Страж империи
Шрифт:
Не удержавшись, я осуждающе покачал головой, глядя на потрясные ножки, обтянутые черной замшей штанов с вьющимся серебристым узором по бокам, и поднял взгляд выше. Короткая облегающая курточка, четко обрисовывающая симпатичные выпуклости, – это тоже нечто. Но широкополая мужская шляпа с пером, очень похожая на мою, хотя размером, конечно, поменьше, – это уже не наглость, а вызов. И мужчинам, и устоям.
Сумасшедшая девица. Да даже самое мастерское владение клинком не поможет ей отбиться от толпы желающих скрасить ее досуг, если она рискнет показаться в таком наряде вечером на улице одна! Причем
Девушка, двигаясь к своей подруге, на мгновение повернулась ко мне спиной, обходя одного из гостей, и я прикрыл рукой глаза. И горячо похвалил себя за предусмотрительность. Подлый бес как будто знал, что будет происходить вечером, предлагая этот злосчастный спор. И если бы не проведенный в объятиях Кэйли день, я бы определенно увяз по самые уши. Ибо на мгновение у меня возникло просто нестерпимое желание хлопнуть кое-кого по обтянутому замшей заду… Только лень вставать. Это и спасало от возможного наказания. Как-никак по уложению «О преступлениях против личности» оскорбление действием лица благородного сословия карается каторжными работами на срок от года до пяти лет… Бес плясал бы от счастья, даже проиграв спор. Жуткая жизнь на каменоломнях или соляных озерах ничуть не лучше смерти.
Бес, разлегшийся кверху пузом на широком изгибе подлокотника кресла, вдруг подскочил и заметался из стороны в сторону, будто ища, где спрятаться. Было бы от чего. Повернувшаяся наконец к нам лицом леди отнюдь не была страшна как ночной ужас. Наоборот, блистала вызывающей красотой. Черные волосы, ниспадающие на плечи крупными, завивающимися на концах локонами, правильные черты лица, золотистая кожа без малейшего изъяна, пухлые, слегка приоткрытые губки, покрашенные в бледно-розовый цвет, симпатичный носик… И очень выразительные серо-зеленые глаза. Большущие. С необычно четко выраженной черной каймой по краю радужки. И длиннющие ресницы, чуть загибающиеся к краям.
Чрезвычайно смазливая девица. И, видимо зная это, практически не использует украшения – в мочках ушей лишь махонькие серьги-кнопки с изумрудиками, а на шее только тонкая витая цепочка лунного серебра. Такие мелочи и не заметишь. Особенно когда эта леди уставится прямо на тебя своими большущими глазищами… Такими проницательными, что кажется – она видит тебя насквозь.
«Бес, ты-то чего всполошился?» – спросил я хвостатого, успокоившегося, лишь когда внимательно посмотревшая на меня леди отвела взгляд.
«Да так, – махнул лапкой смущенный бес. – Ошибся малость…»
«В чем ошибся?» – Своим ответом он раззадорил мое любопытство.
«Ну… – замялся рогатый. – В общем… Короче, эта девица обладает даром видеть существ с иных планов бытия. Но, к счастью, не знает, как им пользоваться. А то бы мы попали в переплет… Эта стерва устроила бы нам веселенькую жизнь…»
«Что ты ее невзлюбил-то так? – мысленно посмеялся я над испуганным бесом. – Очень эффектная красотка. И раз предпочитает черные наряды, верно, личность целостная и самодостаточная. А про то, что стерва, у нее на лбу не написано».
«Да что ты знаешь?! – запальчиво проговорил бес. – Все они стервы, эти дем…» – И резко оборвал себя.
«Что – дем?» – переспросил я, не разобрав суть фразы.
«Не
Заинтриговал меня зловредный бес. Я сразу же присмотрелся к девушке повнимательней, пытаясь понять, что же она за дем такой… Но единственное, что сразу бросалось в глаза, – это ее привлекательность. Нет, приз, возможно, покрасивше будет, но блистает иной, чистой и невинной красотой. А эта обольстительно красива… И при взгляде на нее в душе так и вскипают порочные желания… Как же удачно я подгадал, проведя день с Кэйли! Иначе точно бы каких-нибудь глупостей натворил!
Отведя взгляд от затянутой в замшу девицы, я озадаченно почесал затылок. Страсти-то какие! Любовь с первого взгляда, не иначе! Хотя насчет любви, конечно, перебор, просто жажда обладания всколыхнула душу. Как будто я смазливых девчонок никогда не видал! Но эта – просто из ряда вон… Воплощение обольщения какое-то… Как суккуб…
Едва не подскочив в кресле, я постарался сдержать волнение и прикрыл глаза. А ведь точно! То-то бес и испугался, увидев демоницу! Но как она могла попасть в город? И почему ее еще до сих пор не отловили инквизиторы? Или я ошибаюсь?
Открыв глаза, я бросил на предполагаемого демона обольщения заинтересованный взгляд. Нет, что-то не вяжется. Крохотные рожки она могла скрыть под шляпкой, но куда бы она дела хвост? Под обтягивающими изумительно стройные ножки штанами его не спрятать! Или суккубы способны избавляться от своих демонических черт при перевоплощении? Очень даже может быть… Жаль я пренебрегал посещением богословских занятий!
«Значит, ты хотел сказать, что эта леди и не девушка вовсе, а демон обольщения, – решил я вывести беса на чистую воду и во всем разобраться. – А попросту – суккуб. Я прав? – И довольно протянул, видя расстроенную рожу рогатого: – Как думаешь, что с тобой сделают демоны по возвращении, когда мы сдадим эту обольстительную проказницу добрым дядькам-инквизиторам?»
«За себя бы побеспокоился, – ядовито ответствовал совсем приунывший бес. – С тебя демоны тоже шкуру снимут. – И огорченно покачал головой. – А самое обидное знаешь что?»
«Не знаю, – признался я. – Что?»
«То, что этой стерве ничего не будет! – фыркнул бес. – Не тронут ее инквизиторы».
«Ну-ну, – улыбнулся я наивности беса. – Похоже, ты с ними плохо знаком…»
«Близкое знакомство водить не пришлось, – признал мой рогатый собеседник. – Да только, как ни крути, а девица кругом невиновной выходит. В ней лишь частица демонической крови, и призвать ее к ответу за грехи предков никак нельзя. А вот нам с тобой на орехи точно достанется…»
«Полукровка? – изумился я. – Вот так диво!»
«Да что тут дивного-то? – удивился бес. – Чистокровных людей спустя четыре сотни лет со дня вашего пришествия в этот мир, считай, и не встречается. Только вы не хотите этого признавать».
«Ты говори, да не заговаривайся! – Замечание бесовского отродья меня покоробило. – Не настолько порочны люди, чтоб со всякой нелюдью и проклятыми демонами знаться».
«Уж чья б корова мычала!» – парировал бес.
«От простого хотения детей не бывает, – резонно заметил я в ответ на упрек. – А зная о ее сущности, я и близко к ней не подойду».