Страж
Шрифт:
В фойе читального зала, возле фонтанчика с питьевой водой и сломанного контейнера для авторучек, вспомнилось мне, был телефон. Мне хотелось развязаться с этим делом как можно быстрее, пока у меня была еще необходимая энергия. Я просмотрел сделанные мною выписки и заметки, сложил листки пополам, разорвал и бросил в мусорную корзину. Конец путешественнику. В подавленном настроении я встал и пошел к выходу.
Пока я проходил по рядам, оставляя остальных посетителей библиотеки углубившимися в свои занятия за длинными столами при ярком свете настольных
И тут я его увидел.
Сперва я не мог быть уверен в том, что не ошибся. Он сидел слева, в самом начале зала, может быть рядах в пятнадцати от меня. Я даже не замечал его, пока он не поднялся с места. Молча он направился к выходу. Стройный, хотя и немолодой человек, в синем пиджаке, примерно его роста. Я видел его не больше, чем мгновение, но и сзади он казался безошибочно узнаваемым. Это была чуть сутулая спина моего доктора.
Это был он.
— Доктор Сомервиль, — позвал я достаточно громко для того, чтобы он мог меня услышать.
Но он не обернулся.
— Сомервиль! — закричал я в полный голос, и библиотекарша с испуганным видом выскользнула из своего угла и поспешила ко мне навстречу.
7
Она встала передо мной, загораживая проход, маленькая женщина с резкими чертами лица, — встала, положив руку на тележку, в которой помещался прикованный цепочкой тяжелый экземпляр полного «Уэбстера». Рядом с энциклопедией здесь имелась табличка, извещавшая, что ИСПОЛЬЗОВАНИЕ БИБЛИОТЕЧНЫХ КНИГ ДЛЯ РЕШЕНИЯ КРОССВОРДОВ И ТЕСТОВ СТРОГО ВОСПРЕЩАЕТСЯ.
Я поглядел мимо нее, даже не вслушиваясь в то, о чем она говорила. У меня не было времени на объяснения. Необходимо было выяснить, Сомервиль это или нет. Я рванулся мимо нее.
Охранник на входе аж подпрыгнул, увидев, с какой скоростью я удаляюсь. Я растопырил пальцы обеих рук, показывая ему, что ничего не выношу, и он отпустил меня сонным кивком. Я быстро прошел в зал главного каталога. Добрая дюжина людей возились здесь с картотечными ящиками, и еще несколько человек стояли у справочного табло. Но ни один из них не был Сомервилем.
Он оказался проворнее меня. Я метнулся в вестибюль. Это было грандиозное помещение с темными фресками на стенах, резными каменными скамьями, изысканной позолотой. Я оглядел зеленый, ярко освещенный коридор. Сомервиль мог ускользнуть в любую из нескольких имевшихся тут дверей. На мгновение я замер, надеясь услышать где-нибудь в глубине здания шум торопливых шагов по мраморным ступеням. Но все было тихо. Должно быть, поверх башмаков он носил войлочные шлепанцы.
Я растерялся. В этом лабиринтообразном дворце было слишком много мест, куда можно спрятаться.
Спрятаться от чего? Почему ему так хотелось избежать встречи со мной? Он ведь не мог не услышать, как я выкрикнул его имя. Или мне приснилось, будто я его увидел?
Я помчался вверх по лестнице,
Шансы догнать или найти Сомервиля таяли буквально с каждым мгновением. Я опять прошел по лестнице, пересек вестибюль и вошел в зеленый коридор на этот раз слева. Идя по нему, я заметил какое-то торопливое движение в дальнем конце, как будто кто-то быстро завернул за угол, в ту сторону, где были расположены лифты. Я увидел лишь тень. И не мог бы сказать, Сомервиль это был или нет.
Я бросился бежать, промчался мимо «Рукописей и архивов» — свет за зарешеченным окном уже не горел, — я мчался что было мочи.
Он испуганно обернулся, когда я ворвался на площадку перед лифтами. Бородатый молодой раввин в черном пальто и шляпе. Поняв, что я не собираюсь грабить его, он с облегчением отвернулся, но тоненькую свою папочку продолжал прижимать к боку с прежней судорожностью. Я проверил индикаторы лифтов. Один был все еще внизу, другой поднимался на третий этаж. Я спросил у раввина, пытаясь одновременно отдышаться, не заметил ли он кого-нибудь на площадке. Раввин не ответил и даже не удостоил меня взглядом: он только медленно покачал головой.
Я вернулся по коридору в зал главного каталога, постепенно примиряясь с мыслью о том, что Сомервилю удалось от меня ускользнуть. Я остановился у справочного стола, намереваясь выяснить, не заметил ли кто из библиотекарей, как несколько минут назад из зала торопливо вышел человек в синем пиджаке. Но прежде чем я открыл рот, мне на глаза попался стоявший в окружении коллег, заложив руки в карманы твидовых брюк, манерный О'Рорке. Он разговаривал с той библиотекаршей с резкими чертами лица, которая укоряла меня в том, что я поднял шум в читальном зале. Я решил отказаться от своего намерения.
Чувствуя, что они смотрят мне вслед, я вышел из каталожного зала, прошел через фойе в северный холл главного читального зала, отделенный от того места, где я сидел раньше, низкой дубовой перегородкой наподобие тех, что бывают в церкви. В глубине зала свершается тяжелая физическая работа по подъему книг и подготовке их к выдаче читателям. Мне внезапно пришло в голову, что Сомервилю, вполне возможно, открыт доступ в помещения, предназначенные только для служебного пользования, и этим, скорее всего, объясняется его стремительное исчезновение. Во всяком случае, человек в синем пиджаке ориентировался в здешнем лабиринте, как у себя дома.