Связь
Шрифт:
Сирена замечала взгляды на ожерелье на ее шее, но Дин не останавливался, не давал задать вопросы.
— Первыми? — пискнула она.
— Мы начинаем с младших.
— Ясно.
Дин свободно обвил рукой ее талию, притягивая ближе к себе.
— Я буду рядом все время.
Они подошли к двойным дверям большого бального зала, и глашатай стукнул тростью дважды об пол, привлекая внимание толпы.
— Принц Дин Эллисон из Элейзии в сопровождении Компаньона Сирены Штром из Бьерна, — крикнул мужчина, чтобы все слышали.
Во рту
— Я не могу, — в панике шепнула она Дину.
Он улыбнулся ей, словно все было в порядке.
— Можешь.
— Нет.
— Я хочу показать тебя миру, Сирена, — выдохнул он. — Показать миру, что ты моя.
— Дин…
— И ничто этого не изменит.
Она хотела возразить, но не смогла.
«Как я могу бояться этого момента, когда даже не мешкала при нападении Бража в Ауруме?».
Сирена обвила рукой его локоть и кивнула. Они прошли в бальный зал, зазвучали аплодисменты. Она спускалась с Дином по лестнице, и Сирена не могла понять, рады ее видеть или нет, но она старалась не переживать. Дин назвал ее своей. Это было важно.
Комната была в белом. Все столы покрывали дорогие белые шелковые скатерти до пола. Бокалы были в белом инее. Разные белые цветы были собраны в искусные букеты, и всю комнату наполнял аромат. Слуги были наряжены в белое, носили подносы с напитками. Комнату словно укрыл снег, и это успокаивало ее.
Они прошли в центр комнаты, где осталось место для королевской семьи. Представили всех его сестер. Тереза и Тифани с их спутниками вошли следующими. Потом — Алиса и Робард. Робард мрачно посмотрел на Дина, а Алиса наслаждалась собой. Она улыбнулась Сирене и помахала, как старой подруге. Она была опасной.
Остальные его сестры прошли в комнату.
Наступила очередь Бриджит, и глашатай кашлянул, паж подбежал к нему. Он посмотрел на записку и кивнул.
— Ее королевское величество королева Кассия Эллисон, Матушка — невеста моря, и король — регент Томас Эллисон, — сообщил мужчина.
Сирена удивленно посмотрела на Дина.
— Где Бриджит?
В комнате шептались, тоже заметив ее отсутствие. Бриджит была там, когда Сирена и Дин ждали у двери, а теперь пропала.
— Не знаю, — сказал Дин. Он переживал.
— Может, проверить ее?
Он покачал головой.
— Лучше не привлекать лишнее внимание, — шепнул он, его родители прошли к семье.
Королева подняла руки, чтобы музыканты начинали играть. Но, когда ударил первый аккорд, глашатай снова стукнул тростью.
Все повернулись к входу, чтобы понять причину шума. Кого — то объявляли после короля и королевы? Это было неслыханно.
Глашатай кашлянул, прочел новую записку, и его глаза увеличились вдвое. Это заметила даже Сирена
— Ее королевское высочество, кронпринцесса Бриджит Эллисон, Дева — невеста моря, и… — глашатай потрясенно посмотрел на толпу, — господин Базилл Селби.
38
Филантроп
— О, Создательница, — прошептала Сирена. — Что мы наделали?
— Ты хотела сказать, что Бриджит наделала?
Сирена посмотрела на Дина, но он лишь покачал головой.
— Мы никак не можем это исправить. Бриджит копает себе могилу. Ей там и лежать.
— Что сделают твои родители?
— На публике — ничего. Она подождут, пока все не отвлекутся.
Королева Кассия, казалось, хотела подбежать к старшей дочери и зажарить заживо.
Бриджит даже не вздрогнула от взгляда матери, прошла в бальный зал в синем платье, держа руку Базилла Селби. Все шептались, и Сирена уже слышала, что старые сплетни ходили по комнате.
Бриджит прошла к матери с широкой улыбкой.
— Ты помнишь господина Селби, да, матушка?
Королева Кассия улыбнулась ему, но убивала взглядом.
— Я почти десять лет не слышала это имя.
Базилл поклонился королеве.
— Уверен, каждый день вам не хватало его звучания.
— Уверена, — ледяно ответила королева. — Маэстро, танец в честь вечной мудрости и изящества моей старшей дочери.
Сирена вздрогнула. Она едва знала Бриджит, но почти хотела спасти ее от гнева в глазах королевы и отвращения в холодном голосе.
Но Дин прижал ладонь к спине Сирены, притянул ее к себе, когда началась музыка.
— Это не твой бой, мой маленький воин.
— Я? — охнула она. — Я не воин, — ее ноги скользили по полу, Дин вел в танце.
— Ты бросаешься в бой головой, не думая о своей безопасности, — прошептал он в ее волосы. — Для меня это воин.
Сирена вспомнила, как в прошлый раз ее звали воином. У нее была церемония воина в Бьерне. Когда она узнала, что Компаньоны и Высший орден начинали как воины Виктора Дремилона, когда он убивал Дома, ей пришлось доказать свой статус воина, и она едва выжила.
— Может, я просто хочу помочь дорогим мне людям, — ответила я. — Может, это не делает меня воином. Может, это делает меня филантропом.
Дин вскинул бровь.
— Филантропом? С твоими… умениями это звучит иронично.
— Почему это? — осведомилась она. — Хочешь сказать, что я не могу переживать о людях?
— Можешь, но я думал, что ты — Дома — троп, — сочинил он слово на ходу. — И, насколько я помню книги истории, это делает тебя воином.
Он закружил Сирену на месте, притянул к себе, но она кипела. Она не могла сдержаться. Она не верила, что он такое говорил. Словно она не могла переживать за людей, всю жизнь считая себя человеком. Разница между Дома и людьми привела к войне и уничтожила всю расу и магию.