СтремгLОVЕ
Шрифт:
Доктор ехал в редакцию на метро и читал газету «Лампа», в которой то и дело попадались забавные заметки. Он, зачитавшись, проехал свою остановку и даже плевался из-за этого. «В другой раз, – надумал он, – куплю чего поскучнее. На кой мне ляд вот так переживать? Из-за этих писак. Я ли их не знаю!» А заметка была такая:
...Грех вам говорить, что я не люблю бизнесменов, тем более теперь, в рамках конъюнктуры. Я ли не был всегда за капитализм! (Ну, если не брать в расчет совсем уж юные годы, когда человеку позволительно быть левым.) Я ли не либерал! Я ли не горячий сторонник всевозможных демократических свобод!
Капитализм в те годы, когда я его в глаза не видел и когда моя нога не ступала на обустроенные им земли, представлялся мне царством свобод и здравого смысла, и, что страшно важно, также и справедливости.
В общем, очень мне капитализм приглянулся. Я думал: никогда-никогда такого не будет у нас. На нашем веку... И ведь что самое смешное, такой картинки в Россiи сегодня не увидеть. Капитализм какой-никакой вроде есть, а красивой беспечной картинки – нету...
Странно, что русские бизнесмены, которые между собой не в самых лучших отношениях и немало уже друг друга в сердцах застрелили, видно, было за что, – не понимают, что и другие тоже могут иметь на них зуб и с удовольствием бы снизили поголовье самых резвых волков, акул капитализма, до какого-то разумного предела!
Я пытаюсь заглянуть в прошлое, разобрать сквозь туман тогдашний образ будущего русского капиталиста, каким я себе его рисовал. Не мог я не фантазировать про это. Так какой же был он, наш родной русский капиталист? Ну уж точно не был он толстяком в цилиндре и с сигарой, не был он и сидящим у самовара бородатым купцом первой гильдии... Он был... вот только сейчас выскочил образ: он был худой, высокий, бородатый, насмешливый. Это очень сдержанный человек. Он умен и много чего умеет делать руками. Но он не швыряется деньгами! Он не смотрит с презрением на тех, у кого бабла меньше, и с подобострастием на тех, у кого больше! Он совершенно не боится президента! Такого в голову мне не могло прийти, вот чтоб боялся... В сознании моем громоздятся демидовские заводы, юзовские шахты, паровозы, железные дороги, ого-го! Размах, мощь! Морозовские больницы... Абрикосовский какой-нибудь роддом, построенный на деньги купцов Абрикосовых же...
Мой любимый капиталист вообще – это Генри Форд. Который построил завод и ходил по нему в замасленной спецовке. На заводе этом не «БМВ» собирали для миллионеров, нет – но авто для рабочих. Представьте себе, что это за нищета такая – рабочий в 30-е годы! А вот ведь построили завод и делают для него предметы роскоши!
Наверно, старик Форд спал спокойно. Тем рабочим не могло прийти в голову устраивать социальную революцию и заново делить собственность. Зачем? Собственность, она досталась лучшим людям – трудящимся, думающим, мудро прикрывающим свою задницу от лишних неприятностей, от житейских бурь... Мир, стало быть, устроен справедливо. Жаль только, что тот мир – страшно нерусский, не наш он.
Революция – это, типа, странствующие рыцари, романтика, справедливость... А капитализм – скука, над златом чахнуть, отравлять старого мужа, тоска, короче. Почему и происходят революции!
