Судьба
Шрифт:
Но его сдерживало пророчество. Только Дитя должно погубить Миноса.
Все эти годы Туза преданно служил своему брату и другу, но к чему это привело? Не будет никаких героических дел, не будет даже достойных героя похорон. Минотавр умер, навсегда заклейменный именем чудовища.
Жестокая действительность побудила Тузу принять решение: он должен положить конец жизни Миноса.
Но тут царь открыл глаза и поморщился от боли. Туза должен быстро сказать что-нибудь, чтобы спасти свою жизнь.
— Господин, —
Минос попытался подняться и упал, связанный по рукам и ногам.
— Разрежь эти веревки, — приказал он. — Возьми нож там, возле царицы.
Туза притворился, что не видит кинжала, давая Дори время уйти подальше.
— Он в ее груди, дурак. Давай быстрее.
Туза схватил кинжал, и его охватила жажда убийства. Ни слова сожаления по поводу смерти своей жены. Минос даже не посмотрел на нее; откуда же он мог знать, где кинжал? Разве он не понимает, что сам выдает себя? Или он настолько обезумел от власти, что ему все равно?
— А где бычья плясунья? — спросил он неожиданно, и нож дрогнул в руге Тузы. — Ты видел ее?
— Не знаю, про кого вы говорите, — он ушел от ответа. — Я заметил, как по подземельям бегут афиняне. Вот почему я и пришел сюда — посмотреть, что случилось.
— Афиняне?
— Да, и впереди них шел Тезей, царевич Афин. — Туза перерезал веревки. — Он со своими друзьями, должно быть, сбежал.
Минос выругался и потер затылок.
— Мне тяжело вам говорить это, господин, — продолжал Туза, — но царица не единственная их жертва. Царевич Минотавр тоже мертв.
Минос повернулся и внимательно осмотрел неподвижное тело.
— Я видел тебя с ним, — сказал он, изучающе глядя на Тузу, — ты хорошо его знал?
«Неужели ты не скорбишь о смерти своего единственного сына?» — подумал Туза, но вслух сказал:
— Я иногда приходил к нему по приказанию матери, но на самом деле почти не знал его.
Минос оскалил зубы и поднялся.
— Он был нездоров и носил маску, чтобы скрыть свое уродство и свои дурные наклонности. Должно быть, мать попыталась остановить его.
Было очень трудно скрывать свою любовь к Минотавру, но, вероятно, Мать Земля испытывала его веру.
Минос нахмурился, наконец делая вид, что происшедшее его огорчило.
— Ничего никому не говори. Мы должны сохранить их смерть в тайне, чтобы не было пока никаких смут.
«Зачем? — горько подумал Туза. — Чтобы царь продолжал убивать невинных детей, прикрываясь именем своего сына?».
— Не забудь о Тезее, — не удержался Туза, — он, без сомнения, похвастается всему свету, что убил Минотавра.
— Тезей? — царь побледнел. — Тогда мы должны остановить его! — сказал он, направившись
Туза хотел остаться с Минотавром, но было нужно посмотреть, что придумает царь. Он быстро шел за ним по лабиринту и едва не налетел на него, когда тот неожиданно остановился возле выхода.
Снаружи сидели двое связанных охранников с кляпами во рту.
— Что это значит? — спросил Минос, приказав Тузе развязать веревки. — Где мои пленники?
— Те, из клеток, появились откуда-то неожиданно и связали нас. Они направились в гавань, но самый наглый из них пошел в лабиринт.
— Тезей! — Минос сплюнул на землю.
Оба стража закивали, желая, чтобы гнев царя обошел их стороной. Минос не посмотрел на них, его внимание привлекла небольшая вещь, лежащая возле двери.
— Корзинка для ниток? — спросил он, наклонившись над нею. — Вот как он нашел путь в лабиринте. — Минос повертел корзинку в руках. — Видит Зевс, она принадлежит Ариадне!
Охранники обменялись тревожными взглядами, затем опустили головы. Наступила гнетущая тишина.
— Этот афинянин вышел из лабиринта? — наконец спросил Минос.
— Да, господин. Он был с новой бычьей танцовщицей.
Минос замер с корзинкой в руках.
— Дори, уходи быстрее, — шептал Туза.
Минос швырнул корзинку о стену.
— Бегите в гавань и прикажите капитанам приготовиться к отплытию. Я хочу догнать предательницу. Я не позволю, чтобы моя дочь предала меня и осталась в живых.
Охранники убежали, взглянув украдкой на корзинку. Минос пошел за ними более размеренным шагом и оставил Тузу позади.
Понимая, что теперь царя не остановишь, Туза вернулся в лабиринт, намереваясь остаться у тела Минотавра и молиться о спасении Дори.
Охранники могли подумать, что Минос имел в виду Ариадну, но Туза знал, что от его гнева в первую очередь не поздоровится Дори.
Перед лестницей, ведущей на второй этаж, Минос остановил охранников.
— Эй, вы, подождите, — сказал он. — Я сам отдам распоряжения. Для вас у меня более важное задание.
Стражники с готовностью повиновались. Они были так молоды и наивны, что Минос на мгновение задумался — не испытать ли и их в его лабиринте. Но он может вскоре все потерять, если критские дураки обнаружат, чем он там занимается. Нужно позаботиться о том, чтобы ни один свидетель его тайны не остался в живых.
— Идите к этому Тузе, — приказал он. Он лжец и предатель, и я хочу, чтобы он был мертв.
Царевич Сарпедон стоял в палатах царя и наблюдал за тем, как тот поспешно отдает приказания своим слугам. Минос злился: военные корабли в гавани давно уже ждут его; почему эти ленивые слуги так долго копаются?