Странник
Шрифт:
– Ты не спросила, где здесь автовокзал?
Лена помотала головой.
– Тогда надо сориентироваться.
Андрей затащил ее в ближайший двор. И вовремя – раздался шум мотора и мимо подворотни проехал знакомый Мерседес. Андрей достал смартфон и включил навигатор. Судя по карте, автобусная остановка находилась совсем рядом – на центральной улице. Убедившись, что Гриши не видно, они покинули двор, прошли до конца квартала, повернули налево и сразу увидели подъезжающий к остановке автобус. На всякий случай поглядев по сторонам, они перебежали через дорогу и вскочили в гостеприимно распахнутую переднюю дверь. Водитель что-то сказал им по-гречески.
– Where is this bus going to? – спросил в ответ Андрей.
– Kavala, – последовал
Взяв билеты, они плюхнулись на сиденья и пригнулись, чтобы их не было видно с улицы. Так, скрючившись, и ехали, пока автобус не выехал из города.
– Что мы будем делать в Кавале? – спросила Лена.
– Пока не знаю. Ребята наши там где-то отдыхают. Надо им позвонить.
Он набрал номер Гены. Слышимость была ужасная. Судя по шуму ветра и доносящейся музыке, Гена был на пляже. Стараясь перекричать шум автобусного мотора, Андрей, как мог, объяснил, что они с Леной едут в Кавалу. Договорились встретиться через час на конечной остановке возле паромного терминала. Автобус не спеша ехал среди полей. Черного Мерседеса на шоссе не было видно – можно было прийти в себя и собраться с мыслями.
– Слушай, – вспомнил Андрей, – а где табличка с кладбища?
Лена, порывшись в сумке, протянула ему медную пластину. От времени медь покрылась патиной, но гравировка на ее поверхности хорошо читалась:
«Convento San Lazzaro degli armeni.
Venezia.
Deposito lasciato dal Sr. Ter-Arutiunian (Njdeh). №1483.
Novembre 1943.»
* * *
Спать их положили в гостиной на диване. Андрей с облегчением вздохнул, когда все, наконец, разошлись по своим комнатам и прекратились вопросы, на которые он не знал, как отвечать. Про свои приключения они рассказывать не стали. Лена отмалчивалась, а фантазии Андрея хватило только на то, чтобы соврать про то, что они приехали в Драму на денек с болгарской тургруппой и отстали от автобуса. Вооружившись Таниным планшетом, он полез в интернет. Первым делом перевел надпись на медной табличке:
«Армянский монастырь св. Лазаря. Венеция. Депозит, оставленный синьором Тер-Арутюняном (Нжде). №1483. Ноябрь 1943».
Поисковый запрос в Google «San Lazzaro degli armeni» выдал результат:»…небольшой остров в южной части Венецианской лагуны, один из основных мировых центров армянской культуры. С XII века на острове находилась карантинная станция, а позднее – венецианский лепрозорий Св. Лазаря (покровителя прокажённых), который и дал название острову. В 1717 году сюда прибыл армянский католический монах Манук ди Пьетро (Мхитар Севастийский). Основанная им община мхитаристов построила на острове монастырь, церковь, библиотеку (свыше 150 тыс. томов) и превратила остров в один из мировых центров армянской культуры…»
– В Италию, что ли, поехать? – задумчиво произнес Андрей. – В Болгарию я пока не представляю, как вернуться.
– А я никогда не была в Венеции… – мечтательно отозвалась Лена.
– Ты можешь вернуться в Банско. Тебе же на работу надо.
– Ну, уж нет! Я тебя больше одного не отпущу.
