Стажер
Шрифт:
– Ну, как?
– спросил один человек в погонах другого, без знаков различия: - Как сделано?
– Неплохо. Но надо покороче.
– Я и так вырезал все невыразительные моменты.
– Ты еще вырежи. А вставить надо вот это, то что он про быка повторяет потом, так уверено - уйдите с дороги. Раза три-четыре. И подзвук пустить. Когда про быка - хрип, низкий, горловой, угрожающий, тяжелые звуки, ну там копытом в землю, треск, все такое.
– Сделаю.
– В конце, где он говорит про небо - безмятежная музыка. Это же имперцы, верно? Запусти им 'Небо свободы' Окки Лоуне. Это давний хит, они все его знают. Естественно только музыку и на подзвуке. Пусть
– Так. Тоже сделаю.
– Слабое место в выступлении - когда он блефует. Добавь убедительности. Немного подправь ему в голосе солидности и уверенности, задним планом на подзвук - озвучка номер семь-ноль, с переходом в инфразвук, на беспокоящий уровень. И в тональности, чтобы незаметно. Под такую подзвучку они даже о смысле не задумаются, угрозу проглотят как пирожок.
– Семь-ноль... это где запись кричащего младенца задом наперед?
– Да. Для человека нет ничего страшнее крика младенца. Это эволюционно. Для заботы о потомстве.
– Сделаю.
– Наложи запись на запись, с отставанием на долю секунды. С эффектом эха.
– Понял.
– Теперь. Про этих девок то, что тебе 'ягуары' передали ты записал?
– Да.
– Надо это все подчистить. Разбить по частям. Это пойдет на орбиту, Март Эдисон просил для вещания на имперский корабль в том районе. Позиция - устрашение. Подзвук - семь-ноль.
– Понял. Не очень-то мне это нравиться.
– А тебе и не должно это нравиться, ты просто должен делать свое дело. Значит так - на интервалы с пятью минутами, физиологические ... моменты крупным планом. Вот эти финальные сцены нарезать в ролик по сорок секунд и решим сразу две задачи. Одна - устрашение и шок у команды, вторая - ситуация с заложниками. И никакого эфира пока. Только по команде. Понял?
– Понял. Вот ублюдки эти 'Ягуары'.
– Не твое дело.
– Не мое, конечно.
– Ну вот, заткнись и служи. И в заставке что у тебя за педик?
– Это Гораций из седьмой роты, он курсы телеведущих кончал.
– Убери этого урода немедленно. Он такой приторный, что у меня задница слиплась. Это захват планеты или детский утренник? Найди кого-нибудь покосноязычней, желательно с грубым лицом, плохой кожей и усталым видом. Плохого парня. И снимай прямо в полевой форме, никаких аксельбантов или петлиц.
– Но я думал, мы хотим вызвать у населения доверие.
– Идиот. Ты думаешь, если мы им по голо модель в нашей форме покажем так они из нор и повылазят?
– Нет, конечно, просто...
– Человек видит то, что ожидает. Когда он увидит то, что на его взгляд заслуживает доверия, он прислушается, понятно? Кто мы для них? Грязные и агрессивные завоеватели, мы те, кого они боятся. Поэтому они, увидев то, что они знают присмотрятся. И потом уже, понемногу мы всунем в них и все остальное, ясно? А на твоего Горация никто и смотреть не станет. Подумают - фуфло, вражеская пропаганда. Мы должны сперва сказать правду и представить ту модель мира, которую они себе представляют, а уже потом когда их рука окажется в нашей, повести их за собой на край света. Незаметно, потихоньку. Это как с девушкой. Ты бывал с девушкой?
– Ну, да, конечно...
– Ну так вот, представь, что это тоже самое. Ты же не говоришь ей, что хочешь ее трахнуть на первом свидании, верно?
– Нет.
– Но ты все равно этого хочешь, верно? И тебе надо действовать так, чтобы она тебе поверила. Слишком затянешь - надоешь, слишком быстро - спугнешь.
– Понятно.
– И убери эту чушь в начале. Про свободолюбивый народ. Какой они нахрен
– Я понял, понял...
– Вот-вот. Давай, мухой. Через два часа эфир, а у тебя тут конь не валялся. И чтобы мне без проколов! А то в прошлый раз во время пропаганды военных пайков по внутреннему голо запустил подзвучку эротического содержания!
– Но, босс! Это же подействовало!
– Твое счастье. Но если наши солдаты начнут пайки трахать... не сносить тебе головы. Пошел, работай.
– Все-все, уже.
– То-то. Эхх, а хорошая у них все-таки планета. Солнечная. И море рядом. И девушки симпатичные... я бы здесь отпуск запросто провел, ну после того, как мы ее у Марка отобьем. Ты пиши-пиши, не отвлекайся. Тебе противопоказано. Тебе работать надо. Отдыхать за тебя я буду.
– и второй заложил руки за голову и стал смотреть как в море плавно опускается светило системы Айм.
Глава 41
– Слушай, Ромул, почему они всегда одевают эти долбанные хламиды?
– спросил император Марк, глядя как двое из Ордена медленно приближались к императорскому трону. Тронный зал был очень большим помещением и император мог себе позволить немного расслабиться, пока гости шли к нему.
– Это не хламиды, сэр. Это мантии с капюшоном. А носят они их по двум причинам. Во-первых потому что традиция. И...
– И потому что этот материал не просвечивается нашими сканнерами. И потому надо всю службу безопасности на ноги поднимать.
– сказал император, испытывая приступ ворчливости.
– Да сир.
– И встречу в Тронном зале проводить. Терпеть его не могу.
– император поежился. Тронный зал ему не нравился. Но приходилось терпеть. От Ордена зависело многое, одна только его монополия на нуль-т приносила больше дохода, чем национальный валовой продукт двух средних государств, их агенты были везде и повсюду, их оружие было устрашающим и почти абсолютным, их могущество не знало границ. В прямом смысле. Владея секретом нуль-т Орден мог перебрасывать своих инквизиторов и чистильщиков в любую точку галактики мгновенно. Бац и у тебя в спальне отряды этих фанатиков со своими жуткими орудиями. Но Орден почти не вмешивался в политику, его не интересовали местные изменения. Он искал Угрозу для человечества. Находил и уничтожал. Орден почти не вмешивался в политику. Почти.
– Его Императорское Величие, Властелин и Полноправный Сюзерен...
– началось нудное перечисление регалий императора. Инквизиторы дошли почти до половины зала, а это означало, что к концу перечисления они уже будут у самого трона.
– Протектор и Защитник Суреи со всеми окружающими планетами, Герцог Транстара и Саи, Председатель Совета Высших на Гелее - 2...
– До чего же мне это надоело...
– сказал император, глядя, как гости поднимаются по ступенькам.
– Почетный сенатор и Лорд свободного братства астероидов, полный Кавалер Золотого Универсума и Ордена Безупречности, его императорское величие Марк Второй!
– все стихло. Инквизиторы замерли у подножья трона. Потом оба склонили головы, приветствуя императора. Вот ведь, суки, подумал император, на колени не встанут, нет, они же представители Антропоса, а он выше всех императоров и правителей, это же общие интересы человечества, управы на вас нет, сечь головы ублюдкам зазнавшимся, ан нет, нельзя, надо слух склонить и выслушать, спектакль устроили, сволочи.