просторной. Посередине стоял небольшой стол, уставленный нехитрой снедью. По всему было видно, что их уже ждали. Вдоль стен располагались три топчана. Валу первым делом направился к столу, откупорил стоявший там бурдюк и сделал три добрых глотка.
– Единственно, что мне нравится у горожан, так это их вино, - рыгнув, произнес он, - если бы
– Не увлекайся, Валу, - сказал Рон, отбирая у него бурдюк. Потом, тоже хорошенько отхлебнув, добавил: - Не забывай, мы тут по делу.
Охотники быстро перекусили и легли спать. Рон с Валу устроились на полу, подсунув мешки себе под головы, и дружно захрапели.
Сит, Шептун и Ник легли на топчаны. Они были жесткие и пахли травой.
"Что день грядущий нам готовит?" - на ум Нику вдруг пришли строчки когда-то услышанного стихотворения, и он провалился в сон.
Ему опять снились звезды. Было ощущение, что он стремительно летит в пространстве и его цель впереди - маленькая, еле мерцающая звездочка. Ник чувствует, как его скорость стремительно возрастает. Звезды вокруг него вытягиваются в тоненькие светящиеся нити. Звездочка, наконец, начинает приближаться, увеличиваясь в размерах. Потом она раздваивается, и Ник понимает, что это глаза. Ник всматривается в них что есть силы. В лицо ему начинает дуть ветер. Ник пытается прикрыться от него рукой, но руки не слушаются. Он летит все быстрее и быстрее. Постепенно вырисовывается какой-то силуэт, и ему приходится щуриться, чтобы разглядеть его получше. Тут время замирает, и Ник видит красивое лицо девушки, окаймленное густыми каштановыми волосами. Большие чуть раскосые глаза смотрят на него внимательно и как бы удивленно. Ее полные, чувственные губы складываются в улыбку и голосом Умки произносят: "Я жду тебя, Большой Человек".
– Вставай! Все уже заждались тебя!
– Сит тормошил его за плечо.
– Сколько можно спать?
– Что, уже утро?
– Ник протер глаза. За окном светало.
– Чертовщина какая-то!
– по-русски выругался он.
– Что ты сказал?
– Сит уже надевал свой заплечный мешок.
– Догоняй давай! Скоро Город увидим!
Идти было легко. Дорога была ровная и широкая. За ней явно следили. По обе стороны ее на всей протяженности были прокопаны канавы. Ник, поразмыслив, решил, что это для стока воды. Дорога проходила вдоль людских поселений. Деревнями их назвать у Ника язык не поворачивался. Дома были добротные и, как правило, все в два этажа. Некоторые напоминали небольшие замки. Почти все были окружены высокими каменными оградами. Кое-где играла музыка, слышался детский смех.
Охотников несколько раз обгоняли повозки, запряженные четвероногими животными, очень напоминающими земных лошадей. Ник, как в первый раз их заметил, так чуть дар речи не потерял. Издалека их вообще было не отличить. Может быть, гривы были менее густые, да хвосты короче. Вот и все отличие. Да и мало ли разных конских пород на Земле. Может, и точно такие есть.
Потом он стал размышлять: а что, собственно, его так это поразило? Почему-то, когда он в первый раз на болоте увидел охотников, его совсем не удивило, что они как две капли воды похожи на среднестатистического землянина. Ну, может, пониже ростом, а так если помыть как следует, да и постричь, что желательно, так и не отличишь. "Вообще-то помыться и мне совсем бы не помешало", - скептически осмотрел себя Ник. Но все равно весь оставшийся путь у него в голове крутилась какая-то мысль, которая никак не хотела формулироваться.
– Город! Великий Город!
– Мальчик, пока шли, все время вглядывался вперед и заметил его первым.
В течение последующего часа охотники миновали еще три контрольно-пропускных пункта. Проблем не возникало. Беглый взгляд на подорожную, быстрый визуальный осмотр, и они продолжали свой путь. Единственно на последнем, третьем, им пришлось с полчаса подождать. Там скопилась большая группа таких же, как и они, пеших путников и дюжина груженых повозок. Стоял шум голосов, звучала легкая брань. Торговцы, которым и принадлежали эти повозки, вели словесную перепалку со стражниками.
– А я вам опять говорю!
– красномордый страж, то и дело поправляя висевшие у него на поясе внушительного вида ножны, пытался перекричать толпу.
– Центральные ворота закрыты! И будут закрыты до начала Празднования. Что тут непонятного? Повозкам въезд через Западные, пешие идут через Восточные!
Толпа в ответ возмущалась, кто-то тянул ему какие-то бумаги, другие обещали пожаловаться на самоуправство. Шептун подал незаметный знак охотникам. Они, не останавливаясь, обогнули кричащую толпу и подошли к пропускному пункту с левого края. Старик ловко проскользнул прямо к здоровенному стражу, с безразличным видом взирающему на гомонящих торговцев, и протянул ему подорожную.
– А ну расступись!
– бросив на нее один только взгляд, заорал тот. Толпа шарахнулась в разные стороны. Понизив голос, он уже тише добавил охотникам: - Проходите живее. Туда идите, через Восточные.
– Что это со стражей такое случилось?
– удивился Валу, когда охотники отошли на почтительное расстояние.
– Никак Ушедшие вернулись, что нас вперед всех везде пропускать стали?
Шептун в ответ только рукой махнул.
"А город-то и впрямь Великий, - думал Ник, глядя на возвышающиеся белокаменные стены.
– Из чего они сложены, интересно? Как будто отполированный мрамор". С этого расстояния стены казались сплошным монолитом. Не было видно ни стыков, ни швов. "Высота не меньше тридцати метров, - мысленно прикинул Ник, - а с башнями и все сорок. Интересно, откуда строители взяли столько камня? Я еще ни одной мало-мальской горной гряды здесь не встречал..." "Ты многое тут еще не видел", - назидательно напомнил он себе.
Шептун уверенно вел их по узким улочкам. Видно было, что он чувствует себя здесь как рыба в воде. Чего нельзя было сказать об остальных. Каменные стены домов, возвышающиеся над их головами, и множество снующих по своим делам горожан действовали на охотников раздражающе. Да и они явно выделялись в этой суетливой, галдящей и пестро одетой толпе. Ник шел по скользкой брусчатке, аккуратно переступая через валяющийся под ногами и плохо пахнущий мусор, стараясь не задеть быстро идущий навстречу народ. "Муравейник просто какой-то". От этой суеты у него уже начало рябить в глазах. Охотники миновали большую оживленную площадь, потом прошли вдоль шумных торговых рядов и, следуя за Шептуном, свернули на узкую тихую улочку.
– Вот и пришли, - наконец произнес старик, останавливаясь возле небольшой двери, над которой был прибит кожаный сапог.
– На всякий случай запомните, улица называется Скотобойная, а это сапожная мастерская Реда. Его тут все знают.
– С этими словами он три раза постучал в дверь.
Дверь со скрипом отворилась, и на пороге возник кучерявый мальчуган.
– Здравствуй, Соня!
– поздоровался с ним Шептун.
– Отец дома?
– Здравствуй, Шептун, - быстро оглядев охотников, ответил на приветствие мальчик.
– Заходите, он вас уже заждался.