Судья
Шрифт:
Посланника Богини и старого паука на пост там заступят двое молодых и кто-то из двуногих подрывников.
Найл согласился и отправился к накрытому столу.
После трапезы они с Дравигом, взяв с собой Саворона, одного молодого жука и трех пауков, двинулись к казармам. Попадавшиеся по пути восьмилапые вежливо здоровались с гостями и не выражали никакой неприязни. Может» Дора специально запугивала гостей, преследуя свои корыстные цели?
В казармах Посланника Богини уже ждали: бывший начальник стражи
Найл передал предложение бывшему начальнику стражи о вступлении в брак. О коконе и уничтоженных детках Посланник Богини не упоминал, не уверенный в том, стоит ли рассказывать Гурму об этом или нет. Но это вместо него сделал Рикки.
Начальник стражи, похоже, не представлял, какое решение ему следует принять. Стать мужем Доры и служить ей верой и правдой вместе с подчиненной ему гвардией? Или вместе с той же гвардией поднять восстание и добиться свержения Доры и пауков третьего города?
— А что ты думаешь по этому поводу, Посланник Богийи? — спросил Гурм у Найла. — Что бы ты сделал на моем месте?
— Я не на твоем месте. И это не мой конфликт. Но плохой мир лучше любой войны. По крайней мере, я всегда так считал. Что тебе стоит оплодотворить самку? Пусть выведутся паучата. Они вольются в твою гвардию, только усилив ее. Ведь именно эту цель преследует Дора. Ты и твои гвардейцы больше не будут сидеть запертыми в казармах, ты снова займешь свой пост. Почему бы и нет?
— То есть Правительница решила отделаться от пауков третьего города? — никак не понимал Гурм. — Она хочет, чтобы мы их уничтожили?
— Не уничтожили, а оттеснили от власти, — пояснил Рикки. — Дора хочет подвинуть их назад в третий город, чтобы они не претендовали ни на какие посты в ее правительстве. Она хочет править единолично, полагаясь на верных ей пауков. У нее есть верные фрейлины, но их недостаточно. Нужно сильное войско. Она хотела его вывести в тайне ото всех. Не получилось. Теперь она открыто просит твоей поддержки. Пойми: не согласишься ты, она найдет другого. Соглашайся, но ни на секунду не теряй бдительности! На твоем месте я прихватил бы с собой во дворец нескольких верных стражников. Кто знает, как поведет себя Дора после спаривания?
Гурм согласился со всеми словами Рикки и заявил, что отправится во дворец прямо сейчас. Затем он поинтересовался у Посланника Богини, будет ли тот его сопровождать и присутствовать при процедуре спаривания или у него другие планы.
Найл ответил, что собирался заглянуть в медицинский центр, а потом вернется во дворец, где его временно разместили.
Гурм вместе с пятеркой верных стражников понеслись к центральной площади, а Найл вместе с сопровождавшими его пауками и жуками, а также маленьким Рикки
Вайг уже переселился в палату Энны, которую ласково держал за руку, когда в комнате появились Найл с Дравигом. Энна чувствовала себя гораздо лучше. Она подтвердила, что некоторые из людей подземелий могли вселяться в людей, живущих на поверхности, и полностью контролировать их действия. Зару кто-то вел. Сама Энна такими способностями не обладала.
Выслушав Энну, Найл решил уточнить один важный момент у Рикки, также залетевшего в палату и севшего на спинку кровати. — Во дворце работает кто-то из местных людей — белых или черных? — уточнил Найл у Рикки.
— Нет, — ответил начальник разведки. — Я понял, что ты хочешь спросить: не могли ли двуногие из подземелий вселиться в кого-то из наших и в их облике проникнуть во дворец? Это невозможно. Никого из твоих сородичей внутрь не пускают. Вспомни, как тебя встретили, когда ты впервые появился в северных землях? Ты — первый из двуногих, кто когда-либо заходил во дворцы Правителей. Я вообще удивился, узнав, что там сегодня разместили и Барку на с Варкинсом. Наши двуногие туда не заходили никогда.
То есть все-таки сами люди подземелий… Но как они оказались рядом с коконом?
Энна, которой Найл рассказал о случившемся и попросил высказать свое мнение, заявила, что ее соплеменники вполне могли парализовать паучью охрану, стоящую перед входом, и таким образом проникнуть внутрь. Например, подняться на поверхность где-то в городе, незамеченными проникнуть во дворец, ну а там…
— Но тогда почему они не парализовали всех самок? — тут же спросил Найл. — Тогда они смогли бы уничтожить все коконы и им бы никто не помешал.
— Может, не хватило сил… Я же говорила тебе, Посланник Богини, что подобными способностями обладают только немногие из моих соплеменников. Нас берегут, а выход на поверхность — это всегда риск. Наверное отправили кого-то одного, способного парализовать восьмилапых своей волей. Остальные были просто помощниками, рабочей силой, которая собиралась физически уничтожать коконы. Этого одного хватило на стражников, но не хватило на самок… Иначе я никак не могу объяснить случившееся.
— Но неужели охрана забыла, как ее парализовали?! Когда люди подземелий успели очистить им память?!
— А ты уверен, что пауки стали бы во всем признаваться? — Рикки издал тихий рокот, заменяющий у него смех. — Кто признается в своем провале? Дора бы тут же отправила их назад в третий город. А им не хочется терять свое привилегированное положение. Двуногих в белых одеждах убили — чары спали, пауки смогли двигаться. И теперь стражники заявляют: мы никого не видели и ничего не слышали, а двуногие проникли во дворец через какой-то лаз.
Найл задумался: все вполне могло происходить именно таким образом. Надо будет поговорить с новым начальником стражи. А вдруг и скажет что-то Посланнику Богини… Или не сможет скрыть от него правду…