Странник

Шарапов Кирилл Юрьевич

— Держу специально для постояльцев, господин Эгор, — пояснил корчмарь. — Кстати, забыл представиться, Ридан.

Раевский кивнул и занял предложенное место.

— Вы не будете против компании? Ещё двое мужчин комнату сняли, обещались быть к вечеру.

— Нисколько, — улыбнулся Каскад, — если господа вежливые. Что предложите?

— Гусь есть целиковый, говядина, жаренная на углях, вырезка, жирка совсем немного, мягкая очень, сочная. Псу я вашему ногу свиную отправил и требухи, много её скопилось, за неё денег не возьму.

— Давай говядину, два куска, — мгновенно определился Егор, поскольку

стейки любил и уважал.

— Пива возьмете или вина хотите?

— Вина, красного, сухого. И вилку с ножом не забудь.

— Сию секунду. С вас серебрушка и два десятка лоров.

Каскад достал кошель, тот прилично полегчал, но денег ещё хватало.

Через десять минут он с удовольствием ел довольно неплохой стейк, хоть этому рибаю было далеко до московских ресторанов, но для средневековья он был очень даже ничего.

Сотрапезники явились минут через сорок, когда он, уговорив ещё один бокал вина, собирался отправиться отдыхать. Пара мрачных мужчин, ничего не сказав, уселась напротив. Только один кивнул Раевскому, после чего посмотрел на Ридана.

— Эй, корчмарь, — заорал он, — мяса неси и вина много. И не вздумай вино вскрывать.

— А ты кто? — наконец, произнёс второй молчаливый.

— Гость, — ответил Егор, не собираясь идти на конфликт.

Ридан принёс пару больших бутылок вина, явно больше литра, и поставил на стол перед постояльцами. Первый достал кинжал и отточенным движением срубил часть горлышка. Причём проделал это так ловко, что срез оказался идеально ровным. Да, похоже, у него тоже не совсем обычный кинжал.

— Выпьешь с нами? — предложил молчун.

Раевский понимал, что если откажется, будет скандал в стиле — «ты меня не уважаешь». Похоже, постояльцы были проблемные и хотели подраться. Егор даже пожалел, что не успел уйти. Он придвинул свой кубок, в который молчаливый от души плеснул вина.

— За Орден грифона, — вскочив и плеснув на стену вино, заорал первый. Второй подхватил, а вот зала промолчала.

Раевский отсалютовал бокалом и пригубил, стараясь сохранять спокойствие, но в душе у него начался шторм. Орден грифона — это сильнейшее в ближайших королевствах объединение магов, и он сутки назад убил одного из них. Эта парочка не была магами, скорее, отчаянные рубаки.

— Скоты сиволапые, — выругался первый и плюхнулся на своё место.

— И что привело сюда служителей ордена? — вежливо поинтересовался Раевский.

— Дела ордена, — коротко ответил второй, давая понять, что эта тема закрыта.

Егор кивнул и допил вино.

— Спасибо за компанию, господа, но я на боковую, завтра в путь.

— Доброй ночи, — вполне миролюбиво пожелал он же, и приступил к разделке гуся, которого выставил на стол корчмарь.

Егор кивнул и покинул общий зал. Несколько секунд он стоял, прикидывая, что делать, бежать или убивать? Ни первое, ни второе ему не нравилось. Да и ворота по ночному времени закрыты, куда тут сорвёшься?

— А ничего не делать, — сказал он сам себе шёпотом, — это лучшая тактика.

Завтра на рассвете он уедет к своей цели, а эта парочка пусть и дальше ищет тлен, оставшийся от мастера Краца.

Глава 7

Глава 7

Вернувшись к себе

в нумер, Егор достал кинжал и стал с любопытством его разглядывать. Резать себя его не прикалывало, но получить оружие, которое будет служить ему верой и правдой, хотелось гораздо сильнее. Решившись, он полоснул себя по левой ладони. Острое лезвие легко порезало кожу, и кровь заструилась по клинку. Ни одной капли не упало на пол, скошенное лезвие впитало всё до последней капли, после чего кинжал окутался алой дымкой, через пару минут развеявшейся. Раевский посмотрел на разрез, который почти сразу прекратил кровоточить, и, обмотав руку тем, что у местных заменяло бинт, закрепил повязку. Как ни странно, несмотря на рану, он мог действовать рукой совершенно беспрепятственно. Поняв, что привязка состоялась, он со спокойной совестью разделся и забрался под одеяло. Надо только придумать, как проверить новые возможности. Ну да ладно, дорога у него длинная, шансов будет предостаточно.

Ночь прошла спокойно. Хим, охраняя сон хозяина, улегся у двери, причём в своём истинном облике. Спать ему тоже требовалось, но, в отличие от Раевского, дремал он очень чутко и на любой шум из коридора или с улицы поднимал голову и прислушивался, после снова отпускал её на львиные лапы, и снова задремывал.

— Мне кажется, ты немного подрос, — сообщил ему Егор.

— Да, Странник, — отозвался Хим, который снова стал обычным псом.

— И насколько большим ты вырастишь?

— Метра полтора в холке, а еще крылья будут, смогу летать.

— Ну, пора двигать, — подхватив мешок и оглядев комнату на предмет забытого, скомандовал Каскад.

Насвистывая «цыганку с картами, дорогу дальнюю», Егор вышел в коридор и тут же нос к носу столкнулся с орденцами. Выглядели те помятыми, у молчуна на скуле был отличный фиолетовый синяк, похоже, отдых у них вышел полноценный, с дракой.

— В дорогу? — поинтересовался Раевский. — В какую сторону? Может, по пути?

Первый, который был более шумным, кивнул.

— Нам на восток. Попутчиков не ищем.

— Понимаю, мне всё равно на юг, — соврал Каскад. — Ладно, был рад знакомству, господа, спокойной вам дороги.

— И тебе, путник.

Они одновременно повесили ключи от комнат на специальные крючки, вделанные в стену, и вышли на улицу. Хозяин уже проснулся и сейчас рубил во дворе дрова.

На орденцев он глянул хмуро, видимо, немало они доставили ему беспокойства. А вот Раевскому улыбнулся.

— Как спалось, господа? — спросил он у всех сразу, но было видно, что вопрос он в основном адресовал Каскаду.

— Мне — отлично, — заявил Егор. — Ладно, хозяин, спасибо за гостеприимство. Если ещё буду в вашем чудесном городе, опять у тебя остановлюсь. А теперь прощай. Хим, за мной, — скомандовал он псу, который обнюхивал недогрызенную кость, валяющуюся у стены. Тот в два прыжка догнал Раевского и пристроился на полкорпуса впереди.

Парочка орденцев корчмарю ничего не сказали, только потопали следом за Раевским к воротам.

На улице было свежо, солнце только поднималось из-за горизонта, так что, накинутый на плечи плащ был очень кстати. Лошадь по кличке Лаванда уже стояла оседланная, мешочек с овсом стоял у стены, две седельные сумки, потрёпанные, но вполне себе целые, примостились рядышком.