Сын Солнца

Жак Кристиан

— Это наука наших отцов.

— Конечно, конечно… Но передал тебе ее я.

— Я благодарен тебе за это.

— Я все больше горжусь тобой! Будь хорошим царским писцом и не думай ни о чем другом.

Тут другие гости завладели вниманием хозяина дома. Они болтали, пили, ловили рыбу, делали друг другу якобы искрение признания, а Рамзес скучал, чуждый этому мирку, вполне довольному своей посредственностью и своими привилегиями.

Старшая сестра

нежно взяла его за руку.

— Ты счастлив? — спросила Долент.

— Разве не видно?

— Скажи, я красива?

Он отодвинулся и оглядел ее. Платье на ней было довольно экзотическое, с обилием ярких цветов, парик— слишком вычурный, но она казалась мене утомленной, чем обычно.

— Ты прекрасная хозяйка дома.

— Комплимент от тебя… Это такая редкость!

— Значит, тем больше ты должна ценить его.

— Всем понравилось, как ты выглядел во время ритуала жертвоприношения Нилу.

— Я оставался неподвижен и не произнес ни слова.

— Вот именно… Это был приятный сюрприз! Двор ожидал другой реакции.

— Какой же?

В язвительном взгляде сестры мелькнула злая искра.

— Протест, возмущение… или даже открытое нападение. Ведь когда ты не получаешь то, что хочешь, ты обычно гораздо более бурно себя ведешь. Неужели лев стал ягненком?

Рамзес сжал кулаки, чтобы не дать ей пощечину.

— Знаешь ли ты, что именно я хочу, Долент?

— То, чем владеет твой брат и чего у тебя никогда не будет.

— Ты ошибаешься, я не завистлив. Я ищу свою правду, ничего больше.

— Наступило время каникул, в Мемфисе становится слишком душно. Мы уезжаем в загородный дом в Дельте. Поехали с нами, семья так редко собирается вместе! Ты научишь нас управлять лодкой, мы будем плавать и ловить рыбу.

— Моя обязанность…

— Поезжай, Рамзес! Теперь, когда все стало ясно, удели внимание твоим близким и насладись их привязанностью.

Один из участников конкурса рыбной ловли испустил радостный крик победы. Хозяйке дома пришлось отойти, чтобы поздравить его, пока ее супруг вручал ему папирус.

Рамзес сделал знак Амени.

— Моя удочка сломалась, — признался юный писец.

— Пошли.

— Уже?

— Игра окончена, Амени.

Шенар пышно одетый, подошел к Рамзесу.

— Я жалею, что так поздно пришел и не смог посмотреть на твою великолепную технику.

— Меня заменил Амени.

— Временная усталость?

— Думай, как хочешь.

— Это хорошо, Рамзес, ты с каждым днем все лучше сознаешь свои пределы. Однако я надеялся получить от тебя благодарность.

—

За что же?

— Если ты и был допущен в эту великолепную процессию, то только благодаря моему вмешательству. Сети желал вообще исключить тебя из нее. Он опасался — и справедливо — недостаточной сдержанности. Но, к счастью, ты неплохо повел себя: продолжай в том же духе, и мы останемся в хороших отношениях.

И Шенар удалился в сопровождении целой группы последователей и льстецов. Сари и его супруга поклонились ему, счастливые, что он почтил их дом неожиданным визитом.

Рамзес гладил по голове своего пса. Дозор в блаженстве закрыл глаза. Сын Фараона смотрел на околополярные звезды, которые считались вечными. Согласно мудрецам, в ином, небесном мире они составляли сердце воскресшего Фараона, после того, как божественный суд признает его справедливым.

Обнаженная Красавица Изэт подошла и обвила шею Рамзеса.

— Забудь об этой собаке хоть на минуточку. Я, в конце концов, начинаю ревновать тебя к ней. Ты любишь меня, а потом бросаешь!

— Ты заснула, а мне не хотелось спать.

— Если ты меня поцелуешь, я открою тебе маленькую тайну.

— Я ненавижу шантаж.

— Мне удалось сделать так, чтобы твоя старшая сестра пригласила и меня. Так тебе будет менее одиноко в твоей дорогой семье, и мы подтвердим слухи, по которым мы уже давно муж и жена.

И она стала такой ласковой и нежной, что Сын Фараона не смог не ответить ей тем же. Он взял ее на руки, пронес через террасу и уложил на кровать.

Амени был счастлив: к Рамзесу снова вернулся его ненасытный аппетит.

— Все готово для отъезда, — объявил он с гордостью, — я сам проверил багаж. Эти каникулы принесут нам пользу.

— Ты заслужил их. Надеюсь, ты рассчитываешь выспаться?

— Когда я начинаю какую-нибудь работу, я уже не могу остановиться.

— У моей сестры ты не отдохнешь.

— Боюсь, что нет. Твоя должность предполагает необходимость входить в многочисленные дела и…

— Амени! Ты умеешь расслабляться?

— Какой хозяин — такой и слуга.

Рамзес взял его за плечи.

— Ты мне не слуга, а друг. Последуй моему совету: отдохни несколько дней.

— Я попытаюсь, но…

— Что-то тебя беспокоит?

— Эти негодные чернильные бруски, эта подозрительная мастерская… Я хочу узнать правду об этом.

— А она нам доступна?

— Ни Египет, ни мы сами не можем терпеть подобные злоупотребления.

— Ты рассуждаешь, как государственный деятель.