Свет Дивояра
Шрифт:
Многие физические свойства волшебной страны и пространства, которое она занимала, были им неведомы. Многие понятия не имели, что вообще всё может быть иначе. Лён, который родился в ином мире, знал об этом. В частности, он знал, что на Селембрис не взрывается порох или другие взрывчатые соединения. Что нитроглицерин тут только горит, как спирт. А другие вообще не имели понятия о взрывчатых веществах — само понятие явления им было незнакомо.
Брунгильда объяснила причину этой неосведомлённости: на Селембрис искусственно созданы такие физические параметры пространства, чтобы никакие взрывчатые вещества тут не работали. В других мирах, не входящих в Содружество, это не так. Это создает эффект замедленного развития общества
— Она говорит о мире, в котором жил ты? — спросил Паф на ухо.
— Да, — ответил Лён, и Паф покачал головой, поскольку вспомнил, что так и не сумел понять объяснения товарища по поводу того, как работает телевизор или даже говорящая трубка.
— У меня вопрос, — поднялся с места Лён. Все они сидели на открытой площадке на вершине одной из башен университета. Валькирия стояла перед ними, опираясь на копьё, которое Лён и Паф привыкли постоянно видеть при ней. Такой они за все годы, проведённые у дуба, уже видели её не раз, а прочие и знать не знали, что Брунгильда могла предстать в виде старой ведьмы Фифендры. Здесь, в Дивояре, героический облик валькирии казался самым естественным, а её богатое боевое одеяние — достойной данью роскоши небесного города. Теперь оба товарища видели свою учительницу совсем иными глазами.
— Говори, Лён, — тут же ответила Брунгильда.
— Наверно, я единственный из класса, кто родился в техногенном мире, — начал он, и ни сколько не сомневался, что это так — Лён уже знал, что все прочие сокурсники родились в Селембрис. — И я могу предположить, что многие миры прошли в своём развитии гораздо больший путь, нежели моя планета.
Брунгильда коротко кивнула в то время как все прочие начали переглядываться и пожимать плечами.
— Я хочу спросить: не опасно ли лишать волшебные миры таких вещей, как порох и другие взрывчатые вещества? Ведь возможно вторжение извне. Как такой мир будет защищать себя, как будет противостоять захватчикам?
— Хороший вопрос, — согласилась преподавательница. — Вполне резонный, учитывая то, что ты действительно родился в техногенном мире. Прочие ученики скорее ожидали бы вторжения магических орд, как было при Лембисторе.
— А как ты думаешь, что станет со средствами нападения противника, с так называемой техникой, когда она вторгнется в пространство Селембрис? — спросила она своего ученика.
— Ничего просто работать не будет! — воскликнул Паф, который уже имел понятие о том, что телевизор, если его отсоединить от источника питания, немногим отличается от каменного валуна.
— Да, вот Паф у нас имел удовольствие побывать в техногенном мире и встретиться с техникой, — тут же поддержала его валькирия. Все заинтересованно повернулись к Пафу, а Энина, как единственная девушка в группе, посмотрела на него с восторгом.
"Ну да, помню я, как он пятился от унитаза и требовал выпустить его во двор! — развеселился про себя Лён. — А стиральная машина его чуть не свела с ума!"
— И как там, Паф? — с большими глазами спросил Турайк, который большую часть своей жизни провел с учителем в холме и походил на рослого гнома.
— Круто, — отвечал Паф, не желая привлекать к себе лишнее внимание, потому что был он в мире Лёна всего неполных два дня.
Глава 5
Селембрис была особенным миром среди Содружества Миров. Она являлась главным и связующим миром среди кольца планет, объединённых пространственным коридором. Кольцо — сказано условно, поскольку это понятие отражает лишь последовательность перехода Дивояра от мира к миру. Страна Селембрис называлась среди прочих миров Планетой Эльфов, потому что когда-то, в незапамятные
Постепенно среди людей стали проявляться носители особой силы — маги. Их также называли волшебниками. На Селембрис волшебство казалось совершенно естественным, и неудивительно: ведь люди, населяющие этот мир, были потомками бежавших от преследования земных чародеев. Впрочем, не все — многие были обыкновенными людьми. Но маги быстро объединились и стали поддерживать друг друга, сохраняя общие интересы. Они хотели сохранить Селембрис в первозданном виде, сохранить её удивительную красоту, не извращая природу, не разрушая заповедные места и не вытесняя их таинственных обитателей. Это было хорошее намерение, и оно увенчалось успехом — волшебная и обыкновенная жизнь на Селембрис прекрасно уживалась, благо, что страна просторна. Но маги продолжали искать следы эльфов, чтобы понять, что же именно заставило их уйти. Никаких посланий новым поселенцам те не оставили, но временами появлялись слухи, что там или в другом месте видели эльфов. Нередко это было правдой, потому что время от времени кто-то из людей и даже магов попадал неведомым путём к маленькому доброму народцу, который назывался Цветочные Эльфы.
Эти милые крохотные создания обитают в некоей замкнутой области, куда нет входа. Только желание этих удивительных существ позволяло кому-нибудь изредка проникнуть в их волшебную страну, которая называется Эльфира. Вернувшиеся оттуда рассказывают о чудесах, а иных эльфы награждают и сокровищами. Но в целом, никто в Дивояре не верит, что эти крошки как раз и были тем некогда могучим народом, который сотворил Селембрис и вечный город Дивояр, потому что цветочные эльфы, в сущности, совершенные дети, лакомки и озорники, поэтому никто из взрослых попасть в их мир не может — это доступно только детям.
Однажды древние маги обнаружили оставленный своими обитателями город — вся гигантская система прекрасно сохранилась. Неразрушимое создание таинственных владык Селембрис, он был пришвартован высоко в горах и словно ждал новых владельцев.
Много-много лет потратили сильнейшие волшебники на то, чтобы разобраться в устройстве города и научиться пользоваться им. Город предоставил им огромные, поистине безбрежные возможности, и овладевшие им маги теперь могли силами сравняться с прославленными богами древности. Надо ли говорить, что найденное эльфийское сокровище они использовали лишь на сохранение Селембрис, чтобы не позволить своим собратьям, расселившимся по всему лику волшебной страны, разорять прекрасное творение ушедшего народа.
Среди удивительных машин, созданных гением эльфов, были устройства, изменяющие физические свойства мира, и маги воспользовались этим, чтобы не допустить среди людей появления разрушительных изобретений. К этому времени маги Дивояра, так был назван летающий город, успели побывать на многих иных планетах и увидеть последствия так называемой цивилизации, все достижения которой призваны облегчить жизнь людей, и все приобретения которой в конечном счете разрушают мир.
Селембрис стала миром, в котором техническое развитие, бывшее проклятием многих миров, стало невозможно. Вместе с тем дивоярцы следили за тем, чтобы конфликты между народами не принимали вида тотальной бойни. Постепенно всё население страны признало справедливость правления Дивояра, тем более, маги избегали вмешиваться в дела людей без необходимости, они вовсе не преследовали такую цель, как абсолютная власть.