Стуки-ДАО
Шрифт:
– Но подумай сама, Лиля, - сказал я, - посмотри сколько народу дарят цветы!
Зачем нам уподобляться толпе? Ты же не хочешь быть похожей на других?
– Но это красивый ритуал...
– сказала она.
– Наша жизнь состоит из ритуалов... часть из них совершенно бессмысленна. Ты пойми, когда люди встречаются, у них вполне найдется много других способов выразить симпатию. Собственно, сама встреча и есть выражение симпатии.
– Я понимаю, - сказала она без особого энтузиазма, чем вызвала легкий приступ раздражения.
Свидание прошло на отлично и к его завершению моя случайная избранница вновь
Что я и сделал, как сделал еще много раз, при этом, однако, не забывая напоминать, что делаю это исключительно ради нее. "Твой дежурный букет" и очередная упаковка мертвых растений переплывает ей в руки, - "Честно говоря, не знаю, что ты в них находишь".
В конце концов она сказала, что я прав и попросила больше не носить эти букеты.
Вот так, знаете, простой способ убедить неверующего - это согласиться, а потом на примере показать сколь абсурдны его убеждения.
Та же история и с телефоном. Я ей не позвонил во второй раз, и в третий (когда у вас нет привычки, то делать сие достаточно регулярно - это сложно). Лилия звонила мне и мы подолгу разговаривали. Вернее я говорил, а она слушала - замечательное качество, признак мягкого характера и вообще большой душевности.
Мне было очень приятно - ее звонки даже в не самый лучший день повышали мне настроение. Приятно знать, что где-то есть человек, который всегда готов тебя выслушать, и при этом не вставляет идиотские комментарии, которые эти типы, что меня окружают, считают своим собственным мнением.
Жаль, конечно, что Лилия не вставляла комментарии потому, что почти всегда не очень понимала в темах, о которых я ей вещал. Нет, не подумайте, что она была глупой, нет! Она была весьма умна, но просто... неразвита, что ли? Нет, она была не так развита как я - может быть, прочитала в своей жизни меньше книг, посмотрела меньше фильмов, не читала всех этих научных трудов и философов, но елки-палки, вы мне покажите хоть одну женщину, которая все бы это читала!
Откровенно говоря, я вообще таких людей не встречал!
В какой то момент она все же спросила меня, почему я не звоню, и я решил сказать ей правду.
– Я вообще никому не звоню, - сказал я, - так уж получилось, что обычно все звонят мне. Не знаю из-за чего это.
– Это странно, - сказала Лиля, - но ты весь странный... и это, пожалуй, неплохо.
Все одаренные люди со странностями... так значит, я могу тебе звонить?
– Почему нет?
– Мне почему-то казалось, что ты не любишь, когда к тебе звонят без предупреждения.
– Напротив, я всегда жду твоего звонка, - честно сказал я, - не стесняйся, звони когда хочешь. В любое время суток - я готов дарить тебе свое общество.
– Обязательно!
– пылко сказал Лилия в трубку.
И с тех пор звонила мне каждый день. Как часы. Похоже. Она действительно нуждалась в моем обществе и это, конечно, льстило.
Как-то раз, после очередного полуторачасового разговора, моя мать спросила, когда же я, наконец, познакомлю ее со своей девушкой и я ответил, что сделаю это, как только пойму, что сия девушка достойна, чтобы быть представлена. Мать посмотрела на меня странно - во взгляде смешалась
Я сказал, что представлю обязательно. Дайте только время.
Наш роман развивался размеренными неторопливыми темпами - ежедневные звонки, задушевный разговор ни о чем, и скоро мы уже достигли того этапа, когда могли уже просто молчать, и не испытывать при этом никакого дискомфорта - я его впрочем, от чужого молчания никогда не испытывал. Прогулки у реки тоже стали одним из ритуалов и совершались с монотонной регулярностью. Я оставил разговоры про красоту и перешел на сложные философские концепции, которые были столь объемисты, что требовали нескольких часов беспрерывного объяснения. Лилия слушала... во всяком случая я надеялся, что слушала. Одновременно с этим я неожиданно начал узнавать о себе нечто новое. Какие то новые выводы, новые решения приходили ко мне в голову! Оказывается, общество одного человека, зачастую ничуть не хуже целой толпы, при условии, если этот человек умеет слушать. Говоришь ты перед толпой, или перед одним единственным слушателем, который тебе предан - отдача будет почти одинакова. Вот, что со мной делала эта женщина! Не знаю как у нее это получалось, ведь до этого я не поддавался ничьим сторонним влияниям, в глубине души на все имея собственное мнение. Вот так я морально рос, а вместе с тем росла моя любовь, которая потихоньку начинала оформляться в четкое и ярко выраженное чувство.
Ясно вспоминаю эти дни - стоящие у подножия всегда с ностальгией вспоминают момент на вершине. Такие воспоминания - как цепь фотовспышек цепь простых, забавных и трогательных моментов, что навсегда врезаются тебе в память.
Одна из наших встреч. Был вечер и шел сильный дождь. Я подрулил на своей машине - моей красавице "волге" со свежекупленными велюровыми чехлами на сидениях - к площади, где была назначено свидание. Накануне похолодало и народу было всего ничего. Лилия стояла под фонарным столбом с часами - живое олицетворение ожидания. Она забыла зонт, но не уходила, боясь пропустить меня и в результате вымокла до нитки. В свете фар она выглядела так трогательно и умилительно, что я против воли улыбнулся.
– Ох, дождь какой!
– выпалила она, открывая дверцу машины - с меня так и течет... я тебе тут, наверное, вымочу все!
Я махнул рукой и рассмеялся:
– Да ничего страшного... сейчас я принесу что ни будь, накрою.
И, открыв зонт, поспешно сходил к багажнику и вернулся с цветастой клеенкой (всегда вожу с собой, как раз ради таких случаев).
Лилия покорно ждала снаружи и дождь стекал у нее по волосам, отчего она стала похожа на покрасившуюся в брюнетку русалку. Когда сиденье было постелено, я улыбнулся ей и похлопал рукой по креслу.
Она села рядом и улыбнулась мне, хотя ее немного трясло от холода. Не помню, что было дальше, но видимо все прошло как всегда замечательно. К сожалению, изза обилия свежего воздуха Лиля немного простудилась и последующие две недели сидела дома с температурой. Но и тогда она не забывала звонить мне - регулярно, как часы. Я читал ей пространные лекции о вирусных заболеваниях - в этой области, как и во всех остальных, я знал достаточно много - и приводил душераздирающие примеры легочных осложнений. Она внимательно слушала, и только иногда тяжело кашляла в сторону от трубки.