Страдание
Шрифт:
— Как спутника жизни, — ответил Мика очень твердым голосом.
Натаниэль ответил:
— Мне приятно это слышать, но, честно, Мика, сейчас речь о тебе и твоем отце. Это же просто слова. Я не хочу, чтобы у тебя из-за этого возникли проблемы.
Я видела, как Мика сжал его руку и снова покачал головой:
— Это не просто слова, Натаниэль, а если и так, то слова важны, у них есть значение и они несут в себе истину. — Он повернулся к Джулиет, и все еще держа Натаниэля за руку, продолжил: — Анита пускай остается моей невестой, потому что, если бы мы нашли способ, как нам пожениться группой, то мы поженились бы, но так как легально мы этого сделать
Натаниэль посмотрел на него:
— Что ты имеешь в виду? Если бы мы могли пожениться группой, то ты…?
Мика посмотрел на него:
— Да.
Натаниэль раскрыл руки и заключил Мику в объятия. Они искренне обнимались, и мне не нужно было видеть лицо Натаниэля, чтобы знать, что он плачет. Я вдруг поняла, что и сама тоже плачу. Черт. Я подошла к ним и обняла их обоих, моих двух мужчин. И если Мика не отступиться и не заставит Натаниэля выглядеть для него менее значимым, даже чтобы смягчить отношения с семьей, то и мы тоже сможем.
Глава 8
Мы втроем поехали с Джулиет, но охранники настояли, чтобы, по крайней мере, один из них ехал с нами. Так как они находились здесь, чтобы защитить нас, трудно было спорить с логикой, поэтому мы и не пытались. Меня поразило, что, в конечном итоге, с нами поехал Дев, а не Никки. Если бы я выбирала кого-то из четверки, то это был бы именно он. Честно говоря, мне было как-то неуютно без Никки в машине. Дело было не в вопросе доверия или навыков. Я доверяла Деву, он отлично справлялся со своей работой и охранял нас, но я никогда не выезжала за пределы города с Никки и Девом, хоть они и стали частыми напарниками, я просто предпочитала компанию Никки. Я не смогла бы выразить это словами, видит Бог, Дев был лучшим собеседником и, как всегда очаровательным, но Никки… это Никки. Он подходил лучше.
Мика, Натаниэль и я ехали на среднем ряду, задний ряд мы опустили, чтобы освободить место под часть багажа. Все, что не поместилось, мы разместили в черном внедорожнике, так что Альфи вез Арэса, Брэма и основную часть нашего багажа в отель, чтобы они могли его там разгрузить. Никки следовал за нами в еще одном джипе, который Альфи отдал в наше полное распоряжение на время пребывания в городе. Большую часть оружия мы разделили между нашим джипом и джипом Никки. Как маршал США Сверхъестественного подразделения, я по долгу службы была обязана всегда иметь при себе снаряжение, потому что, как федерала, меня могли привлечь к работе, где бы я ни находилась. Такое решение приняли после того, как один из маршалов не смог оказать полноценную помощь своему коллеге из другого штата. По крайней мере, они отменили правило, по которому я должна держать большую часть снаряжения при себе или в надежном сейфе. Его приняли, когда у одного истребителя прямо из машины увели сумку с опасными игрушками, а потом один из его стволов засветился в ограблении.
Это предписание было изменено, когда другой истребитель собрал все свое снаряжение и предложил судьям примерить его. В большей степени это были не законы, а предписания, даже действия при чрезвычайных ситуациях, выполняемые как автоматическая реакция на трагедию. Так как мое подразделение правоохранительных органов вызывали только после того, как были констатированы смерти, поэтому трагедии вокруг нас было хоть отбавляй. Что еще хуже, так это то, что «предписания», и большая часть законов, согласно которым выполнялась моя работа, составлялись людьми, которые никогда не даже пороху
— Мне ехать помедленней, чтобы ваш охранник случайно не потерял нас из виду? — спросила Джулиет.
— Ты не смогла бы потеряться из виду Никки, даже если бы попыталась, — сказал Дев. — А случайно и подавно.
— После наступления темноты на дорогах сложнее.
— Джулиет, — сказал Мика, — все нормально; все наши люди знают свою работу.
Мы с Натаниэлем не сговариваясь посадили Мику между собой. Частично из-за того, что я знала — Натаниэль захочет прикасаться к Мике после того заявления о браке и частично из-за того, что Мика, как и большинство верживотных, чувствовали себя лучше от физического контакта, и не важно, как бы он не храбрился, он все равно нуждался в комфорте. Мика переплел свои пальцы с нашими, и я задавалась вопросом, кого из нас он будет держать за руку при встрече с семьей. На людях мои мужчины старались свести к минимуму тактильный контакт, в зависимости от того, где находились; некоторые компании лояльнее других относились к проявлениям мужской симпатии. Или же Мика сразу захочет представить Натаниэля своей семье, не обращая внимания на их реакцию? Не уверена, что так будет лучше, но я поддержу любое его решение.
Уличное освещение поблескивало в волосах Дева, высвечивая многогранные оттенки блонда в его едва касающихся плеч локонах — как раз той длины, какую он и хотел отрастить.
— Не пойми меня неправильно, Дев, но я удивленна, что Никки не стал спорить, кто из охраны поедет с нами.
— Я оставался с багажом и проследил, чтобы помогающие с ним люди, выполнили свою работу.
— Я удивлен, что ты остался с багажом, — сказал Натаниэль.
Он повернулся на сидении, чтобы взглянуть на нас.
— Никки включил режим «босса», — пояснил он.
— Но он не главнее тебя, — напомнила я.
Дев широко улыбнулся:
— Он лучший боец, чем я. И напомнил мне об этом.
Мгновение я всматривалась в его лицо, пытаясь увидеть, был ли он оскорблен, но по его выражению ничего нельзя было прочесть, кроме обычного добродушного озорства.
— Брэм говорит, что ты мог бы стать лучше Никки, если бы прилагал больше усилий на тренировках, — вставил Мика.
Улыбка Дева сверкнула белым в полумраке.
— Не хочу так перенапрягаться.
— Ты так привык быть быстрее и сильнее других, не удивительно, что это сделало тебя лентяем на тренировках, — пожурила я его, но улыбалась, произнося это. Практически невозможно по-настоящему быть расстроенным Девом.
— Я быстрее, сильнее, и тренируюсь только в том, что касается моей работы.
— Но только в том, что касается твоей работы, — повторила я его же слова. — Никки использует дополнительное время, чтобы усовершенствоваться, а ты — нет.
— Нет, и не собираюсь.
— Ленивый котяра, — хмыкнула я.
— Но я твой ленивый котяра, — вернул он.
— Есть что-то еще, что я должна знать о Деве? — спросила Джулиет.
— Он телохранитель, — сказал Мика.
— Точно? Я могу вмешаться, если это будет о тебе и Натаниэле, но не смогу помочь, если не буду знать, от чего защищать.
— Дев — не мой любовник, — сказал Мика.
Дев обернулся, его лицо осветилось озорством. Со следующим озерцом пришедшей темноты, он проговорил из полумрака: