Сумерки волков
Шрифт:
– Мне в шестом классе сестра сказала, что родители меня взяли из детского дома. Я их попросил: отдайте меня обратно. Сестру ругали, потому что она все это сочинила от своей тупости. Но я поверил. Мама стала фотографии показывать, как я похож на дедушку, на всех ее родственников… Папа тоже стал говорить, как они меня любят, гордятся, все такое.
В прозрачных предутренних сумерках они брели по улице, засыпанной золотыми кленовыми листьями. Леша пинал листья ногами, они взлетали невысоко и бессильно падали на землю, как падает рука мертвого человека. Игорь чувствовал
– Я до сих пор думаю: может, это все правда? Может, у меня где-то есть другие родители? Какие-нибудь необычные, знаменитые. Например, Арбенина из «Ночных снайперов» или Рената Литвинова. Может, они меня ищут? Я из дома уехал поэтому.
– И что? Нашел нового папашу? – уже не скрывая злости, скривился Игорь.
Он понял, но не обиделся, тут же перескочил на другое:
– Терпеть не могу этот клуб! Декоративный унитаз с доставкой на дом! Надо было так испоганить нормальное место! Эта сущность еще прицепилась, объясни да объясни ей, что такое гендерквир и все такое. Я удивляюсь, как молодежь вообще не в курсе молодежной субкультуры! Им надо лекции читать по теме. Ты согласен с тем, что женщины – низшие существа по своему интеллекту?
– А ты зачем ко мне прицепился? – спросил Игорь. – Я тебя не буду трахать, даже не надейся.
Игорь подошел к обочине и вскинул руку, но редкие машины проезжали мимо. Леша продолжал болтать – в его мозгу бурлили вещества.
– Знаешь, есть рассказ, как люди стали жить на Марсе. И у одной семьи когда-то умер сын. И вот ночью он к ним приходит. Жена сразу приняла это как факт, ну то есть чудо. А муж в глубине души понимал, что это некое иное существо, принявшее облик их сына. В общем, потом другие люди, которые недавно потеряли дочку, увидели этого инопланетянина, и он превратился в девочку… Прибежала толпа, и этот марсианин начал превращаться во всех подряд, пока не сдох.
– И что?
– Наверное, у Измайлова так было со мной. Он видел во мне кого-то иного. Ну, то есть тебя. Приходится признать, у меня с ним, в общем-то, был первый секс. Я ему, конечно, не сказал. А он не догадался.
Игорь чувствовал похмельную тошноту и безжалостную власть сильного над слабым.
– Интересно, сколько он тогда выпил?
– Это мне надо тебя ненавидеть, – проговорил Леша. – Самая мощная любовь, когда сначала влюбляешься по общению, а потом уже по внешности. У меня так было с ним, а у него наоборот. То есть он в меня не влюбился.
Игорь хотел рассмеяться, но в виске пульсировала боль, он только покривился углом рта. Сосредоточил взгляд на трех фигурах, которые появились, как из-за угла школы, выкрашенной к сентябрю в белый и розовый цвета.
Приземистые бритоголовые парни в толстовках и трикотажных штанах с лампасами двигались упругим спортивным шагом. Один держал бутылку пива, двое других шли налегке. Они приближались быстро, слишком быстро для праздных прохожих. Игорь позвоночником почувствовал исходящую от них опасность. За несколько секунд до сближения один из приземистых, с залысинами надо лбом и свороченным на
– Гля, пацаны, живые пидоры! Ты, защекан, а ну стоять…
Как всегда в минуту опасности, тело приняло решение прежде, чем сознание. Игорь метнулся в сторону, выскочил на проезжую часть, успев услышать за спиной скрипучий голосок Леши:
– Защекан – это кто, простите? Ваш папа?
Обернувшись на бегу, он увидел, как один из гопников в подскоке бьет парнишку ногой в грудь. Никто не преследовал Игоря, трое акробатов словно затеяли лихой танец. Так в Палермо, расстелив на площади кусок линолеума и врубив на полную мощность колонки, отплясывали для туристов темнокожие братишки в бейсболках и просторных штанах.
Игорь остановился. Издалека он смотрел, как топчут ногами сжавшийся на асфальте темный комок человеческого тела, как желтыми бабочками взлетают вверх кленовые листья. В голове его была пустота.
Из-за угла показалась разбитая «шестерка», таджик за рулем начал притормаживать, завидев пассажира. Но вместо того, чтобы кинуться к машине, Игорь, почти не понимая, что делает, шагнул обратно на газон. Поднял водочную бутылку и направился к пляшущим акробатам. Головная боль прошла внезапно, он ощущал прилив бездумного отчаяния и вместе с тем силу и гибкость своего тела, натренированного в бассейне и на беговой дорожке.
Парень со сломанным носом первым заметил его приближение. Игорь вспомнил разговор с Георгием, который как-то учил его: «В драке три на одного надо вычислить лидера, рвануть вперед, как бык, и бить первым. Если вожак обнаружит свой страх, стая тут же разбежится». Игорь поймал налитые свинцом глаза и пошел на главаря, сжимая свое оружие.
Но бритый тоже помнил уроки своих подворотен. Он выплюнул ругательство, двинулся навстречу Игорю, раздувая грудную клетку. Двое других остановили свой танец, замерли на месте. Игорь успел заметить, как Леша отползает к ближним кустам.
– Ну что ты, пидорок, урюпа! – оскалился блатным манером парень.
Не прекращая движения, не отрывая глаз от лица, изрытого оспинами, Игорь разбил бутылку о столб. Звон стекла распорол тишину как грохот небесных барабанов.
Игорь нацелился полоснуть кадык. Не было чувства опасности, только кипящая ненависть. Он был готов убить, на этот раз осознано и хладнокровно.
Бритый струсил, и это поняли его товарищи.
– Пацан, какие проблемы? Давай поговорим!
Краем глаза Игорь поймал движение – из-за школы показался мужчина с собакой на поводке. И главарь со сломанным носом использовал повод сохранить реноме.
– Атас! Погнали, мужики!
Все трое с топотом побежали в ту сторону, откуда пришли. Мужчина с собакой опасливо обходил место драки.
Игорь отбросил бутылку, подошел и наклонился к Лехе. Заглянул в лицо, испачканное землей и кровью, с потеками косметики вокруг глаз.
– Ты как из фильма «Зомби Апокалипсиса».
– А ты прямо супермен, – Леша косил покрасневшим подбитым глазом. – В ботинках мартенс.
Игорь присел рядом с ним на корточки:
– Тебе бы надо в травму.