Сыщик поневоле
Шрифт:
— Ерунда, тогда откуда это все известно?
— Ах, Рикки, ты такой смешной. У нас, девушек, есть свои секреты. И добывать мы их умеем лучше, чем любой мужчина! Ладно, мне надоело играть в шпионов. Давай вернемся в дом? Там, кстати, есть комнаты для уединения…
Схватив меня за руку, Фанни быстро поползла обратно, но я вырвался:
— А мне интересно. Я еще тут посижу, посмотрю, когда он выберется из своего шкафа! Не собирается же он в нем ночевать!
— А вдруг собирается? Может, у него там шумозащитная спаленка… Оставайся, если хочешь, а я вернусь, а то пропущу конкурсы. Очень хочется победить в каком-нибудь, нужно же мне
Фанни, наконец, замолчала, и уверенно побежала на четвереньках вдоль кустов. Подобравшись к дому, она встала на ноги, поправила платье, и зашагала к площадке с веселящейся толпой. Хорошо, что программисты игры не предусмотрели возможности помять платье или запачкать его зеленью травы.
Я встал и подошел к окну. В пустой комнате по-прежнему горел свет. Обойдя дом, я постучал в дверь, но в ответ не услышал ни звука. Оставаться здесь было бессмысленно, И я вернулся в особняк, но через парадный вход — мне не было дело до того, как гости развлекаются на площадке. Если там произойдет что-то важное, это смогут увидеть Муауму и Суфи.
В большом зале почти никого осталось — только на кроватях извивались тела, где двое, где трое, а на одной сразу две пары. Я поднялся по лестнице на второй этаж и оказался в длинном коридоре, опоясывающем почти все здание с наружной стороны. То есть окна, которые были видны с улицы и из дома Суфи выходили лишь в коридор. Странная планировка. Множество комнат, и ни в одной не было дверей — проходные помещения без окон, имеющие выходы лишь в этот коридор и на балкончики большого зала.
Свернув направо, я заглянул в комнаты. Это были сплошь богато украшенные спальни, занятые резвящимися парочками. Добравшись до конца коридора, я обнаружил, что дальше прохода нет, вернулся назад и прошел в другую сторону. Но Умами нигде не обнаружил.
Шагая вниз по лестнице, я пытался представить себе планировку дома. Сам особняк, если смотреть на него сверху, напоминал букву «Г». Коридоры, по которым я прошел, по-видимому опоясывали все здание по длинной части. Значит в короткой его части тоже должны были находиться какие-то помещения. Странно, что я не заметил нигде не заметил дверей, через которые туда можно было бы попасть.
В зале по-прежнему играла музыка, пары на кроватях по-прежнему стонали не в такт, но в помещение прорывались восторженные крики с улицы. Оглядев зал в поисках двери в другой корпус, я убедился, что его действительно нет. Значит, нужно попробовать найти его снаружи. Я вышел на площадку позади дома — если бы мне удалось найти Умами, было бы легче справиться с задачей. В этой вакханалии одинокий мужчина вызывал подозрение.
На площадке проходило нечто вроде конкурса: три обнаженные три пары искали друг друга с завязанными глазами на большом борцовском ковре. Вокруг толпились мужчины с плетками, если кто-то из игроков выходил за прочерченные на ковре границы, он тут же получал удар. И это были не шутки — на телах всех участников уже виднелись следы побоев.
Умами здесь не было, само действо было мне противно, так что я свернул вправо и в поисках прохода направился к углу дома. Увы, обойдя выступ целиком, я так его и не нашел. Однако за плотно завешанными шторами окнами горел свет. Как же туда попасть?
Глава 24. Подземелья Талобы Ката
101000 = 40 = 34
Зеленые
Разглядывая окна пристройки, я искал лазейку, и нашел ее — чуть приоткрытое окно на втором этаже. Отойдя к кустам, присел, нашел в кармане крошечную коробочку и вытащил из нее маленькую пластиковую муху. Теперь нужна была точность. Взяв тонкую короткую иголку, лежавшую там же, я аккуратно вдавил ее в середину спинки мухи. И она тут же ожила. Крылышки расправились, и муха встряхнулась. Электронный разведчик был готов к выполнению задания. Я облегченно вздохнул.
Теперь нужно направить муху в это приоткрытое окно, что было чуть сложнее. Муауму хорошо все объяснил, но у меня не было возможности опробовать разведчика в деле. Я посадил муху себе на колено, вытащил иголку и начал водить острием по крышке коробочки. Взмахнув крыльями, муха поднялась в воздух, и я направил ее к щели между рамой и ставней окна, но, видимо, действовал не слишком аккуратно (мне страшно мешали восторженные вопли и крики боли, доносившиеся с площадки). Муха с дюжину раз ударялась о стены и стекло, прежде чем мне удалось направить ее внутрь дома. Отлично! Теперь я нажал иголкой на зеленую точку в углу коробочки, и муха отправилась в разведывательный полет.
Я очень устал от этих манипуляций, пусть они и заняли не больше пяти минут. В реальном мире, я бы, наверное, взмок от натуги, а здесь сунул коробок в карман и упал на спину, отдышаться — направляя своего разведчика мне приходилось задерживать дыхание.
В моем зеленом ухе был спрятан маленький приборчик, транслировавший все, что происходит в зоне доступа сенсоров разведывательного аппарата, но пока до меня доносились лишь тихий смех и далекие голоса. Муауми сказал, что муха облетит все доступные помещения, нигде не задерживаясь, но времени это может занять довольно много — скорость у нее далеко не спринтерская, так что нужно было набраться терпения.
Чуть отдохнув, я поднялся и направился к центральному входу, но неподалеку от него заметил в кустах уже знакомого мне иглоносца. Моргнув и вглядевшись в меня, зверь понял, что я его увидел, и спрятался под кустом. Затем выглянул снова, словно звал меня за собой. Я оглянулся, проверяя не видит ли меня кто, встал на четвереньки, и последовал за своим добровольным помощником.
Оказалось, что кусты здесь росли в три ряда. Высокие кусты росли ближе к дому, затем шли кусты пониже, а на дорогу смотрели очень густые низкорослые. Со стороны улицы казалось, что они образуют единый ряд, но нет. Сейчас мы бежали между высокими и средними кустами. Передвигаться на четвереньках было ужасно неудобно, но если встанешь — тебя сразу заметят.
Днем увидеть нас из дома было довольно легко, сейчас же мы находились в глубокой тени. Я порадовался, что на мне темная одежда, разве что мелькало выбеленное лицо, так что старался смотреть в сторону улицы. Когда миновали особняк, я подумал, что мы движемся к дому сторожа, но иглоносец миновал его и продолжил движение. Добравшись до конца ряда кустов, зверь вдруг выбрался из-под них, и рванул влево. Мне пришлось последовать его примеру, но в этом конце участка было гораздо темнее, и я едва не выбил себе глаз какой-то веткой. Решив не рисковать, я распластался и пополз уже по-пластунски, но вдруг понял, что иглоносец куда-то пропал.