Сын парижанина
Шрифт:
Словом, это хорошо натасканные, неподкупные и верные псы. Но — и только.
Именно в руки таких служак по глупому недоразумению попали Тотор с Мериносом. Напрасно пытались они снова начать переговоры. Полицейские, несомненно принимая молодых людей за разбойников, ничего не хотели слышать. Щелканьем кнута они подтвердили команду «Вперед!» и вскочили в седла.
Волей-неволей молодым людям пришлось подняться и идти, несмотря на то, что полуденное тропическое солнце палило вовсю. Перегретый песок обжигал ноги. Под безжалостным безоблачным небом, среди безводной пустыни дышалось не легче, чем в раскаленной печи.
Для полуголодных,
Хлоп! Хлоп! Опять удары. Ремни рвут одежду, рассекают кожу.
Тотор сжал связанные кулаки и, теряя самообладание, закричал:
— Вы звери, звери!
Меринос, с глазами, налившимися кровью, с искаженным от муки лицом, прохрипел:
— Злодеи! Я иду босиком! Разве не видите?
Действительно, его тонкие лакированные туфли, которые то мокли в морской и пресной воде, то коробились на солнце, теперь совсем развалились.
— Бедняга, — печально сказал Тотор, — возьми мои башмаки.
— А ты сам?
— Ничего, у меня кожа задубенелая.
— Go!.. Go on! [80] — бесстрастно кричали чернокожие…
И снова кнуты хлестали пленников. Меринос только подпрыгивал на песке, который буквально поджаривал ему ступни.
На коже вздулись волдыри, как от горячего утюга или кипятка. Меринос выл и испускал бессвязные крики, а конные полицейские снова и снова поднимали свои ужасные кнуты.
80
Вперед! (англ.)
— Вы — разбойники! — рычал на них Тотор, теряя выдержку. — И хуже людоедов… Вы — чудовища! Вы позорите человечество и народ, который держит на службе таких диких зверей! Вы — бандиты, убийцы!..
— Нет, это вы — убийцы, — холодно возразил мистер Шесть. — Да, вы — бушрейнджеры, которые живьем содрали кожу с агента Семь и его товарища Восемь. Вы сделали из них чучела и отослали губернатору. Значит, или идите, или подыхайте. Закон дает нам право убивать или миловать таких людей, как вы.
Скрежеща зубами, Тотор осыпал их бранью. Меринос, бледный как смерть, с глазами, полными слез, вдруг кинулся бежать сломя голову. Но, коснувшись горячего песка, вскрикнул, как раненое животное. Из-под кожи брызнула сукровица…
Бывают муки выше человеческих сил. Сжав руки, американец пошатнулся и пробормотал еле слышным голосом:
— Мой друг… единственный друг… Я умираю… так лучше… Прощай!
Он тяжело опрокинулся на спину и замер.
— Нет, — отчаянно закричал Тотор, — ты не умрешь! Я помогу тебе, я понесу тебя… Я умолю этих чудовищных людей… Я трону их сердца.
Негры поговорили между собой и закинули кнуты за плечи.
Мистер Пять соскочил с лошади, вынул нож и подошел к Мериносу. Тем временем мистер Шесть достал из своего вьюка небольшой мешок из лакированной кожи, стянутый затяжным ремешком.
Полицейский широко раскрыл отверстие мешка, и Тотор почему-то содрогнулся.
Мистер Пять хладнокровно наклонился над Мериносом и поднял нож.
— Что ты делаешь, негодяй? — вскрикнул оледеневший от ужаса парижанин.
— Отрежу голову да отвезу шерифу, вот и все, — невозмутимо ответил полицейский. — Шериф заплатит
81
Гинея — английская золотая монета, чеканилась в 1663–1817 годах.
— Ну, это мы еще посмотрим, — ответил парижанин с ужасным смехом.
Страшная злоба вспыхнула в нем. Он уже не рассчитывал своих сил, уже не сдерживал нервы и мускулы, напряженные до предела.
Даже не думая, что может искалечить себя на всю жизнь, он невероятным усилием разжал стянутые веревкой кисти. Кровь разлилась под кожей, но веревка лопнула, как нитка.
У Тотора освободились руки! С воплем ярости он тигриным прыжком бросился на мистера Пять.
Напрасно полицейский пытался защититься. Тотор нанес ему удар в висок, которого не вынес бы и самый крепкий из боксеров Соединенного Королевства [82] . Послышался глухой стук, будто ударили дубиной.
82
Соединенное Королевство (полное название — Соединенное Королевство Великобритании и Северной Ирландии) — официальное наименование государства Великобритании, в обиходе также — Англия.
Негр вскрикнул, его лицо приобрело пепельный оттенок, и он упал, точно пораженный молнией.
— Один готов! — сказал парижанин, поворачиваясь к мистеру Шесть.
Тот, окаменев, смотрел на него, не выпуская из рук ужасного мешка. Тотор схватил его за ногу и перекинул через лошадь, которая тут же унеслась вскачь.
— Вот и второй!
Но сброшенный наземь сильный, смелый полицейский пришел в себя, поднял револьвер… Еще миг и…
Тотор присел и прыгнул головой вперед. Как будто ядро попало мистеру Шесть под ложечку! Он отлетел шагов на десять.
— Туда вам обоим и дорога! — насмешничал француз. — Уж не думал ли ты, что я позволю упражняться в стрельбе по живой мишени?
Лошадь мистера Пять тоже ускакала. Тотор остался хозяином на поле боя, где лежали три тела в живописных и жалких позах.
Он глубоко вздохнул, удовлетворенно кивнул головой и сказал серьезно:
— Недурно. Теперь обезоружим неприятеля.
Молодой человек заткнул за пояс нож, выпавший из рук мистера Пять, и забрал кобуру с револьвером. Обыскав карманы негра, парижанин нашел обычную для курильщика зажигалку с фитилем и кремнем.
— Эта безделушка стоит целого состояния, присваиваю ее без угрызений совести… По сути дела, это военный трофей.
Тотор нашел еще плоскую оплетенную бутылку с немалой дозой виски [83] и воскликнул:
— Повезло! Лучшее лекарство! Молоко от бешеной коровы, чтобы поставить беднягу Мериноса на ноги.
Подбежав к мистеру Шесть, тоже лежавшему без сознания, француз забрал и у него револьвер, нож и зажигалку. Потом, скрутив полицейскому кнутом руки и ноги, возвратился к мистеру Пять и связал его тем же способом.
83
Виски — крепкий спиртной напиток.