Сыщик Галилей

Хигасино Кэйго

– Невысокого роста, физически не слишком развита. Думаю, она бы не смогла. Впрочем, еще рано без веских на то оснований вычеркивать ее из списка подозреваемых.

– Жена убила мужа, бросила труп в озеро, но на память сделала посмертную маску, а использованную для этого алюминиевую форму выбросила. Что ж, все сходится.

Югава взял из рук Кусанаги маску и вновь принялся ее осматривать со всех сторон. Хоть и говорил он шутливым тоном, его глаза, глаза ученого, глядели сосредоточенно.

– Если б только понять, как она сделана, это бы сильно

помогло следствию! – сказал Кусанаги, глядя на металлическую форму в руках Югавы.

– Но наверняка и вы в полиции провели исследования?

– Я попросил ребят из отдела криминалистической экспертизы, они кое-что попытались сделать.

– Например?

– Прежде всего они попробовали, взяв алюминий такой же толщины, наложить непосредственно на лицо человека.

– Забавно, – усмехнулся Югава. – И каков результат?

– Абсолютно невозможно.

– Так я и думал, – согласился Югава. – Если б это было так просто, мастера, изготовляющие восковых кукол, остались бы без работы.

– Как ни старайся, мышцы лица изменяют форму. Самое большее, что получается, – лицо, точно обтянутое чулком. Вот мы и подумали – может быть, загвоздка в том, что мы экспериментируем с лицом живого человека? А если проделать то же с лицом трупа, результат будет другой?

– Потому что после смерти мышцы затвердевают, – кивнул Югава. Улыбка с его лица исчезла.

– С тем, чтобы поэкспериментировать с настоящим трупом, возникли проблемы, поэтому мы использовали макет лица, сделанный в ходе другого следствия. В результате что-то похожее получилось.

– Что-то похожее?

– Я хочу сказать – что-то, похожее на лицо. К сожалению, результат не блестящий. – Кусанаги показал пальцем на маску в руках Югавы. – Короче говоря, такого точного рельефа мы не смогли добиться. Вот если б в нашем распоряжении был материал потоньше, например алюминиевая пленка, возможно, нам бы больше повезло. А с таким толстым материалом слишком сложно.

– Я б удивился, если бы маска, сделанная из алюминиевой пленки, так долго сохраняла свою форму.

– В любом случае необходимо очень сильное, а главное, абсолютно равномерное давление на алюминиевую пластину. Так говорят эксперты.

– Согласен. – Югава положил металлическую маску на стол. – Итак, со способом изготовления вы зашли в тупик?

– В общем, да, – кивнул Кусанаги. – Ну а как ты, великий физик? Тоже сдаешься?

– Я не настолько наивен, чтобы с ходу принимать твой вызов. – Югава поднялся и направился к раковине, установленной возле двери. – Не выпить ли нам для начала кофе?

– Воздержусь. Опять небось растворимая бурда.

– Зря ты потешаешься над быстрорастворимым кофе. – Югава стал сыпать порошок дешевого кофе в чашку, которая, как обычно, не могла служить образцом чистоты. – Ты и представить не можешь, сколько потребовалось усилий, проб и ошибок, чтобы его изобрести. Мало кто знает, что первым промышленное изготовление растворимого кофе наладил японец. Он использовал так называемую барабанную сушку. Если коротко,

всего лишь высушивал экстракт из кофейных зерен. После этого компания «Максвелл» изобрела сушку с помощью распыления, в результате вкусовые качества растворимого кофе улучшились, а цена понизилась. Далее, в семидесятых годах появился метод сублимации, который и стал в наше время основным. Как видишь, даже у быстрорастворимого кофе сложная предыстория.

– И все равно на это пойло как-то не тянет.

– Как угодно, я только хочу сказать, что ничто не делается просто. Касается ли это быстрорастворимого кофе или алюминиевой маски. – Югава налил в чашку кипяток и размешал ложкой, после чего, продолжая стоять, вдохнул кофейный аромат. – Чудесный запах. Запах научного прогресса.

– А от этой маски не исходит такой же запах? – Кусанаги показал пальцем на стол.

– Исходит. И даже очень сильный.

– В таком случае…

– У меня к тебе несколько вопросов, – сказал Югава, не выпуская чашки. – Что собой представляет это Тыквенное озеро? Где оно расположено?

– Ну что тебе сказать? – Кусанаги потер подбородок. – Озеро как озеро. Маленькое, у подножия горы. Не знаю, можно ли считать его особенностью то, что оно ужасно грязное, до краев завалено мусором. Вокруг кустарник, в стороне от прогулочных маршрутов. Этот район объявлен природным парком.

– А охота там случаем не проводится?

– Охота?

– Не бродят ли там по кустам охотники с ружьями? Я имею в виду не дробовики, а именно ружья.

– Ружья? Шутишь? – засмеялся Кусанаги. – Откуда там взяться зверям, на которых охотятся с ружьями! Если только из зоопарка лев убежит, но я что-то о таком не слышал. В любом случае охота там запрещена.

– Ну, разумеется… – Югава с сосредоточенным выражением на лице потягивал кофе. Было очевидно, что он и не думал шутить, упомянув о ружье.

– Но при чем здесь ружье? Я же сказал, что удар был нанесен тупым предметом в височную область…

– Это-то я понимаю. – Югава свободной от чашки рукой остановил Кусанаги. – Я говорю не о причине смерти. Я размышляю о способе изготовить маску. Но, как видно, ружье отпадает.

Кусанаги в недоумении посмотрел на своего странноватого приятеля. Разговаривая с ним, он нередко чувствовал, что не поспевает за его мыслью. Вот и теперь никак не мог взять в толк, к чему этот разговор о ружье.

– Давай, что ли, сгоняем, – сказал вдруг Югава. – На это озеро. Когда у тебя будет время.

– Слушаю и повинуюсь, – ответил Кусанаги.

4

Расставшись с Югавой, Кусанаги решил заехать в дом покойного Синъити Какимото, сговорившись со своим коллегой, детективом Оцукой. Из-за похорон и поминок ему до сих пор не удалось подробно расспросить вдову.

Дом Какимото располагался в глубине жилого квартала на склоне холма, спускающегося к железной дороге. Пройдя в ворота, они поднялись по ступеням. Ставень на гараже был опущен.