Страж империи
Шрифт:
«Иди ты к демонам, провокатор хвостатый!» – ругнулся я, чуть не соблазнившись очарованием рисуемой картинки. Кто бы не хотел, чтобы его любила такая красотка, как леди Энжель!
– Кэрридан, ты соображаешь, что делаешь? – склонился к моему уху Лемас. – Конечно, это твое право, но градоначальник обещал признать своим личным врагом того, кто освободит эту девицу.
– Да пусть он идет к демонам! – не сдержавшись, брякнул я, и так обозленный недавними нашептываниями коварного беса. – Что хочу, то и делаю!
– Твое дело, –
И он направился к стоящей у окна девушке снимать имеющий магическую составляющую кабальный ошейник.
– Бумаги заверьте, – потребовал я от магистратского советника, когда под вольной подписались разочарованно вздыхающий тьер Фосс и удивленно косящаяся на меня баронесса Кантор.
Выбравшись из кресла, я подошел к изумленно хлопающей глазами златовласке, потирающей освобожденную от неприятного украшения шею, и протянул ей бумаги.
– Возьмите, леди, – сказал я и посоветовал от чистого сердца: – И больше не грабьте, пожалуйста, честных людей.
Она не нашлась что сказать. Только бумаги сжала крепко-крепко. А я на мгновение утонул в увлажнившихся голубых глазищах.
Взяв себя в руки, я отвернулся и направился к выходу, гадая, что меня ждет впереди. Настроение было преотличное, и его не могла испортить даже возможная ссора с обозленными благородными дамами.
Но ничего такого не произошло. Баронесса с подружкой куда-то делись из зала. Видимо, благоразумно решили не связываться с неотесанным мужланом. Ну и скатертью им дорожка.
– Ну ты дал, Кэр! – налетел на меня Вельд, едва я вышел за дверь. Даже Кэйли вперед не пропустил. И принялся обниматься и от души лупить по спине, рыжий гад. У меня от этих хлопков в глазах помутилось.
– Да успокойся ты, все путем, – постарался я оторвать от себя приятеля.
– Да еще каким путем! – согласился со мной счастливый Вельд. – Мы на твоей игре почти полсотни золотом подняли! Ты только прикинь – полсотни золотом!
– Да что ему эта ерунда, – с ноткой зависти протянул Тим. – Он целое поместье выиграл.
– Вот-вот, – поддержал я Тима и, оттолкнув наконец от себя Вельда, обнял рукою Кэйли, мгновенно втиснувшуюся между нами.
– Славная игра, Кэр! – заметила сияющая девушка и чмокнула меня в губы. – Здорово ты их разделал под орех.
– Ну да, – немного смутился я под взглядом восторженных глаз. Выиграл-то на самом деле не я, а бес.
– Давайте это хорошенько отметим! – предложил неугомонный Вельд. – Гульнем так, чтоб весь Кельм об этом говорил!
– А как же вышло, что ты отказался от такого лакомого приза, Кэр? – спросила, лукаво улыбнувшись, Кэйли.
– А зачем она мне, когда есть ты? – ответил я.
Довольная мальвийка подарила мне обжигающе-страстный и многообещающий поцелуй.
Шумной гурьбой мы спустились на первый этаж и оккупировали большой стол. Все же теперь были при деньгах. Грех не покутить при таком
– Может, сегодня проведем ночь у меня? – шепнула мальвийка, когда все немного успокоились. – Там нам будет уютней, чем в нумерах…
– Договорились, – легко согласился я. Это так заманчиво… Кэйли не водит мужчин к себе домой. Хотя у нее не особняк, а своя квартирка в доходном доме.
– Роальд! – позвал я.
– Что? – повернулся он.
– Пора нам выдвигаться, – сказал я. – На ночь в клубе оставаться не будем.
– Ну и правильно, – одобрил мое решение десятник. – А то как бы чего не вышло. – И отправил Тима искать для нас экипаж. Пешком идти никому не хотелось.
Вмешались девушки. Иша и Лэри не пожелали оставлять нас, а потому потребовалось два экипажа. И Вельд их поддержал. Сумасшедший. Ну ничего, поймет, насколько влип, когда они его делить начнут!
Примерно через полчаса мы все же выбрались из «Серебряного звона». И поехали в управу. Нет, не для того, чтобы продолжить праздновать мою победу в Большой Игре, танцуя на площади перед магистратом и купаясь голышом в городском фонтане, как делают некоторые экстравагантные личности. Нас вело исключительно важное дело. Оба банка ведь закрыты. Вот Роальд и посоветовал положить пока дарственную в несгораемый сейф, имевшийся у сотника. Чтобы ни у кого соблазна не возникло.
Такой ход показался мне очень разумным. А то вдруг я сегодня не последний день живу. И завтра буду локти кусать, что такие ценные бумаги куда-то запропастились.
Обтяпав это маленькое дельце, мы покатили дальше. В восточный квартал. На улицу Зеленой Сойки, где находился один из доходных домов, принадлежащих магистрату. И где обитала мальвийка.
Клятвенно уверив Роальда, что не буду встревать ни в какие переделки, я убедил его отправиться домой. Его же семья ждет, а он тут со мной возится. А я все равно ничего преступного делать не собираюсь, так что его пригляд не требуется.
Квартирка Кэйли была на третьем этаже. Небольшая, но симпатичная. Обставлена со вкусом, а оттого уютная. О чем я и сообщил девушке.
Польщенно улыбнувшись, Кэйли соизволила показать спальню, которая понравилась мне еще больше. Особенно низенькая кровать с широкими резными спинками, накрытая черным бархатным покрывалом с золотистыми кисточками на краях. На нее я мальвийку и завалил.
А больше нам ничего и не нужно было. Если не любовь, то что-то похожее вспыхнуло между нами, делая близость желанного человека особенно приятной. И мы никак не могли оторваться друг от друга, затеяв игры в чувственные ласки.
Измяв всю постель, а пару раз даже скатившись на пол, мы угомонились. Порезвились в свое удовольствие и, притомившись, уснули.