Сыновья
Шрифт:
— БТР и танк на прямую наводку!
После этого все его внимание переключилось на солдат. По тому, как Маланьин лежал неловко уткнувшись лбом в дорогу, понял: самая большая беда с ним. Володько стал медленно отползать к скале, которую они недавно обогнули, чуть шевельнулся Полин. Он дергал за поводок Альфу и что-то говорил ей. А дорога кучерявилась от пуль. С визгом они врезались и в камень, за которым укрылся Фоменко.
Приблизился бронетранспортер, Фоменко одним прыжком вскочил на него и быстро влез вовнутрь. Приказал приготовить автоматический гранатомет и бросил механику-водителю:
— Лукьянов,
Бронетранспортер двинулся вперед. Только он показался из-за поворота, как по броне сразу же застучали пули. Фоменко повел огонь из пулемета. Из-за бронетранспортера выскочили лейтенант Кузнец и солдат. Они подбежали к Маланьину, подняли его и понесли за бронетранспортер. Пригибаясь, держась рукой за левое плечо, отходил Володько. Только Полин медлил. Он, не обращая внимания на свистевшие рядом пули, возился с Альфой. Наконец;и он, взяв собаку на руки, шатаясь, медленно, совершенно не пригибаясь, пошел к бронетранспортеру. Прямо за поворотом Полин осторожно. положил Альфу на большой плоский камень. А мимо санитары пронесли на носилках Маланьина.
Фоменко приказал пулеметчику бить длинными очередями по душманам, а сам через нижний люк выбрался из бронетранспортера и, словно не было душманских пуль, стал жестами руководить движением танка, который медленно выползал из-за поворота. Нет, две броневые машины не могли разминуться, но половина корпуса танка выглядывала из-за бронетранспортера. Экипаж танка получил возможность вести огонь, что он, не мешкая, и сделал. Из люка появился афганский солдат. Он быстро развернул пулемет, и через несколько минут ровный мощный стрекот пулемета ДШК влился в общий гул боя. Это сыграло свою роль. Было видно, как бандиты заметались, отдельные из них откровенно побежали, прыгая с камня на камень.
Впереди бронетранспортера появились Святцев, Тюка-чев и еще двое саперов. Во что бы то ни стало надо было проверять дорогу. Кое-где душманы еще продолжали вести огонь, и пули с визгом отскакивали от камней. Но саперы работали. За ними, буквально по пятам, двигался бронетранспортер, а следом шел танк. Его. левая гусеница шла по самому краю обрыва. Видно, что водитель-механик не из новичков.
К Фоменко подошел лейтенант Кузнец. Перекрикивая грохот выстрелов, сказал:
— Маланьин убит, Володько — ранен. Убита Альфа.
Фоменко молча кивнул головой. Он ведь сам уже все видел. И сейчас обязан был не отвлекаться от боя, больше думать о живых.
Послышались тяжелые разрывы. Это начала бить артиллерия по перевалу. Тяжелые стодвадцатидвухмиллиметровые снаряды кромсали скалы, пытаясь достать все живое, укрывавшееся за ними.
Прошло еще несколько минут, и сопротивление было подавлено.
Фоменко сразу же ввел в действие еще два отделения. Теперь саперы получили возможность работать одновременно на трех участках. Несмотря на то, что артиллерийские снаряды продолжали разрываться на перевале, саперов защищала от их осколков высокая скала, в обход которой и шла дорога.
Боковое охранение афганского батальона под прикрытием артогня смогло зайти душманам во фланг. Солдаты дружно
ПОБЕГ
Они бежали долго. Откуда только брались силы у измученных, ослабевших от голода парней? Изредка они переходили на шаг, потом снова начинали бежать. Они пересекли какую-то рощу, затем поле, несколько арыков. Леонов бежал первым, за ним с автоматом Николаев. Впереди, всплывая темным пятном, опять была какая-то «зеленка». Ребята вбежали в нее. Стало совсем темно, и они пошли шагом.
— Километров пять отмахали, — тяжело дыша, сказал Леонов.
— Не меньше. Главное, чтобы не сбились и не кружили вокруг лагеря. Как ты себя чувствуешь?
— Нормально, — ответил Леонов, у которого на самом деле силы были на исходе. Он глотнул побольше воздуха. — Основное для нас — отойти подальше и к утру найти укромное местечко.
— Антон, стой! — вдруг воскликнул Николаев. — А где магазин? Мы же потеряли магазин! — Он лихорадочно вертел в руках автомат.
Леонова словно током ударило. Он нащупал в руках Николаева автомат… Да, магазина в автомате не было. Антон нагнулся и начал шарить руками по земле.
— Растяпа! — дрожащим от гнева голосом сказал он. — Тоже мне, солдат нашелся! Ему доверили оружие, а он коту под хвост магазин сунул! Что стоишь?! Ищи!
Николаев спустился на землю, но искать не стал.
— Бесполезно все это, Антон. Магазин выпал из автомата, когда я сбросил его с дувала. И, когда мы бежали, магазина в автомате уже не было. Я в спешке и волнении не сообразил, что несу не оружие, а обыкновенную игрушку.
Леонов со вздохом поднялся на ноги.
— Эх ты! Мы же остались безоружными, и теперь нечем отбиваться, чтобы подороже отдать свою жизнь.
Они медленно, натыкаясь на деревья, пошли вперед.
Вскоре Леонов дотронулся до плеча Николаева.
— Ты прости меня, я погорячился…
— Брось, Антон. Я бы и сам себе морду набил. Действительно — растяпа.
— Ладно, забудь об этом. Автомат возьмем с собой, хоть пугать в случае чего будем.
— Это точно. Главное, что мы удрали. Скоро утро, надо обязательно найти местечко, где сможем укрыться. Потом решим, что делать дальше.
— Конечно, нам будет нелегко: без еды, без оружия, не знаем языка и даже направления, куда топать…
— Ничего. Когда солнце взойдет, определим направление. Я думаю, что лучше всего двигаться на северо-восток, к афганской границе.
— А может, на Исламабад или Карачи?
— Я считаю — это бесполезно. Без карты, через всю страну — попадемся. Лучше идти к горам. Там больше шансов попасть к своим. Правда, не знаю, как быть со жратвой. Вот если бы удалось запастись хотя бы лепешками, а в горах воду найдем.
Вскоре роща кончилась, и они остановились у небольшого арыка. Вода с тихим журчанием текла у ног, но хотя и хотелось пить, они не стали этого делать. Решили потерпеть.