Страж империи
Шрифт:
Министр потер переносицу.
– И что вы предлагаете по статусу организации? Я не смогу получить финансирование на формирование структуры, никому не подчиняющейся.
– Это и ежу понятно. СТО может подчиняться министерству чрезвычайных ситуаций, поскольку МЧС не есть «вооруженная сила». Как вариант, СТО может быть аналогом частной военной компании, только не совсем военной.
– Ладно, допустим. Возможно, я найду финансирование не из госказны, но спонсоры не согласятся финансировать что-то неподконтрольное. В любом случае, придется очень многое решать на уровне министерств или даже самого короля… Хотя какое там «даже», в обход короля такое сделать точно не получится.
– В общем, мою позицию вы знаете. СТО не может участвовать в войнах людей, наше дело – защита мира от приблуд, а не
– А в чем проблема, предположим, сменить подданство и место службы и продолжать свое дело по зачистке Зоны? Мне кажется, начинание, скажем так, интернациональное…
Я пожал плечами:
1
«Война жаб и мышей» (греч.). Употребляется в значении «война ничтожных противников по ничтожному поводу».
– Не вижу смысла в лишних телодвижения, это раз. Присяга – как бы все-таки присяга, это два. Наконец, аркадианская юрисдикция дает мне возможность носить «кишкодер», расставаться с ним я не собираюсь.
– С этим могут быть трудности.
– Трудности?!! – расхохотался я. – Давайте расставим акценты по местам: мы с вами – не договаривающиеся стороны. Вы очень много хотите от меня получить, при этом взамен вам и предложить-то нечего. Вначале мне придется потратить четыре-пять лет на обучение первого подразделения, затем вы попросите меня обучить бойцов пятых-шестых уровней. Вникаете? Я должен потратить десять лет своей жизни, чтобы у вас появились бойцы моего уровня! Десять гребаных лет! С учетом этого, я не считаю, что меня должны волновать чужие пустячные затруднения, даже упоминания не стоящие. Пишете бумагу, король ставит печатку – делов-то. Можете дипломатическую неприкосновенность мне организовать. Можете выдать справку о том, что я вне юрисдикции Сиберии. Как хотите, так и решайте. Вы – проситель, как бы ни непривычно было вам это амплуа, который просит больше, чем может дать взамен. Потому мои условия обсуждению не подлежат. И третье. Тот факт, что я нахожусь тут и сотрудничаю с вами, ни при каких обстоятельствах не должен использоваться в направленной против Аркадии пропаганде. У меня все, если ваше желание создать свой СТО не улетучилось – я готов ехать грабить музей.
Зарецки остался с министром, а мы со Скарлетт спустились обратно на стоянку и сели в машину.
– Должна заметить, Александер, что вы совершенно неподобающим образом разговаривали с его светлостью. У вас совсем ни капли уважения к дворянам?
– А с чего бы вдруг? Просто потому, что человек родился дворянином? Я уважаю тех, кто чего-то стоит, а чтобы стоить чего-то, мало просто родиться в определенной семье.
Скарлетт странно на меня посмотрела.
– Что не так? – я приподнял бровь.
– В Сиберии невозможно родиться дворянином, – сказала она. – Вы не знали?
Тут мне уже пришлось и вторую бровь поднять от удивления.
– А дворяне тогда откуда берутся?
– Дворянин – это человек, служащий при дворе короля и играющий важную роль в жизни страны. Ключевые слова – «служить» и «важная роль». Это у вас в Аркадии так – кто родился дворянином, тот стал большой шишкой, получил власть и занял высокий пост. У нас наоборот: вы вначале становитесь значимым человеком, и только по этому факту получаете дворянство. Условно, офицеры получают ранг рыцаря, чиновники средней руки – барона или баронета, более важные – виконты, министры и генералы – графские титулы, самые ценные для страны люди награждаются титулами князей и герцогов.
Я почесал затылок.
– Получается, дети дворян рождаются простолюдинами?
