Стигма
Шрифт:
Я представляла себе выражение ее лица, ее улыбку, то, как, прикрыв рот рукой, она рассмеялась бы, а потом сказала бы мне что-нибудь смешное. Я всегда представляла ее яркой и жизнерадостной; в моем сердце как будто оживала ее давнишняя фотография, на которой она всегда будет выглядеть веселой и естественной – самой собой.
Беда в том, что такой свою маму я не видела уже очень давно и безумно по ней скучала.
Джеймс, кажется, понял, что я не в настроении, и не стал больше ни о чем спрашивать.
Я увидела вошедшую в зал Руби. С ней был Оуэн. Я узнала его по хищному птичьему носу и уверенной походке. Наверное, он подвез ее до клуба, потому что
Они остановились возле дверей. Оуэн привлек Руби к себе и запечатлел на ее губах долгий поцелуй. Руби закрыла глаза, растворяясь в этом мгновении. Однако, когда она снова открыла их, я заметила, что они подозрительно влажно блеснули в искусственном свете зала, но никто, даже Оуэн, похоже, не обратил на это внимания.
Он с неохотой выпустил Руби из объятий и очень нежно ей улыбнулся, а та в ответ тихо вздохнула.
Я подумала, что сейчас Оуэн уйдет, но он сунул руки в карманы и подошел к бару. Положил ключ от машины на блестящую стойку и сел передо мной на высокий табурет, для удобства откинув в стороны полы длинного светлого пальто. Обменявшись приветственными кивками с Джеймсом, который протирал бокалы, он заказал «Джон Коллинз» и, прищурившись, посмотрел на меня, будто пытался вспомнить, где мы виделись раньше.
Я могла бы погромче поздороваться с ним, напомнить про встречу у клуба, но, как я ни заставляла себя, мне не удавалось вырваться из пут своего подозрительного, интровертного характера.
А потому я взяла чистый длинный стакан и принялась готовить заказанный напиток, позволив Джеймсу и дальше орудовать тряпкой.
«Джон Коллинз» очень простой и, на мой взгляд, высокомерный коктейль.
Я всегда считала, что выбор определенного вкуса, аромата или парфюма диктует человеку именно его темперамент.
В этом коктейле сильные свежие ноты, он хорошо утоляет жажду, сок лимона оставляет ароматное послевкусие, как и положено классическому напитку. Но по сути этот лонг-дринк не что иное, как газировка с джином – бедное содержание, скрытое за громким именем.
Без сомнения, любопытный выбор…
– Привет, Оуэн, – дружелюбно приветствовала его подошедшая Стелла.
Она чуть выпятила губки, пристроила локоть на стойку и взглянула на Оуэна. Было видно, что она симпатизирует этому парню и хочет завоевать не только его доверие, но и ответную симпатию. По тому, как он посмотрел на нее, заметив рядом, я догадалась, что девушка уже близка к цели.
– Стелла, – пробормотал он с полуулыбкой, и родинки шевельнулись на его лице.
Мне показалось, ему действительно нравилось наблюдать, как она старается добиться его расположения, чуть ли не приседая перед ним в реверансе. Настойчивость, с какой Стелла демонстрировала ему свою дружбу с Руби, видимо, тешила его самолюбие, и плавные жесты Оуэна сделались еще вальяжнее.
– Рада тебя видеть. Давно к нам не заходил.
– Я был очень занят.
Все с той же легкой улыбкой Оуэн пожал плечами и сосредоточил взгляд на длинном стакане, в который я наливала сверкающий желтоватый джин. Он лениво поигрывал ключом от машины, создавая впечатление человека, который, несмотря на внешнюю сдержанность, все-таки был не прочь поболтать.
– Я слышала, у тебя началась стажировка. Даже не представляю, как ты успеваешь еще и учиться.
– Ну да, не каждому такое под силу. Приходится учиться по ночам и в выходные, потому что всю неделю я торчу в офисе, где меня заставляют пахать не разгибаясь. Но только так можно получить опыт и развить
– И тебя, наверное, уже многому научили в офисе?
– Только наивные думают, что на стажировке их чему-то «научат». – Оуэн оскалился и показал полумесяц белых зубов. – И что там всегда найдется кто-то достаточно любезный, чтобы встречать тебя утром на пороге, брать за руку и тратить на тебя свое драгоценное время… Правда в том, что надо учиться самостоятельно, не отставать от общего темпа и превосходить ожидания, чтобы ты мог продемонстрировать свои навыки раньше, чем это сделает кто-то другой. – Он следил глазами за моими движениями, пока я готовила коктейль, и, конечно, ловил на себе восхищенный взгляд Стеллы. – Чтобы совмещать учебу и работу, нужны решительность, сила воли и самоотдача. Только вот Руби, кажется, этого не понимает. – Взгляд Оуэна потускнел, он провел рукой по волосам, выдавая этим жестом нервное раздражение. – В последнее время она буквально бредит университетом, только о нем и говорит да о своем собеседовании. Волнуется, как все прошло, когда же напишут, что скажут, а вдруг не зачислят и так далее. Ее нервное состояние сказывается на наших отношениях. А если я советую ей забить на все на это, то мы ссоримся…
В последнее время? Вообще-то, Руби мечтала о медицинской школе с детства.
– Уверена, вы спокойно поговорите друг с другом, и все наладится, – подбодрила его Стелла успокаивающим тоном. Казалось, она твердо решила полностью разделить его надежды. – Вы снова обретете гармонию, ведь вам это всегда удавалось. Вы не допустите, чтобы отношения разрушились из-за банального недопонимания.
– Лучше скажи об этом ей, – печально вздохнул Оуэн. – Я не люблю с ней спорить, но когда она говорит, что я ее не понимаю… После работы в офисе и сидения по ночам над учебниками, как ты догадываешься, такое слышать неприятно. – Оуэн перестал улыбаться, видимо вспомнив какой-то недавний спор с Руби.
Стелла сочувственно кивнула. Она внимала каждому слову Оуэна, повернувшись к нему всем телом и неотрывно глядя на его профиль.
– Я уговорю ее еще раз все обдумать, – сказал он, – из-за такого графика ей будет сложно вставать рано, чтобы идти на лекции или готовиться к экзаменам. Если бы она не заканчивала работать посреди ночи…
Оуэн повернулся и посмотрел на Стеллу, его глаза были одновременно серьезными и веселыми.
– А что в этом такого? – спросила она.
– Да ладно, Стелла, – пробормотал он уже мягче, – медицинский факультет! Он один из самых сложных в Штатах. Руби лучше подумать о том, чтобы заниматься тем, что у нее хорошо получается, и выкинуть из головы мысли об учебе.
– То есть?
– Руби любит этот клуб, ей нравится обслуживать столики… и она прекрасна в своем деле. Вот этим и надо заниматься, а не фантазировать о каком-то там туманном будущем, – сказал он. – Ночью она приходит домой очень уставшая. И как в таком состоянии садиться за учебники? Ты это можешь себе представить? Как усвоить огромный объем материалов? «Если не можешь стать великим, измени свой путь». Я слишком хорошо ее знаю, Руби не потянет. – Оуэн помолчал. – Речь не о какой-то там прихоти, а о достижении серьезной цели. А это, как я уже сказал, далеко не у всех получается. Если я еле вытягиваю, то она-то как справится? Нет, серьезно, Руби надо понять, что лучше крепко стоять двумя ногами на земле и рассуждать здраво, чем гоняться за глупой мечтой, которая никогда не приведет к успеху…