Сумасшедшее сердце
Шрифт:
— Потому что… потому что мне нужно закончить то, что я делаю.
Ничего умнее в голову не пришло. Она не собиралась говорить ему, как много времени прошло с тех пор, как мужчина целовал ее, и тем более, — как давно у нее не было секса. И о том, что она даже не хотела заниматься им.
— Хочешь верь, Дейзи, хочешь не верь, но это не входило в мои планы.
В голосе Келла звучала неподдельная искренность, но зрачки у него расширились, дыхание стало прерывистым.
Конечно, ты не планировал, подумала Дейзи, невольно развеселившись
С трудом проглотив слюну, Келл перевел взгляд на листы бумаги на столе.
— Наверное, я чересчур увлекся фотографиями отца. Это оказалось приятнее, чем выигрыш в лотерее. В такой момент хочется устроить праздник, ты понимаешь, что я имею в виду?
Если поцелуй как-то связан с его отцом, то она совершенно не хочет знать об этом, ей это ни к чему. Дейзи попыталась найти какие-нибудь умные, отрезвляющие слова, чтобы поставить все на свое место.
— Мне надоела жареная курица, но морозильник просто забит пакетами с куриным мясом, и его необходимо использовать. Харви любил курицу. Ешь, если ты голоден. Послезавтра я использую то, что осталось, для местного благотворительного ужина, а потом выключу холодильник.
Ну вот, это должно охладить его пыл.
— Помочь тебе? — спросил Келл, складывая бумаги и разглаживая края. У него был трогательно-смущенный вид, и на мгновение у Дейзи мелькнула мысль, не является ли это одним из его приемов обольщения. Если так, он весьма эффективен. Начав с желания вышвырнуть его из дома, она дошла до желания… Она не знает, чего хочет, знает только, что некоторые кратковременные процедуры имеют далеко идущие последствия. Это известно любой женщине, которая когда-либо пыталась похудеть.
— Полагаю, теперь, когда ты нашел то, что тебе было нужно, ты можешь уехать. — Отвернувшись, Дейзи начала укладывать жареную курицу в сумку, чтобы отнести пациенту, который жил один.
— Вообще-то я собираюсь остаться еще на пару дней, но могу переехать в мотель, если причиняю тебе неудобство.
У Дейзи возникло искушение поймать его на слове, но это было бы признанием, что она боится остаться с ним наедине. На самом деле она и впрямь боится, но Келлу не нужно об этом знать. Кроме того, пребывание в доме, где когда-то жил его отец, похоже, много значит для него.
— Оставайся, если хочешь. Мы с Файлин рассчитываем закончить дела к концу недели, поэтому обе будем очень заняты.
Если Келл почувствовал облегчение, ему прекрасно удалось скрыть его.
— Хорошо. У меня завтра будет пара встреч, а потом мне хотелось бы поездить по округе и побывать в нескольких местах, о которых упоминал отец. Я обзавелся картой местности, на которой показаны болота и отмели.
У Дейзи осталось чувство разочарования и облегчения.
Самое полезное лекарство не всегда самое вкусное.
В понедельник вечером Дейзи копалась в книгах Харви, ища, чего бы почитать перед сном. Сегодня она разобралась с постельным бельем,
Вопрос в том, куда она переедет. Ее квартира все еще не готова — теперь возникли какие-то проблемы с плесенью. Если бы она не была уверена в обратном, можно было бы подумать, что владелец умышленно тянет время. В конце концов, уставшая и павшая духом, она поехала в город. Какими бы «чокнутыми» ни были ее подруги, им всегда удается приободрить ее.
— Как поживает «привлекательный джентльмен»? — осведомилась Марти после того, как Дейзи выбрала штук шесть любовных романов и отложила их в сторону.
— Кто-кто?
— Так его здесь называют. Разве ты не знаешь, как быстро распространяются слухи?
— Марти, — взмолилась Дейзи, — только не надо, ладно? Согласна, он вроде симпатичный, но… каким бы он ни был, через пару дней он уезжает.
— Очень жаль, потому что я подумывала о том, чтобы пригласить его на благотворительный ужин. Не то чтобы меня интересовало нечто долговременное, но я бы не возражала против небольшого легкого развлечения.
— Ты будешь слишком занята, режиссируя вступительную сцену с Файлин и Гасом. Этого развлечения тебе с лихвой хватит. — На усталом лице Дейзи промелькнула веселая улыбка. — Она подозревает, что мы затеваем что-то. И разве это удивительно после всего, что ты сделала с ней…
— Для нее, ты хочешь сказать.
— Все равно. Просто не удивляйся, если она набросится на нас с большим кухонным ножом, когда узнает, кого ты откопала для нее.
— Боже мой, ей же не нужно выходить за него замуж! Все, что она должна сделать, — это появиться на людях и поужинать с ним. Так что же о нем думает Эгберт?
— О ком? О Гасе Матиасе?
— Нет, глупышка, о твоем ковбое.
— Разве это имеет значение? Келл не заинтересован в наследстве, он всего лишь хочет узнать что-нибудь о своем отце. Ему это удалось, поэтому, вероятно, завтра он снова отправится на Запад, если уже не уехал.
Он не уехал. Она заглядывала к нему в комнату, чтобы убедиться в этом. Кожаная куртка висела на стуле, на кровати лежала раскрытая сумка. В комнате пахло мылом и лосьоном для бритья. Посмотрев на Дейзи, Марти сказала:
— Держу пари, что Эгберт не обрадовался, когда он принялся вынюхивать здесь. Бедняжка Эгберт, я училась с ним в школе. Уже тогда он был педантом.
— Эгберт? Вот уж не согласна, что он педант, — возразила Дейзи. — Хотя в его профессии это, вероятно, необходимо.
— Ну, так расскажи мне о нем.
— Ты знаешь его дольше, чем я. — Дейзи училась в Элизабет-Сити, в соседнем графстве.
— Да не об Эгберте, а о красавчике! Мы знаем, что он ездит на «порше», у него черные волосы и голубые глаза, а уж тело!.. Саша хотела поспорить со мной, что ты уже переспала с ним. Ну, так как? Проспорила я ей ужин?