– Почти так. Они рождаются аристократами – у нас это не синоним дворянства. Аристократ юридически имеет всего одно преимущество перед простолюдином: простолюдин может быть наказан судом за явное неуважение к аристократу, а за оскорбление наказывается гораздо строже, чем в случае оскорбления другого простолюдина. Все. Понимаете, Александер… У нас все намного сложнее.
– Хех… Вы пытаетесь сказать, что здесь простой народ любит своих дворян? – ухмыльнулся я.
– Вам может показаться странным, но это так. Видите ли, в Сиберии нет такого разрыва, как между блеском и нищетой в Аркадии. И не потому, что наши дворяне во всем лучше ваших, а потому, что дворяне Сиберии не занимаются чрезмерным стяжательством. Деньги у нас, как я говорила, имеют второстепенное значение. Престиж и положение в обществе – все или почти все. Как итог, жизнь простолюдина у нас получше, чем у вас. Разница такая же, как между вашим приютом и моим. Не скажу, что у нас сахар – но любой человек, добросовестно работающий в поте лица своего, не останется без крова и куска хлеба. Как вы понимаете, это прямая заслуга лидеров нации, коими являются король и дворяне. Сюда добавлю, что в Сиберии на душу населения приходится в два раза меньше полиции, чем в Аркадии, а последние народные волнения произошли шестьдесят лет назад. Убедительный факт?
– Серьезный, скажем так. Хотя верится с трудом. Как-то так вышло, что крупнейшие сиберийские концерны и предприятия принадлежат дворянам. Все – оборонка, тяжелая промышленность, машиностроение – все в частной собственности у дворян. У вас даже танки строит частный завод. Разве не так?
Скарлетт притормозила на светофоре, повернула ко мне лицо и улыбнулась:
– С точностью до наоборот. У нас не дворяне прикарманили всю промышленность, как это у вас произошло, у нас промышленники, создавшие оружейные и танковые заводы, стали за это дворянами. Хотите загадку? Какая разница между промышленником-простолюдином и промышленником-дворянином?
– Без понятия.
– Простолюдин платит двадцать пять процентов подоходного, а дворянин – пятьдесят.
Вот тут я уже всерьез удивился.
– Быть дворянином не так выгодно, как простолюдином?! Серьезно?!!
– Снова неверно. Простолюдин-промышленник, чей доход перевалил определенную планку, вправе подать прошение о получении дворянства, и за это платит удвоенный налог. И прочувствуйте одну деталь: не обязан подать, а вправе. Это добровольно. И люди идут на увеличение налогов ради того, чтобы стать дворянином, теперь вы понимаете, что деньги – второстепенны? Дворяне не получают деньги из казны за красивые глаза, напротив, сами в казну платят. Герцог Твардовски, к примеру, владеющий заводом «Збройовка Славска», обязан ежегодно поставлять армии вооружение бесплатно, а если требуется больше квоты – по себестоимости. За что и носит титул герцога. Поймите, Александер, дворяне Сиберии не паразитируют на стране только потому, что родились дворянами. Напротив, они – стержень социума и опора народа. Но для постороннего наблюдателя это, разумеется, выглядит так, словно дворяне завладели всем и вся в Сиберии.
Я выхватил глазами на проносящихся мимо меня зданиях вывеску кондитерской. Надо будет зайти.
– Получается, дворянство можно купить за деньги или получить в аренду? Признаться, мне это кажется перегибом, но уже в другую сторону. При таком раскладе львиная доля так называемых дворян должна состоять из толстопузых купцов, спекулянтов и предпринимателей.
Скарлетт пожала плечами, не отрываясь от баранки:
– А вы взгляните на такого толстопузого купца с точки зрения мага-рыцаря, подавляющее большинство которых не так богаты, как дворянство Аркадии. Специальные доспехи для мага, вооружение и фокусирующий посох стоят очень дорого, они по карману далеко не всем. И у вас, типичного рыцаря-дворянина, есть весьма простой выбор. Либо признать промышленника, который экипирует армию за свой счет, равным себе, либо экипироваться за свои кровные. Справедливости ради, таких дворян мало и в аристократической среде они считаются как бы немножко вторым сортом, но это естественно.