С капиталистами, чтоб они поняли, чтоб до них дошло, надо с фактами в руках разговаривать. Причем с позиции силы. Иначе, увы, никак. Если беседа идет с каких-то иных позиций, не силы, а каких-то там абстракций, то деловые люди просто не слушают. Только сила! В денежном ли выражении, в административном ли ресурсе, в силовом ли наезде. «А давайте жить дружно!» Не смешите народ... А приехали за таким вот уверенным в себе парнем на «воронке», привезли его на кичу,
Я уже утомил читателя бесконечными ссылками на Генри Форда с его промасленной спецовкой. А собственно, почему я так за это цепляюсь? Мне самому стало интересно, и я принялся вытаскивать обоснования из темных глубин своего подсознания. Что тут? Мой прошлый пролетарский expirience? Память о ношении спецовки? Которая действительно промасливается до несмываемой скользкой черноты? Когда весь этот мазут и пыль забиваются в карманы, и под ногтями и от этого тоже черно, и в трещины на коже пальцев тоже забивается что-то грязное, которое отходит только через недели после того, как ты начинаешь ходить «в чистом», – это термин такой... При всей полезности такого опыта – хоть для расширения кругозора – я понимаю, что – нет, спецовка тут ни при чем. Если б Форд паял микросхемы, к примеру, то легко бы обходился без спецовки. Это не принципиально. Кажется, иное меня так завело. И вот что: страшное глубокое противоречие. Русские капиталисты как бы исповедуют либерализм, а на практике они – ну это грубо, типа, собирательный образ – совершили акт овладения чужой собственностью на уровне совершенно феодальном, а то и вовсе первобытном. Вот было что-то общее, то есть чужое, не свое, не собственное, и вдруг группа энергичных людей пришла и забрала это себе. Типа – а все равно пропадет. Так лучше заберем мы. Без нас было б хуже. Еще хуже. И после люди еще говорят: «Да вы на нас не обращайте внимания. Делайте вид, что нас нет! Сначала курим твое, а потом что у кого осталось. Мы ваше скурили, и теперь давайте пусть каждый курит свое и не обращает внимания на тех, кто приватизировал избыточное курево». Вот тут нет либерализма и демократических прав и свобод – как их, не будучи специалистом в политологии и экономике, понимаю я. Публика не голосовала за то, чтоб отдать нефть олигархам. И общественного договора такого я что-то не помню. Равно как и референдума. И расплаты за это не было. Ну не налог же копеечный считать таковой! Копеечный – поскольку главная сумма досталась даром, как ни крути. И вот, кажется, чем мне угодил старик Форд: он не готовое забрал у общества – он на пустом месте стал делать свои машины. Из ничьей пустоты, из бесхозного небытия возник его завод! И люди бежали наперегонки, чтоб отдать Форду свои кровные деньги, чтоб сделать его олигархом. И все всегда понимали, что сделал Форд и в чем его заслуги.
Этот Форд в последнее время то и дело приходит мне на ум. Так что был повод залезть в книгу, которую он сам про себя написал. Вот из нее цитаты.
«Если бы я преследовал только своекорыстные цели, мне не было бы нужды стремиться к изменению установившихся методов. Если бы я думал только о стяжании, нынешняя система оказалась бы для меня превосходной; она в преизбытке снабжает меня деньгами. Но я помню о долге служения. Нынешняя система не дает высшей меры производительности, ибо способствует расточению во всех его видах; у множества людей она отнимает продукт их труда. Она лишена плана. Все зависит от степени планомерности и целесообразности.
Вполне естественно работать в сознании, что счастье и благосостояние добываются только честной работой. Человеческие несчастья являются в значительной мере следствием попытки свернуть с этого естественного пути.
...Земледелие, промышленность и транспорт. Без них невозможна общественная жизнь. Они скрепляют мир. Обработка земли, изготовление и распределение предметов потребления столь же примитивны, как и человеческие потребности, и все же более животрепещущи, чем что-либо. В них квинтэссенция физической жизни. Если погибнут они, то прекратится и общественная жизнь.
Работы сколько угодно. Дела – это не что иное, как работа. Наоборот, спекуляция с готовыми продуктами не имеет ничего общего с делами – она означает не больше и не меньше, как более пристойный вид воровства, не поддающийся искоренению путем законодательства.
Если мы не в состоянии производить, мы не в состоянии и обладать. Капиталисты, ставшие таковыми благодаря торговле деньгами, являются временным, неизбежным злом.
Если он (человек) ничего не дал обществу, то и ему требовать от общества нечего.