Странные Эоны

Блох Роберт Альберт

— Жаль, что я не знал. Я бы захватил с собой несколько бритвенных лезвий, чтобы их заточить.

Ее невольная ответная улыбка застыла сразу же, как только она взглянула на содержимое самой комнаты. Любое сомнение, связанное с влиянием архитектуры, исчезло в тени четырех стен и того, что ожидало там.

Выдвижные стеклянные ящики, установленные на мраморных плитах, содержали предметы, о которых Кей знала весьма смутно из элективного курса египтологии в колледже, но теперь наполовину забытые слова и изображения предстали в качестве узнаваемых реальностей.

В

одном ящике хранилась большая каменная стела, на которой был изображен знак аспида; в другом стоял Бенну с распростертыми крыльями — птица феникс, символ воскрешения; в прочих находились свитки папируса, бронзовые таблички, погребальные урны. Здесь была миниатюрная модель священного ковчега, перевозящего души мертвых в Подземный мир для последнего суда, и здесь же находилось изображение в натуральную величину того, что умершие оставили после себя, — четыре канопы, содержащие печень, легкие, желудок и кишки покойных. Тела, из которых эти органы были извлечены, покоились в саркофагах для мумий, сердца, неизвлеченные и неповрежденные на протяжении дремлющих столетий, выглядели бережно сохраненными, так, чтобы их можно было узнать, когда они предстанут перед сорока двумя судьями мертвых.

А у треугольных стен возвышались огромные фигуры из меди, бронзы и камня — изваянные создания с человеческими формами и головами животных — боги Египта.

Здесь стояли Апис с головой быка, рогатая Хат- хор, Себек с мордой ящерицы и Хор с соколиным клювом. Бает и матерь Сехмет притаились, обнажив свои ядовитые клыки; Тот с профилем ибиса и шакалья морда Анубиса возвышались в тусклом свете. Нехбет с головой коршуна холодно глядела вниз на огромную баранью голову Амона, на череп Хепри в виде скарабея, на человека-змею Буто идраконью физиономию Сета, Повелителя Зла. Над ними всеми возвышалась фигура в одежде из перьев, держащая скипетр Уас и с короной Атеф на голове — Осирис, Царь Мертвых.

Он смотрел. И шевелился.

У Кей перехватило дыхание, когда фигура выдвинулась вперед из темноты, затем она поняла, что это не движущаяся статуя, а человек, который ждал и был скрыт в тени.

Мира и мудрости вам, — сказал преподобный Най. Кивнув Кей, он протянул руку в белой перчатке в сторону Фреда Элстри.

Кей волновалась, и это вызвало вежливую улыбку у ее спутника и неодобрительный, хотя и мимолетный взгляд черного человека. Он посмотрел на Кей вопросительно.

Это не тот джентльмен, который был с вами в Храме прошлой ночью.

Нет, ему надо было уехать в Сан Диего по другим делам, — Кей кивнула в сторону Элстри. — Я думаю, вы будете вполне довольны работой Фрэда. Когда дело доходит до портретов, то он и вправду лучший фотограф.

Мне приятно это слышать. Но знаком ли он с целью этой встречи?

Да. Я ввела его в суть дела.

Хорошо, — Най указал на бородатого молодого человека. — Теперь ты можешь идти, Джоди. Молодой человек стоял неподвижно, его взгляд остановился на скульптуре у стены.

Голос Ная стал жестким: —Джоди, пошел вон!

Остекленевший взгляд мгновенно исчез, и молодой человек быстро

дернул головой. Он повернулся и направился к двери с необычной раздвижной створкой, что подтвердило подозрения Кей.

Ненормальный. Стоит вспомнить, что Майк Миллер говорил про ассасинов.

Если Миллер был прав, рассказывая об этом, то, возможно, он был прав и во всем остальном. Музей здесь и есть тот самый коммутационный узел; сейчас Най попытается перенести их в какое-то другое место.

— Ну что ж, тогда давайте начнем, — заговорил Най. — Если вы установите ваше оборудование…

Продолжая говорить, преподобный пересек комнату, подошел к дальней стене и нажал на выключатель. Кей ослепила внезапная вспышка света.

Миллер ошибся в том, что нас переключат. И может быть, он ошибался и во всем остальном.

На какое-то мгновение Кей поддалась своему смущению, но свет помог ей развеять сомнения, как и тени. Его жар согревал комнату, преображая зловещие очертания статуй в безопасные образцы скульптурного искусства. Оставаясь вполне гротескными, они больше не выглядели угрожающими.

Возможно, это и был ответ по поводу всей возникшей ситуации. Гротескные, но не угрожающие. Все было частью рекламной акции Ная — занавеской для его культа. Даже те фотографии, для которых Кей должна была позировать, тоже подразумевали рекламу для привлечения простодушных верующих. Снова в голову Кей пришла эта мысль: все эти необычные положения — всего лишь иная форма шоу-бизнеса.

Она взглянула на Фреда Элстри, гадая, о чем он сейчас думает, но не смогла прочитать его реакцию. Он уже открывал две большие сумки и вынимал из них складное оборудование для установки света. Выдвинув складывающиеся ножки у подставки под осветительные приборы, он распутал закрученные провода и протянул их по полу, чтобы вставить в электрические розетки. Он делал эту работу, как настоящий профессионал, и сомнения Кей исчезли; он делал все так, как будто это для него была просто очередная фотосессия.

К ее дальнейшему удивлению, все действительно выглядело именно таким образом.

Преподобный Най одобрительно кивнул.

— Все установлено? Отлично. Теперь, прежде чем мы начнем, позвольте рассказать вам, почему я выбрал именно это место. Случилось так, что леди, заведующая фондом, также является членом Звездной Мудрости, и она была столь добра, что дала свое разрешение. Я думаю, мы можем использовать эти статуи с большой выгодой для нас, и, если вы не возражаете, я хотел бы предложить несколько ракурсов.

— Пройдите прямо вперед, — сказал Элстри. — А я буду стоять здесь и наводить камеру.

Най послушался, получая указания, произносимые тихим голосом. Было ясно, что ему хотелось получить серию портретных снимков Кей крупным планом, где видны голова и плечи. Но во всякой позе на заднем плане должна была находиться статуя — Буто с черепом змеи, Нехбет с головой коршуна, Осирис со всевидящим оком. И снова установка света и композиции представлялись чем-то рутинным; вся разница заключалась в тех инструкциях, которые он давал модели.