Сумерки героя

Геммел Дэвид

Элдикар искренне и добродушно рассмеялся.

— Вы мне нравитесь, Серый Человек. По-настоящему нравитесь. И нам нет нужды быть врагами. Я могу удовлетворить самые сокровенные ваши желания — это в моей власти.

— Не думаю. Я не хочу снова стать молодым.

Эти слова на миг озадачили Элдикара.

— В обычных обстоятельствах я бы вам не поверил, но теперь верю. Неужели вы столь несчастны, что вам хочется поскорее закончить свои дни?

— Зачем вы ищете моей дружбы? — спросил вместо ответа Нездешний.

— Посмотрите

вокруг. — Элдикар повел рукой, указывая на солдат. — Испуганные, мелкие, покорные люди — вот на ком держится этот мир. Они живут для того, чтобы ими повелевали. Посмотрите, как они жмутся в этих древних руинах, молясь о том, чтобы их столь замечательные жизни продлились до утра. Если превратить их в животных, они станут овцами. А вот вы — хищник, существо высшего порядка.

— Вроде вас? — усмехнулся Нездешний.

— Я всегда презирал ложную скромность. Да, вы такой же, как я. Вы богаты и потому много значите в этом мире. Вы могли бы быть полезны Куан-Хадору.

Нездешний тихо засмеялся, оглядывая руины.

— Вот он, ваш Куан-Хадор.

— Он разрушен здесь. Эта реальность лишь одна из многих. Куан-Хадор вечен, и он победит. Этот мир когда-то был нашим и снова им станет. И когда это произойдет, вам предпочтительнее будет числиться в наших друзьях, Дакейрас.

— Если это произойдет.

— Произойдет. Прольется много крови, многие умрут, но так будет.

— В этом месте, видимо, вам полагается сказать мне, что случится, если я не захочу быть вашим другом.

— Мне нет нужды угрожать вам, Серый Человек. Я уже сказал — вы хищник и при этом очень умны. Я только прошу вас рассмотреть мое предложение относительно дружбы.

Элдикар Манушан сцепил руки за спиной и направился к герцогу и его офицерам.

День выдался жаркий и душный. Тяжелые тучи закрывали солнце. Элфонс, герцог Кайдорский, старался сохранять спокойствие. Серый Человек чуть поодаль растянулся на земле и, видимо, спал. Маленький чиадзийский воин сидел рядом с ним, поджав под себя ноги и закрыв глаза. Священник Шардин расхаживал взад-вперед, заглядывая в глубь развалин.

Солдаты немного успокоились, но Элфонс знал, что дух их нетверд. Они, как и он сам, никогда еще не сталкивались с демонами.

— Способны ли наши мечи поразить демонов? — спросил он Элдикара Манушана. Тот развел руками:

— Говорят, что шкура у них крепкая, как выделанная кожа, ваша светлость, — но демоны делятся на множество видов.

— Ты думаешь, они придут?

— Если и придут, то после сумерек.

Герцог встал и подошел к Шардину. Тот казался испуганным, что отнюдь не вселяло бодрости. Священники должны сохранять безмятежность при любых обстоятельствах.

— Я слышал, люди толпами валят в ваш новый храм. Надо будет

посетить одну из ваших проповедей.

— Вы очень любезны, ваша светлость. Число верующих в Карлисе действительно растет.

— Религия — вещь полезная. Она удерживает бедных от недовольства.

— Вы полагаете, это единственное ее назначение? — улыбнулся Шардин.

— Кто знает? — пожал плечами герцог. — Что до меня, я ни разу не видел чуда, и Исток не обращался ко мне. Впрочем, я прежде всего солдат и верю только в то, что вижу и могу потрогать. Для религии у меня времени нет.

— И вы никогда не молитесь?

— Однажды меня окружило племя згарнов, а меч сломался, — усмехнулся герцог. — Вот тогда я молился, могу сказать точно.

— И ваша молитва не осталась без ответа, иначе вы не стояли бы передо мной.

— Я бросился на них и вонзил свой сломанный меч в горло первому, кто подвернулся. Тут подоспели мои люди и разогнали их. Расскажите о себе — в чем источник вашей веры?

Шардин отвел глаза и произнес тихо:

— Правда об Истоке открылась мне много лет назад, и ничто с тех пор не смогло изменить моего мнения.

— Утешительно, должно быть, иметь веру в такие времена, как теперь. — Герцог увидел, что Серый Человек проснулся, и с улыбкой откомментировал: — Только старый солдат способен спать перед боем.

— Если они явятся, бой будет недолгим, — ответил Серый Человек, поднимаясь. Герцог кивнул:

— Вы имеете в виду холод? Я видел в лесу замерзших птиц. Надеюсь, наши лучники уложат побольше демонов, прежде чем те до нас доберутся. Остальных, если Исток поможет, — герцог покосился на Шардина, — мы добьем своими мечами.

— Иметь план действий всегда полезно, — кивнул Серый Человек.

— Вы не согласны со мной?

— У этих тварей следы больше медвежьих, — пожал плечами тот. — Забудьте о демонах, ваша светлость. Если сюда явятся двадцать медведей, многих ли сумеют уложить ваши лучники? И ваши солдаты с мечами?

— Я вас понимаю, но поймите и вы меня: я правитель этих земель, и мой долг защищать здешних жителей. У меня нет иного выбора, кроме как выйти на бой со Злом и надеяться, что сила и мужество помогут нам выстоять.

— Скоро мы узнаем, сбудутся ли ваши надежды. — Нездешний обернулся к западу, глядя, как солнце опускается за горы.

Когда равнина оделась тьмой, за полуразрушенной колонной вспыхнула яркая искра. Вокруг нее вихрем закружилась пыль, всасывая влагу из воздуха. Из смешанных частиц земли, воздуха и воды в лунном свете стала вырисовываться высокая, тощая нагая фигура. Ее пятнистая кожа покрылась серой чешуей, потом отросли руки, и фигура облеклась в струящийся плащ из мрака. Тонкий безгубый рот открылся, наполнив воздухом только что возникшие легкие.