Судьба
Шрифт:
— Постарайся выиграть.
Молодой человек наградил ее улыбкой, от чего та почувствовала слабость, глядя в самые яркие голубые глаза, которые когда-либо видела. Проиграет он или выиграет, но она сегодня ночью собиралась наградить его кое-чем большим, чем деньги. Служанка отошла в сторону.
Собравшаяся толпа затихла. Владелец гостиницы быстро напомнил всем правила:
— Только один раунд. Чей кулак первым коснется стола, тот и проиграл. Я с наслаждением получу ваши денежки.
На него зашикали и засвистели те, кто поставил на Гидеона, и весело приветствовала остальная
— Готовы? — крикнул он и поднял руку.
Оба противника кивнули, а затем схватились за руки друг друга, ладонь к ладони — и крепко сжали. Гидеон уловил, как противник собирается с силами, призывая волшебство. Да, Лондри и в самом деле был Чувствующим, но очень слабым — ему едва хватало способностей, чтобы отправить посыл в руку и победить человека, не владеющего волшебством. Хрупкое тело свидетельствовало, что без магии «силач» едва ли когда-либо выиграл бы в соревновании, где меряются физической силой.
Гидеон почувствовал, как Цвета стали мягко пульсировать внутри. Он отметил, что Лондри крепче сжал его руку, пока они наблюдали за владельцем гостиницы, собирающимся дать отмашку. Юноша в последний раз смело улыбнулся силачу, показывая, что ему море по колено. Наконец, владелец гостиницы опустил руку, и все собравшиеся вокруг стола начали кричать.
Вначале ничего не происходило, только пальцы сжимались все сильнее, пока соперники просто проверяли друг друга. Пока Гидеон выяснял способности слабого Чувствующего, Лондри позволил волшебству действовать вместо себя.
Гидеон знал, что «силач» не сможет противостоять его собственной силе. Отец предупреждал его об этом. Но он решил позволить Лондри почувствовать себя в безопасности и даже начать одерживать над собою верх, наклоняя руку опасно близко к столу. Люди в таверне словно сошли с ума и неистово кричали. Половина зала поддерживала молодого чужака и просила его найти силы, чтобы оказать достойное сопротивление. Вторая половина нараспев произносила имя Лондри, предвкушая еще одну победу и появление денег в карманах. Они значительно превысили бы то, с чем люди пришли в таверну. Владелец гостиницы демонстрировал удовольствие, тоже пел и думал о том, насколько богаче станет сегодня вечером.
«Заканчивай», — предложил Фиггис.
«Не порти мне удовольствие, карлик».
«Помни об Орлаке. Нам нужно выполнить работу, а завтра с утра снова отправляться в путь».
Пришел черед Гидеона мысленно вздохнуть. Этот вздох передался Фиггису по каналу связи, а юноша посмотрел на дочерей владельца гостиницы. Одна ему очаровательно улыбалась, и он ей подмигнул. Девушка оказалась в замешательстве, видя, что кулак Гидеона находится совсем рядом со столешницей. Почему он так самоуверен? Она из-за диких криков толпы едва ли слышала собственные слова, обращенные к парню. Хотелось его подбодрить. Мужчины стояли на стульях и столах, несколько забрались на барную стойку, чтобы лучше видеть поражение незнакомца.
Гидеон снова обратил внимание на Лондри, который похабно улыбался ему, демонстрируя ужасные зубы.
— Что ты скажешь маме и папе, потеряв их деньги? — поддразнил его силач.
Юноша широко улыбнулся.
— Но я же еще не проиграл,
Они тут же ответили, и полетели к слабой силе Лондри, которая уже текла по руке Гидеона. Выражение лица «силача» полностью изменилось, когда он почувствовал, как слабеет его рука. Что происходит? Это неправильно! Он посмотрел на улыбающегося противника, с которым они сражались. Кулаки постепенно поднимались от «красного» поля. Мгновение они оставались в центре, в той самой позиции, с которой начинался поединок.
Лондри в ужасе посмотрел на владельца гостиницы, а затем у него появилось очень неприятное ощущение — его не способная оказывать сопротивление рука неотступно двигалась к «голубому» полю. Толпа неистовствовала. Парень нашел в себе какие-то скрытые резервы и смело сражался. Руки медленно и будто осторожно двигались вниз к столешнице с «голубой» стороны. Лондри хотелось думать, что его собственные глаза его обманывают. Он попытался удвоить силы, но уже давно использовал все волшебные резервы. Похоже, на парня напротив него магическая сила больше не действовала.
А затем случилось что-то невероятное. Лондри никогда не испытывал ничего подобного. У него в голове словно резали холодным клинком, открывая проем, и в этот проем ворвался голос.
«Жуликам нельзя позволять процветать», — сказал голос.
Это был голос парня. Он продолжал улыбаться. Лондри посмотрел на свой кулак, понимая, что проиграл. Его рука впервые коснулась столешницы с «голубой» стороны поля. Он не слышал даже собственных мыслей среди последовавших криков.
В гостинице словно произошел взрыв. Мужчины орали, хлопали друг друга по спине, другие прыгали на столы, и оттуда валились друг на друга. Лондри ничего не чувствовал. Он только видел, как его пальцы выпускают из захвата, а потом одна из дочерей владельца гостиницы осыпает его противника поцелуями.
— Как тебе это удалось? — тихо спросил Лондри.
Гидеон услышал его лишь благодаря своему великолепному слуху.
— Я жульничал, — ответил он и встал.
Лондри увидел, как весь его выигрыш исчезает в руках Гидеона, и посмотрел на хозяина гостиницы. Судя по выражению лица, тот готов был убить «силача». В это время веселые победители стали требовать у него выигрыш по ставкам и хотели получить его побыстрее. Лондри понимал, что должно пройти много времени перед тем, как кто-то из Шоу Абсурда сможет снова появиться в этой таверне. Вообще неизвестно, переживет ли владелец гостиницы сегодняшнюю ночь. Ведь он вполне может разориться после всех выплат, которые предстояло сделать.
Гидеон сунул монету в руку девушки, которая все еще висела у него на шее.
— Мне нужно идти, но это для тебя, — сказал он.
«Давай отсюда выбираться, Гидеон», — сказал Фиггис, который хотел поскорее увести друга от толпы и истерических поздравлений тех, кто поставил на него. Горец почувствовал облегчение, увидев кивок молодого человека.
«Пошли», — сказал он, рассовывая деньги по карманам и махая тем, кто его поддержал.
Ночь была ясной и прохладной. Они с наслаждением вдохнули свежий воздух.