Судья
Шрифт:
Самки, сидевшие в тенетах и на полу, стали беспокойно перебирать лапами. Они, пожалуй, не ожидали подобного предложения, но пока не высказывали своего мнения, ожидая решения Правительницы. Дора сидела в своей нише, не двигаясь. Найл же решился задать волновавший его вопрос.
— Ты можешь открыть нам с уважаемым Дравигом, кто был отцом твоих детей? И кто является отцом детей твоих уважаемых фрейлин?
— Нет, — твердо ответила Дора.
Найл с Дравигом не стали настаивать, понимая, что Дора им все равно этого не скажет. Да и скорее всего, по мнению Посланника
Дора тем временем заявила гостям, что для них во дворце приготовлены апартаменты, как и для всех членов их отряда — если те тоже пожелают тут разместиться. Задумавшись на мгновение, Найл решил, что временное размещение во дворце Правительницы будет оптимальным для решения ряда проблем. Жить во втором городе, где до этого времени размещались и люди, и пауки, и жуки в любом случае было неудобно: основная масса событий происходила в первом. Теперь их отряд уменьшился чуть ли не на половину, поэтому Посланник Богини не сомневался, что во дворце Правительницы, истинных размеров которого он не знал, места хватит всем.
Найл согласился и попросил показать подготовленные для них апартаменты.
Однако Дора хотела вначале уточнить еще несколько моментов — пока они разговаривали, окруженные ментальной стеной, не позволяющей никому их подслушать.
Правительница, уже обдумав предложение Дравига относительно вступления в брак с бывшим начальником стражи Гурмом, хотела попросить старого паука выступить в роли свата и посредника — на пару с Посланником Богини.
— Я хочу, чтобы вы представили Гурму все аргументы и урегулировали вопрос. Вы понимаете, что мне нужно? Чтобы он гарантировал поддержку всех стражников? Вы можете сегодня сходить в казармы?
— Вечером, — сказал Найл. — После наступления темноты. Раз уж ты утверждаешь, что мне пока опасно покидать стены дворца.
— Прекрасно, — ответила Дора.
Затем Правительница отдала приказ своим самкам снять ментальные барьеры, окружающие тронный зал. Теперь пауки, находящиеся за стенами дворца, вполне могли уловить все импульсы, посылаемые друг другу теми, кто оставался внутри.
Три самки спрыгнули с качающихся тенет, две из них приблизились к Найлу и Дравигу, заявив, что проводят гостей в отведенные им апартаменты. Третья направилась на улицу, чтобы пригласить во дворец остальных членов отряда Найла.
Посланника Богини и других людей разместили в двух небольших комнатках, где стояли старые деревянные кровати. Попробовав одну на прочность, Найл убедился в ее крепости. Вроде бы не должна развалиться под тяжестью его тела.
— Мы специально приглашали плотников, чтобы укрепить мебель, — донесся до Посланника Богини ментальный импульс провожавшей его паучихи. — Твою одежду скоро доставят сюда из дворца бывшего белого управителя второго города.
Найл кивнул, поблагодарил паучиху и подумал, что вечером надо будет зайти в медицинский центр, проведать Энну и Вайга, так пока и остающегося там. Посланник Богини не был уверен, что его брат захочет перебраться во дворец.
Симеон, по всей вероятности, тоже предпочтет
Баркуну же и Варкинсу, вскоре присоединившимся к Посланнику Богини, было абсолютно все равно, где размещаться. Более того,
Найл считал, что его с друзьями пригласили сюда совсем не из соображений их безопасности. Стала бы Правительница так о них беспокоиться! Она волновалась за свою судьбу и, может, за своих паучих и их детенышей. По всей вероятности, Дора желала, чтобы Посланник Богини вовремя заметил появление людей в белых одеждах — если они решатся еще на одну вылазку — и нашел проем, которым они пользовались.
Найл занял кровать в одной комнате, Бар-кун с Варкинсом расположились в соседней. Эти помещения нельзя было назвать роскошными — по сравнению с теми, в которых гости размещались во втором городе, но Найлу доводилось жить и в гораздо менее комфортных условиях. Окно (хотя и давно немытое) открывалось на площадь перед дворцом.
Имелись также стол, две табуретки, еще одна кровать, кроме той, которую он попробовал на прочность, и немного покосившийся шкаф. До него у плотников, по всей вероятности, не дошли руки. Комната Баркуна и Вар-кинса была идентичной.
Не откладывая дело в долгий ящик, Посланник Богини решил обследовать дворец. Он надеялся найти тут не только лаз, которым воспользовались люди в белых одеждах, но и, не исключено, что-то, что может заинтересовать лично его. Не отказываться же от возможности, получить которую он даже не надеялся?
Для начала вместе с Баркуном и Варкинсом он отправился посмотреть, как поселили жуков и пауков. Найти для них апартаменты было проще простого: дворец уже на протяжении многих лет занимали пауки, поэтому условия размещения для восьмилапых оказались привычными. Жуки тоже обычно жили в похожих местах, так что, как и подчиненные Дравига, не высказали никакого недовольства новым местом обитания.
— Правительница велела нам показать тебе, что тут есть, — заявила Посланнику Богини одна из фрейлин, которая и выступила в роли экскурсовода.
Первоначальные догадки Найла (когда он только попал на аудиенцию к предыдущему Правителю) подтвердились: в древние времена здание занимал какой-то музей. Если центральные помещения, в которых теперь жили паучихи, были очищены от экспонатов, то во всех маленьких комнатках, как на верхних этажах, так и в подвалах осталось много интересного для человека.
На верхнем этаже на всех стенах висели полуистлевшие картины и Найлу пришлось прилагать усилия, чтобы различить, что изображено на некоторых из них. Он поразился нарядам древних людей: он сам никогда не видел подобного и не представлял, как можно было носить такую теплую одежду. С другой стороны, даже Хозяин Озера помнит, что когда-то в этих местах было гораздо холоднее, а в древние времена, не исключено, круглый год стояла зима. О зиме Найл знал лишь от Стиига, который в свое время показал ему и снег, и лед. Теперь Посланник Богини очень надеялся, что Правительница все-таки не отправит его на север за тающим белым порошком.