Святилище
Шрифт:
Через несколько минут они уже опускались под облаками. У Кирка складывалось впечатление, что они в океанском круизе – на многие километры вокруг не было ничего, кроме чистейших морских вод, настолько чистых, что сквозь прозрачный слой воды виднелись растения, помахивающие им из глубин, словно приветствуя.
Считанные секунды корабль-челнок плавно опускался на танцующие волны.
– Сейчас в поле нашего зрения должен появиться корабль Аук-рекса, – доложил Спок.
Голова Кирка в это время была занята другими мыслями.
– Скотти? Скотти? – повторял
– С преследуемым кораблем установлен визуальный контакт, – сообщил Спок.
Хотя Кирк и Маккой до боли в глазах вглядывались в далекую линию горизонта, ничего, кроме ряби, поднимаемой волнами, они не видели. Кирк, однако, заметил движение морских растений, тянущихся к ним с морского дна. Капитан сжал рукоятки управления, чтобы взять влево, в это время толстое коричневое щупальце ударило с гребня волны по челноку. Его закружило вокруг мощных отростков, и все трое повернулись в сторону гигантского моллюска, который тяжело поднялся на поверхность воды и стал лениво подставлять свои бока солнцу. Его лиловатое тело выделялось на бирюзовой глади, как огромное чернильное пятно.
– А вот и представитель комитета по организации нашей встречи, – сказал капитан, выводя аппарат на высоту, не позволяющую касаться воды. – Мы не так близки к воде, как кажется.
– По мне, так мы находимся прямо у воды, – съязвил Маккой. – А хоть какая-нибудь твердь на этой планете есть?
– Есть, – ответил ему Спок. – И мы приближаемся к ней очень быстро.
Возбужденный Кирк указал на движущуюся точку у подернутого дымкой горизонта.
– Я вижу его! – воскликнул он. – Справа по борту. Мне кажется, я вижу и землю.
– Совершенно верно, капитан, – согласился Спок. – Мы будем пролетать над чем-то, что можно считать большим островом или маленьким континентом. Если бы мы побыли здесь достаточно долго, я предпочел бы изучить морскую жизнь, которая, я уверен, гораздо разнообразней и богаче, чем на суше.
Маккой бросил на него сердитый взгляд.
– Сделай так, чтобы мы убрались отсюда живыми и здоровыми, и я куплю тебе обратный билет сюда.
Капитан Кирк вновь попытался наладить связь по коммуникатору.
– Кирк вызывает "Энтерпрайз". Ухура, ты слышишь меня? – он подождал ответа, который так и не пришел, и попробовал связаться через систему связи челнока, но результатов и это не дало. – Коммуникаторы по-прежнему молчат, – проворчал Кирк. – Спок, что там с остальными системами челнока?
– Они работают без перебоев, – ответил вулканец, переводя взгляд от окна кабины на приборную панель. – Аук-рекс направляется в сторону горной гряды. Желаешь продолжать преследование?
– Мы зашли слишком далеко, – сказал угрюмо Кирк, – давайте возьмем его.
Лейтенант Ухура развернулась в кресле на сто восемьдесят градусов и, не скрывая озабоченности,
– Мистер Скотт, от капитана нет сообщений. Нам подает сигналы один из находящихся на орбите звездолетов. Это корабль клингонов.
От неожиданности сообщения, от напряжения Скотт весь сжался.
– Они привели в боевую готовность свое вооружение?
– Нет, сэр, – ответила Ухура. – Наши защитные экраны еще не убраны. По вашему приказу команда готова подняться по тревоге.
– Выведите изображение корабля на экран, – приказал Скотт.
На экране тотчас появились угрожающие очертания боевого звездолета клингонов. Его хищный облик смягчался голубоватыми контурами планеты, на фоне которой он завис. Корабль находился на своей орбите и на почтительном расстоянии от "Энтерпрайза".
– А остальные пять? – спросил Скотт.
– Один из них сделал несколько выстрелов по челноку и по пирату. Удары отразила атмосфера или что-то еще. Назначение других кораблей мне определить не удалось – они все разнотипные. Попробую выяснить это через компьютер.
– Прекрасно, – ответил Скотт, хотя ничего особенно прекрасного в этом не находил.
Капитан, его заместитель и корабельный врач на связь не выходили, а Скотту приходилось делить орбиту с клингоном и еще бог знает с кем.
– Дайте на экран капитана клингонов, – приказал, разозлившись, Скотт.
Перед ним появился старший офицер клингонов. Это был пожилой человек с выступающими бугорками на голове, волнами спускающимися ему на лоб. Его седые волосы беспорядочно рассыпались по плечам. Лицо клингона было худощавым и жилистым, на нем грациозно выделялся аристократический, римского типа, нос. А под кожаными доспехами с короткими рукавами в глаза бросались огромные бицепсы, на руках переплелись ярко выраженные мускулы.
Клингон забарабанил пальцами по находящейся перед ним консоли.
– Капитан-землянин, – прорычал он. – Я приветствую тебя и отдаю должное твоей храбрости. – Скотт удивленно пожал плечами.
– Храбрости? Что вы имеете в виду, сэр?
Клингон великодушно развел руками.
– Мне всегда говорили, что земляне – трусы, – сказал он, – но сейчас ваш поступок просто великолепен! Вот уже много лет я нахожусь на орбите этой планеты, даже не знаю, сколько это будет в вашем летоисчислении, и ни разу не был свидетелем такой преданности долгу. Я приветствую храбрых воинов, отправившихся преследовать беглецов на саму планету. Пусть они останутся в живых, схватят их и выпустят из них кишки на главной площади.
– Да, – ответил неопределенно Скотт. – Мы передадим им привет от вас, когда они вернутся на корабль.
– Вернутся на корабль? – переспросил ошарашенный клингон. – Какой корабль?
– На тот, где мы сейчас находимся.
Клингон расхохотался так, что слезы потекли у него из глаз.
– Остроумно, – захлебываясь от смеха наконец выдавил он из себя. – В самом деле, вы ведь не ожидаете увидеть их снова? В том-то и заключается их храбрость, что они знали о невозможности возвращения!