Поискав в интернете, они выяснили, что из греческого порта Игуменица четыре раза в неделю ходит паром до Венеции. Порт этот находился на Адриатическом побережье – надо было ехать через всю Грецию. Удобнее всего было туда попасть на автобусе из Салоников. Значит, завтра надо
Лена пошла в душ, а Андрей налил себе бокал холодной рицины и вышел на террасу. В темноте стрекотала цикада, а за деревьями был виден кусочек моря с лунной дорожкой до горизонта. Неожиданно он почувствовал, как сильно устал. Прошлой ночью он прыгал по камням в темноте и спускался со скалы на границе. Еще этим утром они шли по утреннему шоссе с полковником. С полковником… Он потрогал пластырь на щеке. Как все неожиданно повернулось. Да-а.., по-другому он представлял себе дауншифтинг.
Неожиданно до него донесся запах табачного дыма. Андрей поднял голову – с верхнего балкона на него смотрел Гена. В руке его дымилась сигарета.
– Андрюха, может, все-таки объяснишь, что с тобой стряслось? – тихо спросил он.
– Спускайся – не буди людей.
– Я сразу понял, что что-то не так, – объяснил Гена, разливая рицину. – Тебе же при мне пограничник сказал, что виза твоя аннулирована. И вдруг вы появляетесь – без вещей, на автобусе. Что у тебя с лицом?
– Порезался… Слушай, Генка, не могу я тебе сейчас все рассказать, но ты правильно догадался – я в Грецию нелегально перебрался. Как назад буду переползать, пока не знаю, но завтра нам очень надо попасть в Салоники.
– Нет проблем – мне уже надоело на пляже валяться. Я вас завтра отвезу. Заодно даму свою проветрю.
Дорога оказалась на удивление комфортной. Многорядная магистраль шла по горам вдоль моря без светофоров и перекрестков. Два раза они остановились, чтобы оплатить проезд – смешные по европейским меркам деньги €2,40. Меньше, чем через два часа въехали в Салоники. Гена немного попетлял по центру и высадил их у автовокзала. Прощаясь, он шепнул Андрею:
– Как с деньгами? Помочь?
Андрей задумался. У него были с собой кредитные карты, но греки очень неохотно их принимали. Наклейки Visa и Mastercard красовались на любом магазине или ресторане, но почти везде следовал одинаковый ответ на попытку заплатить картой: «Нет связи с банком».
– Дай двести евро на всякий случай.
Они обнялись, и Гена повез свою девушку на обещанный шопинг.
* * *
Стемнело, и автобус уже пару часов ехал в по горам в темноте. Лена спала, положив голову ему на плечо, а Андрей никак не мог заснуть – сначала дуло из кондиционера, потом затекла спина. Он закрыл глаза и старался не думать о том, что с ним произошло за последние дни. Вдруг автобус начал тормозить и довольно резко остановился. Темнота за окном прерывалась синими и красными всполохами. Андрей привстал и посмотрел поверх рядов сидений вперед через лобовое стекло. На обочине стоял полицейский автомобиль с включенными световыми сигналами на крыше и микроавтобус с тюремными решетками на окнах. Водитель открыл дверь и двое полицейских поднялись в салон. Они медленно двигались по салону, проверяя документы у пассажиров. Двоих азиатов и одного африканца, посмотрев их паспорта, вывели и посадили в микроавтобус. «Нелегалов ищут», – понял Андрей. Ситуация была неприятная – в его паспорте красовалась перечеркнутая красной шариковой ручкой шенгенская виза. Полицейские объяснялись с пожилой смуглолицей женщиной, сидевшей в двух рядах от них. Что делать? Решение появилось неожиданно. Андрей порылся в карманах, вытащил болгарскую идентификационную карточку полковника и сунул ее Лене. Сам же откинул сиденье, повернулся к окну и закрыл глаза. Ему слышно было, как подошедший полицейский поздоровался с Леной: «Ясас». Потом – пауза. Видимо, изучал документы. Андрею казалось, что все слышат, как стучит кровь у него в висках. Наконец раздалось: «Кало дромо», и он почувствовал, как Лена положила голову ему на плечо. Пронесло!