Судьба
Шрифт:
— Мы будем ждать тебя в гавани, — сказал Язон Тезею. — Но не задерживайся. Если царь узнает о нашем побеге, нам уже не пройти свободно по Эгейскому морю.
— Тогда не ждите меня. Плывите на Наксос, мы там встретимся.
Он подошел к двери и отворил ее. Множество внимательных глаз устремилось на него. Тезей сжал свой меч. Он приплыл на Крит специально ради этого, напомнил он себе, и не успокоится, пока Минотавр не погибнет.
Два тела лежали возле Ики. Неизвестно, что было страшней — кровь, разлитая вокруг царицы, или бычья
В ужасе она подалась назад. Настойчивое желание — бежать — овладело ею. Она должна убраться отсюда, прежде чем кто-нибудь из них очнется.
Возле открытого прохода Ика нашла лампу. Неужели Минос на самом деле хотел совершить над нею насилие, как он сделал это с Ларой?
Она схватила лампу и побежала в лабиринт. Когда она думала о том, что с ней сделал бы царь, к горлу подступала тошнота. «О Язон, — подумала она тоскливо, — как страстно я тоскую по твоим объятиям!»
Когда, повернув за угол, Ика упала в чьи-то руки, она подумала, что боги вняли ее мольбам. Но вместо Язона она нащупала приподнятое плечо ее спасителя. Взяв у нее из рук ламу, он успокоил ее и криво улыбнулся.
— Ты Минотавр, — сорвалось у нее с языка. — Почему ты раньше не говорил мне свое имя?
Он отвернулся, и губы его задрожали.
— Ты бы думала обо мне как о чудовище. Я бы не вынес этого.
«Бедный Минотавр, — подумала она с состраданием. — Узнает ли когда-нибудь мир о своем заблуждении?» Она должна была уже давно догадаться об этом. Еще во время их первой встречи, когда он спас ее от чудовища.
— Дори, прости меня, — перед ней неожиданно вырос Туза. — Я заботился только о твоей безопасности. Если бы я знал о намерениях Наоры, я бы никогда не привел тебя к ней.
Ика уже забыла о Наоре; казалось, что все произошло вечность назад.
— Она и Сарпедон думали, что я Дитя, — сказала она рассеянно. — И что я должна погубить Миноса.
— Но ведь Минос думал не так, — сказал Туза с негодованием. — Он чувствовал, что Дитя — это Минотавр. Потому он и скрывал его все эти годы, а вовсе не из-за уродства.
Минотавр улыбнулся Тузе.
— Тише, брат. Ты слишком усердно защищаешь меня.
— Вы братья?
Туза покачал головой.
— На самом деле нет. Но мы оба вскормлены молоком моей матери и стали ближе друг другу, чем родные братья. Мне кажется, я был послан богиней, чтобы охранять его.
— Но мне не нужна твоя охрана, плясун.
— Нет? А кто докажет твоею невиновность? Кто-то должен поведать миру, что делал Минос, прикрываясь твоим именем.
Даже Туза знал, что человекобык был Минос? Все знают, кроме нее.
— Нет, Туза, — неожиданно сурово сказал Минотавр. — Сколько тебе повторять, что я хочу оставить это в тайне. Правда причинит неприятности моей матери и сестрам. Пожалуйста, поклянитесь, что не раскроете этой ужасной тайны.
— Но ведь и царица знает, — сказала Ика. — Она только что обвиняла его. Там, в той комнате. — При этих словах она задрожала. — Он воткнул в нее кинжал, перед тем как я ударила его по голове.
Минотавр как-то странно промычал и убежал вперед
— Он так мечтает о материнской любви, — сказал Туза, когда они последовали за ним. — Даже сейчас он все еще надеется заслужить ее.
Горло Ики сжалось при воспоминании о безжизненном теле Пасифаи.
— Я думал, может, ты ему понравишься, — продолжал Туза; в его голосе чувствовалось напряжение. — Если бы ты его полюбила, это могло заменить ему материнскую любовь, которой он так никогда и не добился. Разве ты не понимаешь, что нужна ему?
Послышался скорбный крик Минотавра, и они ускорили шаг.
Туза и Ика остановились при виде царевича, стоящего над своей матерью; по его щекам текли слезы.
Вздохнув, он указал на Миноса.
— Быстро, — сказал он Тузе, кивнув на стол, где лежали веревки. — Свяжи ему руки и ноги, пока он не пришел в себя.
Туза поспешил исполнить приказание. Взгляд Минотавра остановился на лежащей в пыли бычьей маске. Он взял ее и издал стон. Глаза его наполнились таким отвращением, что, казалось, сейчас он разорвет ее на мелкие куски.
Неожиданное движение в темном проеме привлекло внимание Ики. В дверях стоял Тезей, обнажив меч.
— Нет, — крикнула она, но было уже поздно останавливать его выпад.
Минотавр обернулся на ее крик, но уже не увидел, как острый меч Тезея пронзил ему грудь.
20
Язон стоял на корабле, нанятом Ариадной, и в последний раз смотрел на гавань. Было зловеще тихо. Где Минос, почему он их не преследует? И где Ика?
Вокруг них стояли на якоре суда, может быть, она на одном из них? В гавани ее тоже не было видно. Возможно, она уже уплыла на каком-нибудь корабле?
«Не нужно ни о чем жалеть», — говорил он себе строго. Теперь он чувствовал только гнев: месть его не удалась.
Но вот он увидел скалистый берег, пещеру, где они прятались с Дори, и острая тоска закралась в его сердце. Там, впервые после детских лет, он был счастлив. Дори, используя свое волшебство, вселила в него покой.
И все это время собиралась вернуться в постель к Миносу.
Язон отвернулся и направился в трюм, желая забыть прошлое. Вся их совместная жизнь была обманом, все было ложью, вплоть до ее имени. Дори исчезла, и это к лучшему, ведь его настоящий дом — Мессалона, и ему не терпится туда вернуться. Он должен завладеть троном и взять в жены Дафну. И тогда он будет счастлив.
Разве не этого он хотел всю жизнь?
Ика стояла потрясенная и не могла даже крикнуть, когда Минотавр упал на пол, а бычья маска покатилась по каменному полу.
Кто мог убить такого мягкого и добродушного человека, ее спасителя?.. Ика вдруг поняла, что если Минос ее отец, то Минотавр — ее брат. Она почувствовала ужасную боль, будто ее саму ударили мечом.
— Умри, чудовище! — прокричал Тезей, размахнувшись мечом для нового удара.
— Убирайся! — крикнула она, подбегая к афинянину и выталкивая его прочь. Дрожа, она упала на колени перед Минотавром.