Сумерки

Кунц Дин Рей

Джой молчал. Он уставился на свои стиснутые кулачки, медленно выпуская из них одеяло и простыню. У него вспотели ладони.

– Может, все это тебе приснилось, а?

Он решительно покачал головой.

– Нет.

– Иногда, – сказала она, – когда снится какой-нибудь кошмар, ты просыпаешься и первые несколько секунд не можешь сообразить, что реальность, а что – лишь остаток сна. Понимаешь? В этом нет ничего особенного.

Время от времени это случается с каждым.

Он встретился с ней взглядом.

– Мама,

все было не так. Я проснулся потому, что Брэнди залаял, и тут я увидел за окном эту сумасшедшую женщину. Если это был сон, тогда почему же Брэнди лаял?

Он же не станет лаять для того, чтобы себя послушать. Такого с ним не бывает. Ты же знаешь его.

Она посмотрела на Брэнди, который как раз плюхнулся на пол рядом с кроватью, и ей опять стало не по себе.

Она встала и снова подошла к окну.

Там, за окном, было множество мест, куда не проникал никакой свет и где злоумышленник мог спрятаться и переждать.

– Мама?

Она посмотрела на него.

– Это не так, как было раньше,. – сказал он.

– Что ты хочешь сказать?

– Это не то, что ва-бражаемая белая змея под кроватью. Это взаправду. Чтоб мне провалиться.

От внезапного порыва ветра загремели карнизы и водосточные желобы.

– Пойдем, – сказала Кристина, подавая Джою руку.

Он встал с постели, и она отвела его на кухню.

Брэнди поплелся следом. Мгновение он стоял в дверях, размахивая пушистым хвостом, потом вошел и лег в углу, свернувшись калачиком.

Джой в синей пижаме с красными буквами «SATURN PATROL» сидел за столом и испуганно посматривал в окно над раковиной, а Кристина тем временем звонила в полицию.

На крыльце у входной двери стояли двое полицейских, участливо слушая рассказ Кристины, хотя сказать ей было особенно нечего. Рядом стоял Джой. Стэтлер, тот, что помоложе, с самого начала не поверил ей и быстро пришел к заключению, что этот злоумышленник всего лишь призрак, плод воображения Джоя; но другой полицейский, постарше, Тэмплтон, склонен был поверить ей. По его настоянию они потратили десять минут, прочесывая территорию вокруг дома с фонарями, осмотрели каждый куст, заглянули в гараж и даже в соседние дворы, но так никого и не нашли.

Вернувшись к дому, где их ждали Кристина с Джоем, Тэмплтон уже не был так уверен в подлинности этой истории.

– Ну что же, миссис Скавелло, если эта женщина и была здесь, теперь ее нет. Либо у нее на уме не было ничего зловещего…, либо ее испугала патрульная машина. Возможно, и то и другое. Скорее всего она безобидна.

– Безобидна? Сегодня днем у «Саут-Кост-Плаза» она не производила такого впечатления, – сказала Кристина. – Мне она показалась очень даже опасной.

– Что ж…. – он пожал плечами. – Вы же знаете, как это бывает. Пожилая женщина…, вероятно, не вполне здорова…, возможно, говорит, не отдавая себе отчета.

– Мне кажется, дело не в этом.

Тэмплтон

старался не смотреть ей в глаза.

– Так что…, если вы еще встретите ее или у вас будут какие-то неприятности, непременно звоните нам.

– Вы уходите?

– Да, мэм.

– И вы ничего не предпримете?

Он почесал затылок.

– Я не представляю, что еще мы можем сделать. Вы говорите, что не знаете ни имени этой женщины, ни где она живет, так что мы даже не можем побеседовать с ней.

Я уже сказал: если она появится снова, позвоните нам, как только заметите ее, и мы тут же приедем.

Он кивнул и, повернувшись, пошел по дорожке к выходу, где его уже ждал напарник.

Минуту спустя Кристина с Джоем стояли у окна гостиной и наблюдали, как уезжает патрульная машина.

– Она была здесь, – сказал мальчик. – Правда. Это не так, как было со змеей.

Она ему верила. То, что он увидел за окном, конечно, могло быть плодом его воображения или каким-то отголоском ночного кошмара – но тем не менее здесь было что-то не так. Он действительно видел то, о чем рассказывал: это была та самая старуха собственной персоной во плоти. Кристина не могла объяснить, почему она так уверена в этом, но, как бы то ни было, она была абсолютно уверена.

Она предложила Джою остаться в ее комнате, но он был полон решимости вести себя как мужчина.

– Я буду спать в своей кровати, – заявил он. – Брэнди будет рядом. Он учует эту старую ведьму за милю. Только…, может, мы оставим лампу включенной?

– Разумеется, – сказала она, хотя лишь недавно отучила его спать с зажженным светом.

Она плотно задернула шторы в его комнате, не оставив ни малейшей щелки, через которую можно было бы подсмотреть. Укутала его одеялом и поцеловала на прощание, доверив опеке Брэнди.

Лежа в своей постели, в темноте, Кристина не могла сомкнуть глаз и все ждала какого-нибудь внезапного звука – звона стекла или дверного скрипа, – но все было тихо.

И только редкие порывы февральского ветра нарушали ночной покой.

* * *

Джой выключил лампу, которую зажгла для него мать, и наступила кромешная тьма.

Брэнди запрыгнул на кровать, что ему, как правило, не позволялось (одно из маминых правил – в постели никаких собак), но Джой не стал его прогонять.

Он прислушивался к звукам за окном: ветер вздыхал и завывал, как живое существо. Джой натянул одеяло до самого носа, будто оно могло защитить его от любой беды.

Немного погодя он сказал:

– Она где-то там.

Пес поднял голову.

– Брэнди, она выжидает.

Брэнди настороженно повел ухом.

– Она вернется.

При этих словах Брэнди глухо зарычал.

Джой положил руку на спину своего лохматого друга.

– Ты ведь тоже знаешь это, старина? Ты чувствуешь, что она где-то рядом, правда?